Когда к ней пришли две матери, дочери богатых купеческих семей, заявляя что дитя принадлежит каждой из них. А она не стала выбирать между представителей более богатой и бедной семей, а…
Моргнув, Калантэ оборвала собственные мысли, жёстко вернувшись к реальности. Время шло, пир шёл, а она ещё должна переговорить с ведьмаком.
— Прошу прощения. Мне приятна беседа с вами, посол Мерлин, но дела не требуют отлагательств… А я, к сожалению, придерживаюсь принципа, что дела сейчас, а развлечения — потом. — покачала головой Львица из Цинтры, вынужденно разводя руками.
— Понимаю. И у меня дела имеются… — салютуют бокалом с вином чародей, бросая взгляд на особу, что сопровождала его и посольство Камелота.
Одна из Рыцарей Круглого Стола — советников и военных командиров королевы, и… Почему-то крайне похожую ликом на последнюю.
Слишком похожую. Более дикую на вид, но… Калантэ воскресила в памяти внешность монарха соседней державы.
Да, ощущения от них исходили разные. Буквально кожей ощущаемая величественность и возвышенность леди Пендрагон и дикая сила, которую можно заметить в островитянах, у сэр Мордред… Но черты лица, черты лица были очевидны аристократам, включая саму Калантэ. Они веками занимались определением родства друг друга по внешности, ведь по одежде не всегда это можно понять, а не узнать собрата-дворянина — значит страшно оскорбить его.
— Хм-м… — задумчиво промычала женщина, когда чародей отошёл подальше.
Быть может, у её кумира также родилась дочь, только тайная? От какого-нибудь островитянина… А что, нравом сэр Мордред на них похожа — а коли Калантэ хоть немного на неё похожа, то и вкусы у них должны сколько-то совпадать… Право слово, не будет же такая сильная личность влюбляться в какого-то континентального неженку?..
Покачав головой, Львица из Цинтры отослала измышления на счёт Камелотцев подальше и выцепила взглядом одетого в дворянский наряд ведьмака.
О других дочерях она подумает потом, сейчас время было заняться своей собственной.
* * *
Меринелтератсин, он же — Мерлин.
Знаменательный приём продолжался, и кандидаты продолжали распушивать хвосты перед юной Паветтой, взирающей на них с отчётливым холодком.
— Кучка зерриканских павлинов… — фыркнула одетая в официальные одеяния Тири под ликом рыцаря Мордред, в которой, хвост на отсечение даю, уже заподозрили внебрачную дочь Артурии.
Ну а я что? Понравился ребёнку облик моей воспитанницы, и она захотела себе такой же. Я вон, тоже свой первый выбрал похожим на Леголаса, мне осуждать, что-ли? А на мнение аристократов всяких… У самих вон по десятку бастардов, причём очевидных, а не недоказанных.
А искать доказательства в отношении родства Артурии и Тиригосы — как искать тёмную кошку в тёмной комнате. Когда её там нет, угум. Максимум, что можно приплести — что я использовал эссенцию воспитанницы для создания нашего с Нимуэ яйца. Но это в переводе на человеческие понятия будет чем-то вроде крёстной.
То есть Артурия — крёстная Тири.
— Леди Паветта аэп Доррен… — намеренно припомнил я фамилию Лары. — Полагаю, считает также. Ты ведь с ней общалась только что.
— Да, очень хорошая дву… Принцесса. — вовремя поправилась дочка, стрельнув зелёными глазами в обладательницу чуть более тёмных зелёных глаз. — Эти человечьи правила… Бедняжка. Там же ведь из достойных один островитянин… Но эти дикари…
— Крайты неплохи. Оттого я и оставил им там власть, когда мы выдвинули им ультиматум после победы. — пожимаю плечами, основываясь на ностальгических ощущениях к этому клану со Скеллиге. Не все выходцы с последнего были кровожадными варварами-дикарями, и это стоило понимать. — О, королева стала докапываться до ведьмака с вопросом наёмничества…
— А он смелый. — покивала Мордред, благодаря усиленным чувствам также легко прислушиваясь к диалогу королевы и ведьмака. — Немногие люди так могут вести разговоры со своими правителями. Особенно отказывать не любят в таких разговорах… Но этот… Теперь понятно, почему он тебя заинтересовал, от… Мерлин.
