травы хозяйки дома. Мы обсуждали, как будем лечить девушку, если она заболеет. Услышав нас, она сказала, что чувствует себя хорошо и просто немного замёрзла. Однако я действительно опасался, что в этом незнакомом времени и месте она может заболеть, ведь, судя по всему, о лекарствах, а тем более об антибиотиках здесь и не слышали.
Я внимательно осмотрел пучки сушеных трав, но волшебного вау-эффекта узнавания, не произошло — я не был силён в определении растений в их естественном виде, поэтому не смог узнать ни одну из них. Я очень сомневался, что смогу быть полезен в этом деле.
— Не говори ерунды, — фыркнула Бьянка, — любой волк сможет отличить лекарственную траву от ядовитой.
— Ну, волк, может быть, и сможет, но я-то не волк!
— Уверяю тебя, сможешь, — усмехнулась Бьянка. — Я тебе сейчас объясню, как это делается! Ты должен думать о болезни, которую хочешь вылечить, и при этом нюхать все попадающиеся на твоём пути травы и цветы. От какой травки к тебе потянется тепло, так и есть та самая, которую ты ищешь! Таким образом можно найти несколько трав и перемешать их, так будут усилены свойства каждой из них.
— Неужели всё так просто? — я почесал задней лапой за ухом, разглядывая висящие сушёные, потерявшие узнаваемый облик пучки растений.
— А вдруг я перепутаю, ошибусь? Вдруг мне покажется, что от цветка идёт тепло, а на самом деле мне в морду просто тёплый ветерок подует? А это окажется ядовитая трава? Ну, или просто не полезная?
— Ерунду говоришь! От ядовитой травы в твою сторону будет холодком тянуть, так что ты никогда их не перепутаешь. Вот давай сейчас попробуй! Подумай о том, что тебе нужны травы от простуды. Закрой глаза и приближай свою морду к каждому висящему здесь сухому пучку.
Я удивлённо покачал головой, но всё же сделал, как сказала волчица. Закрыв глаза, медленно вытянул морду к первому пучку. Возможно, причиной стал сквозняк, который возник из щели в полу. Как бы там ни было, я почувствовал прохладный ветерок, будто дующий мне в морду. Мне стало интересно!
Я снова закрыл глаза и сделал шаг вперёд, потянувшись мордой к пучку с желтоватыми маленькими цветочками, мой нос словно окутало тёплое дыхание, я в удивлении распахнул глаза и посмотрел на Бьянку. Она довольно скалилась и кивала мне.
— Ну вот, вижу, теперь понял, как это работает, а теперь давай иди дальше, одну травку мы уже нашли.
Таким образом я обследовал все запасы хозяйки этого дома. В итоге мы выбрали пять различных растений. Я показал их Настёне и объяснил, для чего они предназначены. Затем я сел на скамейку и с любопытством наблюдал, как девушка заваривает себе целебный чай. Я исподволь поглядывал на девушку, стараясь, чтобы она не заметила моего пристального внимания. Мне так хотелось позаботиться о ней: укутать в тёплый плед и самому подать ей чай. Но, увы, будучи волком, я не мог этого сделать.
Через некоторое время по дому поплыл чарующий запах запечённого мяса. Настёна открыла заслонку печи и потыкала вилкой в наш поздний завтрак, почти обед.
— Ну что ж, скоро всё будет готово, — с лёгкой улыбкой произнесла девушка, но в её глазах читалась грусть. — Знаешь, Серый, мне стало страшно здесь жить. Почти каждый день кто-то приходит по мою душу, и я уже сомневаюсь, вернётся ли эта ведьма. Я бы хотела переехать отсюда куда-нибудь подальше! Туда, где нас не найдёт Катарина и её приспешники.
— Она вернётся! Я уверен, что ведьма обязательно вернётся! — я положил свою лапу на руку девушки, она улыбнулась и обхватила её своими тонкими пальчиками.
* * *
На поздний завтрак мы с Настёной ели козье мясо. Хотя оно оказалось очень вкусным, нам обоим было жалко бедную козочку.
Из оставшегося бульона на ужин девушка сварила скромную похлёбку из последних трёх картофелин и пшена.
Бьянка и волчата давно ушли, унося с собой наш подарок — почти целую тушу козы. Перед уходом Бурый обещал, что он и его братья будут следить за дорогой, ведущей к нашему дому, и в случае опасности предупредят нас.
Дождь ещё не один раз начинал идти, потихоньку превращая землю в коварную топкую ловушку, и мы с Настёной надеялись, что наши преследователи хотя бы на время оставят нас в покое и не поедут сюда в такую погоду.
От нечего делать девушка навела порядок в доме, насколько это, конечно, было возможно, так как налётчики перебили почти всю посуду и испортили всю постель. Кстати, из посуды нам на счастье уцелел самый большой глиняный горшок, который в день нападения находился в печи, и его попросту не заметили. Вот в нём-то мы и приготовили еду.
Мы усердно делали вид, что ничего особенного не происходит, что мы просто вот такая странная семья, и к концу подходит наш самый обычный день. Даже разговоры у нас были какие-то странные, ни о чем. Например, что нужно будет купить новую козу. Уж очень было приятно пить свежее молоко каждый день, а еще делать из него творог да масло. А еще было бы неплохо прикупить курочек и одного петуха, наш-то словно в воду канул.
Про покупку новых одеял и подушек, а также посуды мы тоже говорили, но я чувствовал, что эти наши планы, словно замки на песке, такие же хрупкие и сиюминутные. Что ни я, ни она не верим, что им суждено сбыться. Мы были словно два бумажных кораблика в большом, бурном и полном опасностей океане.
У нас здесь не было ни родных, ни друзей, не было денег, и не было работы, чтобы их заработать. Более того, мы совершенно ничего не знали о том мире, куда нас занесло волей провидения или коварной ведьмы. Что в нашем случае, наверное, было одно и тоже.
Мы оказались заброшены в чащу леса, и нам неоткуда было разжиться хоть какой-то информацией об этом мироустройстве, нам — говорящему «волку» с человеческой душой из техногенного, развитого мира и принцессе. Конечно, очень находчивой и хорошо обучаемой, но все же слабой и беззащитной.
Нам обоим было о чём подумать. Мне кажется, о чём бы каждый из нас ни думал, основная мысль у нас была схожа, а именно, что жить спокойно здесь нам, видимо, не дадут, и нам придётся уйти. Вот только куда нам можно податься, мы не знали, ведь нас никто не ждёт.
Удивительно, но остаток дня прошёл так спокойно, что мне даже начало казаться,
