Семнадцатая - Хонихоев Виталий

- Тьфу на тебя. – она достает пастилку жевательной резинки и кладет себе в рот. Я смотрю на обертку. Земляника и мята.

- Спасибо. – говорю я. Я благодарна ей от всего сердца. Сейчас, рядом с ней, глядя вниз, на свой Город Мечты, на Нью Броктон Бей – я чувствую себя снова живой. Я чувствую надежду. И она – здорово помогает мне в этом.

- Если тебе будет нужен дружеский пинок, Тей-Тей, ты только скажи.

- Обязательно. И… - в этот момент где-то на базе раздается звонок, линия переключается на мой браслет и я – подношу руку к уху.

- Да? – спрашиваю я. Выслушиваю просьбу Дракон встретиться. Соглашаюсь. Конечно же нам нужно встретиться и поговорить лично. Да, я у себя в Броктон Бей. Вернее – в новом Броктон Бей. Конечно же. Жду.

Я опускаю руку. Дракон всегда мне нравилась. У меня не было постера на стене, но это потому, что она всегда была в своем металлическом костюме. Но она действительно невероятная. Каждая битва с Губителем – связь, организация, логистика – это все Дракон. Никто не беспокоился ни о чем, когда Дракон бралась за дело. И да… я бы не в жизнь не подумала, что она – не человек. Если уж выбирать кто из кейпов больше был похож на робота, так это Оружейник со своими потрясающими социальными навыкам.

И эта … женщина – вынуждена жить под постоянной угрозой отключения. И да – они еще и подглядывают за ней! Крысы, иначе не сказать. Что же… кажется я выбрала сторону в этом конфликте.

- Как ты говоришь? Крысы в домике у старой леди? – я наклоняю голову и Лиза – расцветает в улыбке.

- Я так и знала! – говорит она: - ты никогда не пройдешь мимо барышни в беде. Пусть даже старенькой. И пусть даже железной.

- Хм. Знаешь, мне охота в караоке. В тот раз в Бостоне так и не сумели повеселится. Думаю, построить такой же клуб как у Аккорда, только в Сто Этажей! – говорю я: - знаешь подходящую случаю песню?

- Somebody's been a'stealin all my sugar (кто то украл весь мой сахар (англ.)) Somebody's been a'settin in my chair (кто-то сидел на моем кресле (англ)) Somebody's been a smokin my cigarettes cuz i see butts everywhere (кто-то курил мои сигареты и я вижу окурки везде (англ)) – напевает Сплетница, откидывая с лица непослушный локон и пританцовывая в воздухе.

- I'm gonna set me a trap. I'm gonna catch me a rat. (я поставлю ловушку. Я поймаю себе крысу (англ)). – подхватываю я.

- Когда мы спасем ее от Драконоборцев – чур она моя! – кружит вокруг меня в воздухе Лиза: - всегда хотела себе Дракон!

- Лиза! Нельзя так. Что за отношение такое? – задаюсь я вопросом: - во-первых – она не имущество, а личность! Что значит – «чур она моя»?! И во-вторых – не «моя», а «наша»!

Глава 141

Глава 141

Когда я открываю глаза – то вижу перед собой Лизу. Первая мысль – что все случившееся было просто сном и она на самом деле не инициировала протокол Омега, взрывая бомбу в голове меня-Эми и не подставлялась потом под удар Симург, расплескиваясь по окрестностям кровавым дождем.

Однако уже второй взгляд – заставил меня нахмуриться. Потому что происходящее вокруг больше напоминало иллюстрации для «Божественной Комедии» - кроваво-красные небеса, сухая, потрескавшаяся земля под ногами, раскинувшаяся под нами долина в которой повсюду стояли яркие, оранжево-желтые объекты… больше всего похожие на яйца, поставленные вертикально.

- Добро пожаловать в твой разум, Королева! – улыбается мне Лиза и я – вздрагиваю. Вздрагиваю, потому что улыбка у нее – будто разрезает ее голову пополам, она слишком широкая и полна острых, треугольных зубов. Будто у акулы!

Я тут же отпрыгиваю в сторону и ощетиниваюсь тысячью стальных лезвий, готовая к бою, к сражению не на жизнь, а на смерть!

- Воу, воу… - поднимает руки вверх Лиза, а ужасающая ухмылка пропадает с ее лица: - вот значит как ты приветствуешь всех кто повелся на эти рекламные проспекты, а? «Уютная жилплощадь в голове у Тейлор, дружный коллектив, просто одна семья кровавых психопатов» - это же твои листовки расклеены по всему городу? Там еще насчет «теплого местечка в аду» сказано.

