фетиш, не иначе.
Он, конечно, не вдавался в подробности, но та эльфийка понравилась ему настолько, что он до сих пор часто её вспоминает. А ещё ей, по его словам, нравилось, что у него есть хвост: очень удобно сверху, в позе наездницы, да и вообще это открывало множество других, весьма необычных поз.
В общем, развлекались они тогда как могли, и он ещё не раз возвращался туда под разными предлогами, лишь бы снова оказаться с ней в постели.
С одной стороны, история вышла занятной, а с другой — слушать всё это было не слишком приятно. Я продолжал внимать скорее потому, что временами проскальзывала тема отторжения и способов справиться с этим. И без психологии тут никак. Пока не поработаешь над своим разумом, не примешь всех разумных твоего уровня или выше хотя бы как равных себе — ничего не выйдет. Я и сам это понимал, но на практике всё оказалось куда сложнее.
Постепенно я стал ощущать, что пьянею, причём довольно сильно. А вино было вкусным, и сиделось за этим столом удивительно хорошо, тем более с таким-то прекрасным видом. Ну вот как тут удержаться? К тому же отец Риллиан попросил — а точнее, почти приказал — рассказать ему какую-нибудь свою интересную историю на ту же тему. И рассказать было что.
Но меня всё сильнее беспокоило собственное состояние: я могу и не заметить, как просто вырублюсь. Вино пьётся слишком легко. А когда что-то настолько приятно и вкусно пьётся, шансы потом ничего не вспомнить заметно возрастают.
И тут в мою захмелевшую голову пришла одна идея — как хотя бы частично справиться с опьянением. Вдруг сработает?
Делая вид, что вспоминаю свою историю, я с трудом, но всё же взялся за реализацию того, чего не пробовал никогда.
Глава 15
Чувствительный хвост
— Неужели в твоём возрасте у тебя уже такой богатый опыт, что не знаешь, какую из историй мне рассказать? Или пытаешься придумать? — усмехнулся отец Риллиан. После каждого бокала вина он, как мне показалось, становился заметно менее строгим.
— Обижаете, — улыбнулся я. — Ничего не придумываю. Просто решил выбрать самую необычную.
Я никогда не считал правильным делиться с кем бы то ни было своей интимной жизнью. Но сейчас иной случай — раз уж он сам рассказал мне свою историю, было бы неуважительно уходить от ответа.
Параллельно с этим я пытался воплотить в реальность свою идею не напиваться слишком сильно. Алкоголь в той или иной степени — яд. Если организм отравлен, его можно подлечить. Так я и пришёл к мысли, что стоит попробовать направить внутрь лечебную энергию, чтобы если не отрезветь полностью, то хотя бы замедлить воздействие алкоголя на организм.
Однако давался этот процесс действительно тяжело — сконцентрироваться в таком состоянии было непросто. Тем не менее мне всё же удалось немного на это повлиять. Да, трезвым я не стал, но появилось то самое чувство, когда понимаешь, что можешь выпить ещё, не слишком переживая о последствиях. Будь я полностью трезв, возможно, добился бы куда большего эффекта, блокируя воздействие алкоголя с самого начала. Хотя далеко не факт, ведь мои способности в магии лечения до сих пор находятся на крайне низком уровне.
Не забывая о собеседнике, который всё это время ждал историю, я решил рассказать ему о необычном опыте с Синаей — о том, как она с помощью иллюзии увеличила удовольствие в два раза. Отца Риллиан это откровенно развеселило, стоило ему представить картину, когда у тебя вместо одного сразу два половых органа. Но потом он задумался и признал, что опыт и правда интересный, пусть и основанный всего лишь на иллюзии.
Дальше разговор плавно перешёл к тому, где именно я повстречал такую девушку, а затем всё свелось к рассказу о моей большой семье. Его это нисколько не удивило: среди ламий подобное считалось нормой, если мужчина хотел иметь больше одной жены. Особенно часто это встречалось у других, куда более враждебных видов ламий. Более того, подобное даже одобрялось: чем больше мужчина оплодотворит женщин, тем лучше будет ситуация с популяцией, что напрямую влияло на выживание вида. Правда, позволить себе большую семью могли далеко не все — для этого нужно хорошо зарабатывать, чтобы обеспечивать жён и детей.
Тема достатка не обошла стороной и меня. Отец Риллиан никак не мог понять, откуда у меня деньги на такую семью. И об этом я ему тоже рассказал. Как выяснилось, ламии по какой-то причине вообще ничего не знали о дорогущем ледяном металле. Впрочем, дело было не только в нём: во многом мне помогали и сами девушки, беря на себя все дела по хозяйству и не только.
* * *
Так мы и просидели до самого вечера, постоянно перескакивая с одной темы на другую. Тот невидимый барьер, что ощущался в самом начале нашего знакомства, будто растворился сам собой, и мне неожиданно легко было поддерживать беседу. Свою роль, конечно, сыграло и вино — моя магия лечения хоть и справлялась, но делала это не слишком хорошо. Ну, я хотя бы держался достаточно уверенно. Если б вообще не попытался ослабить воздействие алкоголя, язык уже давно бы заплетался.
На закате всё вокруг выглядело особенно красиво. Красно-оранжевые лучи заливали дома и горы, окрашивая их тёплым светом и создавая вид, от которого было трудно отвести взгляд. И почему во Второй нет ничего похожего…
— Я думаю, на сегодня хватит, — аккуратно подвёл я разговор к тому, что мне пора бы и честь знать. — Больше уже просто не потяну.
— А ты и так меня удивил, хорошо продержался, — заметил отец Риллиан. — Другой человек на твоём месте уже б давно уснул.
Значит, он либо не заметил, как я пользовался лечебной магией, либо просто отдыхал, не желая обращать внимание на что-либо.
— Старался, — покивал я. — Если вы не против, то я пойду. И со столом, кстати, что делать?
— Ничего, Гарри, ничего. Жена вернётся — всё уберёт. Я тебя провожу.
Вино есть вино: пока сидел, чувствовал себя вполне неплохо, но стоило подняться, как сразу стало ясно, что ноги держат меня уже не так уверенно. Хотя бы не повело в сторону — и на том спасибо. Про отца Риллиан и говорить нечего: по его спокойным движениям невозможно было определить, что в нём уже далеко не один литр вина.
Пока
