– Да нет же! Я выгляжу иначе! Мы похожи, но различия очевидны!
– В своем мире ты выглядишь иначе, но в нашем, именно так. Ничего удивительного, – заверяет он. – Посмотри внимательней. Цвет ресниц, шрамы, что-нибудь да подскажет тебе, где правда.
С ужасом касаюсь своей рассеченной брови. Нет! Не хочу об этом думать. Ведь если Серафим прав, то значит, что Редмонд…. Нет!
– А где тогда Тесса?! – хватаюсь за последнюю соломинку, но вместо того, чтобы ответить, он проводит рукой по зеркалу, которое тут же идет рябью. Знаю я этот прием. Сейчас будет кино.
Тесса. Точно. Это она. С путами на руках.
– Она ожидает своего суда, – говорит Серафим, отбирая последнюю надежду.
Неужели Редмонд….. лучше бы я не просыпалась.
– Алефтина? – слышу дорогой сердцу голос и спешу повернуться.
Не верю своим глазам. Это Редмонд? Здесь? Сейчас?
Забываю обо всем на свете и бросаюсь ему на шею. Обнимаю так сильно, что, кажется, сломаю его. Нет, это он сейчас придушит меня. И пусть. Чувствую тепло его мощного тела, стук сердца, его дыхание в своих волосах.
Боже, как же хочется плакать. Но уже не от горя, не от страха, а от счастья.
– Ты так меня напугал, – говорю я ему. – Я думала, тебя казнят.
– Смягчающие обстоятельства, – говорит ректор, подмигивая Серафиму. Это когда эти двое успели подружиться?
– Собранные тобою улики против сети контрабандистов сыграли роль или истинность? – спрашивает Серафим.
– И то и другое, и поимка Тессы в придачу, – отвечает ему ректор, не выпуская меня из объятий.
Он крепко прижимает к себе, будто не может насытиться. Да что там, я сейчас тоже похожа на жадину. Ни за что от него не оторвусь!
– Ее осудят? – спрашиваю я.
– Она получит по закону ровно то, что заслужила. А невиновно осужденный уже на свободе, – успокаивает меня Редмонд. – Если у тебя есть силы, то подъем, у нас куча дел.
– Каких дел? – пугаюсь я.
– Пришлой истинной из другого мира нужно как минимум имя и регистрация. Не могу же я взять в жены безымянную, – подкалывает ректор, и я вновь ощущаю трепет от его слов.
Горбатого даже могила не исправит. Я когда-нибудь перестану смущаться перед ним?
Мы покидаем храм тем же путем, что и всегда – через арку, и в этот раз Серафим говорит, что нам осталась только одна встреча.
– Какая? – спрашиваю я, но в ответ получаю добродушную, обнадеживающую улыбку.
– На свадьбе, а затем он вновь спрячется от посторонних глаз, – подсказывает мне Редмонд.
Оказывается, что истинность в этом мире не просто красивое слово, обозначающее дарованную судьбою любовь. Это ключ к тому, что не позволено другим.
Нужно признать пришлую местной? “Не положено”, – звучит в ответ. “Моя истинная!”. И лицо магистра тут же меняется, а спустя час в моих руках табличка.
С замиранием сердца читаю: “Алефтина Спиро”.
– Спиро? – обращаю смущенный взгляд к ректору и тут же краснею.
– Зато фамилию менять не придется, – говорит он мне, касается пальцами моего подбородка, чтобы я не вздумала отвести сейчас взгляд, а затем берет свое. Целует так, что я вновь улетаю и забываю, как дышать.
В порыве нежности и страсти даже думать боюсь о том, какой же будет наша брачная ночь, а ведь дата свадьбы уже назначена.
Если бы мне кто-то в самом начале этого попаданчества сказал, что моей свидетельницей на свадьбе станет Ларетта, я бы не за то не поверила. Но, увы, Лейси за время моей игры со смертью успела тайно выйти замуж за Алонзо, уж не знаю, как у них все так быстро завертелось, но я рада.
А что касается встречи с Лареттой, которой я боялась до дрожи в коленках, то все прошло на удивление хорошо.
Конечно же, она удивилась и вздрогнула, когда ректор привел Тессу в дом Ганны, чтобы представить своею женой. Но она уже знала, что я не та, кто запер ее в кабинете.
Присматривалась ко мне под разными углами, а я в свою очередь старалась глазеть на нее поменьше, хотя мне было жутко интересно, что же за мази у драконов такие, что ни одного шрама от ожогов не осталась. Ну и хвала их рукам, или когтям или что там у драконов на лапах аль пальцах?
Скоро узнаю. У нас медовый месяц будет в Эдэрхе на море, так что эмоций меня ждет целая куча.
А сейчас я просто хочу спать, лежа на плече своего мужчины, вдыхая родной запах с нотками древесины, слушая стук его сердца и ощущая приятную тяжесть руки, по-хозяйски расположившейся на моей талии.
Или поспать нам сегодня не удасться?
Судя по огонькам в темных глазах ректора, который стремительно нависает надо мной, однозначно, нет. Страстный поцелуй отдается трепетом во всем теле. Его жаркие уверенные касания, вызывают волну мурашек. Тело плавится, сгорает, и я больше не хочу сопротивляться любви.
Запускаю руки в его упругие волосы, когда поцелуи опускаются ниже. Мир ускользает от меня. Есть только Редмонд, и я в который раз понимаю, что нахожусь там, где должна быть, с мужчиной, который дарит мне крылья и оберегат мой полет.