- Лиза… что происходит? – спрашиваю я у нее, убирая лезвия: - и где это мы?

- Мы у тебя в голове. Или вернее – там, где происходят все эти вычисления. Откуда управляются миллионы твоих насекомых, миллиарды наноботов и десятки тысяч тел. Не знаю где это находится… но рискну предположить, что в ином измерении. Ни за что на свете все это тебе в голову не влезло бы. Это не твои мозги, Тей-Тей. Ты сейчас – что-то вроде интерфейса между могучей вычислительной машиной Сущности и реальностью.

- Странно. – говорю я: - обычно все было по-другому. Обычно я – разговаривала с Мясниками и только.

- С того момента как в твоей Вычислительной Комнате появилась я и Эйдолон – все обычное пошло прахом. – пожимает плечами Лиза: - кстати, как там в мире живых? Ты зайдешь к Фотонной Мамочке на чай? Она тебя приглашала. Ты знаешь, что у нее в колледже была «та самая стадия» и вообще в молодости она была той еще штучкой. Жаль что я такая мертвая сейчас, а то бы к тебе присоединилась.

- Не прибедняйся, Лиза, тебе не идет. Я выделила тебе отдельное тело и сейчас ты можешь бесить окружающих точно так же, как и раньше с единственной разницей – ты теперь бессмертна. До тех пор, пока существую я – существуешь и ты. Уничтожат твое тело – выпишу тебе еще одно. Хоть сотню. Хоть тысячу. Если подумать… то вот она, мечта всех влюбленных – вместе до скончания времен. Не страшно? – я встаю с ней рядом и смотрю вниз, в долину, где пульсируют оранжево-желтым светом странные объекты яйцеобразной формы.

- Страшно только живым, Тей-Тей. Мертвым все равно. – отвечает она и улыбается, на этот раз – своей обычной улыбкой. Ехидной и насмешливой. Такой, будто она все равно знает больше. Выпендрежница.

- Значит ты все же считаешь себя мертвой? А что насчет этого? – я привлекаю ее к себе и мои губы находят ее губы. Мягкие и влажные… они пахнут земляникой и мятой. А еще, совсем чуть-чуть – кровью. Она снова прикусила губу?

- Отпусти. Я думала, что хоть после смерти ты перестанешь ко мне приставать со своими сексуальными утехами, но нет. Даже смерть не в состоянии разлучить нас. Хотя, наверное, мне следовало бы это понять с момента, когда ты при Александрии меня на столе разложила. Интересно и откуда это все широкой общественности стало известно? В тот день в лаборатории нас всего двое было. Наверняка эта Томоко, уж я ее… - она задумалась: - нет, не сходится. Томоко не посмела бы… хотя все равно ее наказать нужно. Поймать и наказать. Впрок. Чтобы знала.

- Спасибо. – говорю я, прерывая ее: - спасибо, Лиза.

- За что? – она наклоняет голову, лукаво глядя на меня. Я молчу. Я хочу сказать ей спасибо за этот маленький спектакль, которым она снимает с меня вину за ее смерть, устраняет неловкость в общении, возвращает все в обычное русло… парочка шуточек, фирменные подначки и ухмылочки и я – снова чувствую себя спокойно рядом с ней. Смогла ли я бы так себя вести, если бы на ее месте была Слава? Вряд ли. И сама Слава меня бы так легко не простила… и не сумела бы вести себя так, словно ничего не было. Что же мне сказать? «Лиза, я знаю, зачем ты это говоришь и делаешь. Я не уверена, что ты в действительности так легко и с юмором относишься к собственной смерти, я не уверена, что ты и правда готова шутить на эту тему, но благодаря тебе – я уверена в том, что ты не изменила своего отношения ко мне после всего этого.»

- Спасибо. – просто говорю я вместо длинных предложений и оправданий.

- Да пожалуйста. – она закладывает руки за голову и смотрит вниз, в Долину Апокалипсиса: - ну? И что ты хочешь с ним сделать?

- С Эйдолоном? – я смотрю на огромное яйцо в центре долины. Почему-то я сразу поняла что вот эти странные, яйцеобразные объекты – на самом деле сознания всех тех, кто сейчас находится в моей голове. Нет, не в голове. Лиза сказала, что они ни за что бы в мою голову не поместились. Значит – в том месте, где происходят все эти вычисления. В какой-то гигантской вычислительной машине? Как мне назвать это место?