Магазин волшебных питомцев - 1 - Сергей Шиленко

А, вот, нашёл. Баночка с синей крышкой, на этикетке изображён стилизованный варан с молнией на спине. «Витамины для чешуи громовых варанов, ранг до В». Внутри лежали жемчужно-серые шарики с голубоватым отливом и чуть гудели, если поднести к уху.

— Эти?

— Ага! — обрадовалась Стася.

Я положил банку и шлейку на прилавок. И только тут заметил, что Тоша уже не у моих ног. Рептилия переползла вдоль стеллажа и теперь сидела, задрав башку к птичьей клетке.

Какаду внутри распушил хохолок. Раздвоенный язык варана работал, как метроном. Глотка дёрнулась, ящерица сглотнула слюну. Знакомый взгляд. У моего Рекса так глаза горели при виде колбасы.

И тут же из клетки вырвался резкий крик — не растерянный, а злой, предупреждающий. Птица щёлкнула клювом, пару раз хлопнула крыльями, давая понять: пошёл вон или хуже будет!

— Тоша, ко мне.

Сказал на автомате, но сработало. Варан с явным сожалением оглянулся и потопал назад. Какаду на жёрдочке демонстративно отвернулся.

— Ходют тут, — проскрежетал он.

Мы со Стасей невольно улыбнулись. Я присмотрелся внимательнее. На дверце клетки болталась картонная бирка: «Архимед. Ранг E. Не давать семечки после 18:00 — будет орать всю ночь».

Архимед, значит. Ну, привет, Архимед.

Получается, что даже этот попугай волшебный. Раз у него ранг имеется.

— Сколько с меня? — девушка уже доставала из кошелька карточку. Обычный синий пластик с серебристым тиснением: «Сбербанк России»… нет, секунду. «Сребробанк России». Ну хоть не «Гринготтс».

Я бросил взгляд на ценники. На прилавке стояли касса и терминал. Самый обыкновенный с кнопочной клавиатурой. Набрал сумму, будто всю жизнь только этим и занимался. Терминал подсветил окошко для карты. Стася приложила. Всё, оплата прошла так же, как у меня дома. Даже чек пополз.

— Спасибо, — девушка приняла пакетик, в который я положил банку с витаминами. И вдруг замялась, переступила с ноги на ногу. — Слушай… а всё-таки как ты это делаешь? Тоша тебя будто за хозяина признал. Ты приручитель? Я полгода с ним мучаюсь. Канал связи нестабильный, всё пытаюсь добиться нормальной синхронизации. А ты за минуту…

Она вскинула подбородок, заглянув мне в глаза.

— Можно я посмотрю твою ауру?

— Чего?

— У меня родовой дар «Видение Сути». Я поэтому и в артефакторы пошла — вижу состав материалов, наложенную магию, потенциал и всё такое. Я только глянуть, это секунда.

И как на это реагировать? «Девушка, извините, но лучше не надо, а то вдруг вы заметите, что я переселенец в чужое тело»?

Но ни возразить, ни согласиться я не успел.

Голубые глаза напротив вспыхнули тем же ровным светом, каким пару минут назад светились у Тоши. Стася посмотрела на меня, чуть склонив голову. Улыбка на её лице померкла.

— Это… — она моргнула. Свет в глазах дрогнул. — Подожди.

Прищурилась, свечение вспыхнуло ярче.

И погасло.

Стася стояла, сжимая в пальцах пакетик, и смотрела на меня так, будто я только что превратился в стену.

— Ты пустой, — сказала она тихо. — Совсем, даже первого уровня нет. F-ранг.

Я молчал, пытаясь разобраться в этой их местной классификации.

— Этого не может быть, — добавила она ещё тише. — Пустые не работают с питомцами. Вообще не чувствуют их.

— Дэнька — дурак! Дурак! Кукареку! — радостно подтвердил какаду и захлопал крыльями.

Над дверью звякнул колокольчик. В проёме показался мужчина средних лет в тёмном костюме-тройке. Высокий, плечи широкие. Короткие волосы с сединой уложены так, будто к парикмахеру он ходит чаще, чем я за хлебом. Перстни, запонки с брюликами. Весь набор.

Я таких встречал. На допросы они приезжали с тремя адвокатами. Не успеешь оформить протокол, как уже звонок сверху. Большие деньги и абсолютная уверенность в собственной неприкосновенности.

Взгляд у него был соответствующий. Так смотрят не на людей, а на обстоятельства, которые нужно учесть или устранить.

А следом за ним в дверной проём вползла змея. Точнее, её голова. Огромная, треугольная, гладкая и белоснежная, с холодными синими глазами и парой коротких роговых отростков над ними. Шея толщиной с приличное дерево. Тело тянулось наружу, на улицу, и я не видел, где оно заканчивается.

Тоша замер и беззвучно прижался брюхом к полу. Гребень у него потух мгновенно. Кобра неторопливо повернула голову и посмотрела на клетку с какаду. Язык скользнул наружу, попробовал воздух и втянулся обратно. Архимед сразу же захлопнул клюв и начал изображать предельно неинтересный пернатый комочек.

— Ой, папа! — Стася обернулась и почти подпрыгнула. — Ты Нагу призвал? Зачем⁈

— Затем, — голос у мужчины оказался ровный, негромкий и от этого ещё более неприятный, — что я оставил дочь без присмотра на полчаса, а вернувшись к машине, дочери не обнаружил. Пришлось использовать змеиное чутьё.

Похоже, про GPS в этом мире не слышали. Возьмём на заметку.

— В следующий раз, Станислава, — продолжил он, — даже не думай выходить из машины в таком районе. Иначе приставлю охрану. Постоянную.

Я молча наблюдал. Влезать в чужие семейные дрязги — последнее дело, особенно когда у одной из сторон за спиной голова чудовищной кобры.

Взгляд мужчины скользнул по стеллажам, на которых почти не было товара. Потом по прилавку с царапинами, по кассе с отбитым углом. Заметил облупившуюся краску у двери.

От этой спокойной оценки в помещении будто стало ещё теснее.

— Что же ты нашла здесь такого, — спросил он, — чего нет ни в одной из сорока точек «Беломор-Зверя»?

Стася покраснела до ушей.

— Пап, ну я просто… ждала тебя и увидела вывеску…

— Вывеску, — повторил отец бесцветным голосом. — С отвалившейся буквой «о» и подсветкой из одной лампочки?

— Пап, я не… я просто за витаминами для Тоши. Ты же сам сказал, что на складе закончилась пыльца грозового цвета, и следующая партия только через неделю, а у Тоши скоро линька, и если я не дам ему сейчас…

— Стася.

Девушка замолчала. Отец смотрел на неё без злости, просто с усталостью. Так смотрит родитель, который в сотый раз объясняет ребёнку, почему нельзя трогать горячее.

— Если этого компонента нет у меня, значит, его нет ни у кого в этом городе. А если где-то всё-таки лежит, то сначала следует выяснить, почему