— Ему уготована великая судьба. — пожимаю плечами, мысленно усмехаясь от того, как нелепо выглядит аристократический наряд на ведьмаке, явно чувствующего себя не в той тарелке.
— Опять твои пророчества?.. — проворчала доченька, выпивая уже непонятно какой бокал вина. Ей-то побоку, хоть двадцать выхлебать сможет, и не рухнет, а вот репутация среди окружающих… Хотя да, драконистая драконица даже в человеческом облике выделяется в человеческом же обществе.
— Да. И как я вижу, они сбываются. — теперь развожу руками, и делаю новый глоток вина.
Хм-м-м… А можно ли считать моё знание канона — пророчеством?..
…Тем временем в помещение наконец-то вошёл рыцарь в шипастом шлеме, приковывая взгляды окружающих к своей персоне.
И бодро заговоривший с самой королевой.
— Благородная королева, благородные господа… — проговорил пришелец из-за забрала, проделывая весьма и весьма неуклюжий поклон. — Прошу простить за то, что нарушаю торжественный пир. Я Йож из Эрленвальда.
Почуявшая что-то интересное Тиригоса подалась вперёд, пожирая взглядом рыцаря.
— Приветствую тебя, Йож из Эрленвальда… — медленно проговорила Калантэ, на лице которой мелькнула тень. Узнала Эмгыра под маскировкой, видать. — Займи место за столом. Мы в Цинтре рады любому гостю. — а как же не радоваться законному императору крупнейшего государства Континента, да?..
Ладно-ладно, что-то я разошёлся. Вино видать немного действует.
— Благодарю, королева. — незваный гость еще раз поклонился, коснулся груди рукой в перчатке из тёмного железа. — Однако я прибыл в Цинтру не как гость, а по делу — важному, не терпящему отлагательства. Если королева Калантэ позволит, я изложу его суть незамедлительно, не отнимая у вас непотребно времени.
— Йож из Эрленвальда. — резко ответила весьма жёсткая, так-то, королева. Не зря так восхищается Артурией, ведь Калантэ едва ли не её копия… В миниатюре, но всё-таки!.. — Похвальная забота о нашем времени не оправдывает неуважительности. А таковой я считаю то, что ты обращаешься ко мне из-за железного решета. Посему — сними шлем. Уж мы как-нибудь переживем потерю времени, кое тебе понадобится на такое действие.
— Мое лицо, королева, должно оставаться укрытым. Пока. С твоего позволения. — невозмутимо донеслось из-под шлема, а по всей большой зале пролетел, буквально промчался гневный шум, гул, там и тут усиленный приглушенными ругательствами.
— Начинается, начинается!.. — довольно оскалилась дочка, почуявшая веселуху на этом нудном сборище аристократов.
Что же происходило дальше?
О-о-о.
Дальше было действительно весело.
Эмгыр в облике Йожа принялся напирать на королевскую волю и Право Предназначения, законное для всех северян… При этом являясь южанином. Этому, закономерно, возмущались все претенденты на руку, и как выразился один придурок, ложе принцессы. Стоит ли говорить, что Паветте, пошедшей в мать, такое отношение к себе, как к машине для разведения, не понравилось?
Не понравилось упирание на клятву мужа и самой королеве, вдове, которая гибель отца Паветты и организовала. Но нечего было в открытую искать себе новую жену ради наследника. Опыт Вриданка Эльфа из Редании этого идиота ничему не научил… Вот только в отличии от безвольной матери Фальки, которая послушно удалилась в Ковир, Калантэ… Ох, Калантэ вернулась в Цинтру бы с армией, дабы посадить дочь на трон.
Боевая королева.
— Хо?.. — по мере нарастания спора, в который включился и Геральт, выступивший справочником по делу Предназначения, я ощутил её.
