– Понял вас, база. Иду на перехват, – ответил командир звена истребителей, вылетевшего навстречу разведчику.
– Противоракетная оборона приведена в полную боевую готовность. Отделение РЭБ[52] готово, – последовали команды с боевых постов. Корабль готовился к бою.
– Эскадрилья, слушай боевой приказ, – раздался по общей связи юношеский голос Грехта. От волнения он был на несколько тонов выше, чем обычно. – Заходим тремя звеньями с трех сторон. Первые пуски ядерных ракет делают ведущие. Через тридцать секунд ведомые выпускают подавители и сразу следом неуправляемые ракеты «Рой». Разворот и новый заход.
– Принято. Принято. Принято.
Маневр был впитан плотью и умом, будучи внедрен с помощью нейросети в мышечную память и мозг. Рейдеры отогнали истребители огнем пушек и исчезли.
– Кэп, они опять исчезли.
– Принято. Зонды на перехват по курсу их движения! Они отключили все системы и не могут маневрировать. Как обнаружишь противника – атака ракетами.
– Понял, кэп.
Экипаж в напряжении ждал сигнала с датчиков разведывательных зондов, готовый атаковать хитроумного противника. Все они в прошлом были военными специалистами, по разным причинам ушедшие со службы и нашедшие применение в пиратстве. Проблем меньше, а добычи больше. Жили по принципу «грабь слабого, убегай от сильного».
В какой-то момент корабли противника проявились, и искины станций наведения взяли их на прицел, вводя поправки.
– Готовность к пуску пять секунд. Отсчет пошел, – доложил механический голос аппаратуры.
Но кораблики, резко ускорившись, рванули вперед.
– Запуск отложен. Произвожу ввод новых данных! – продолжил тот же голос. – Данные введены. Пуск ракет через пять секунд. Запуск отложен. Произвожу ввод новых данных.
Оператор противокорабельного оружия видел на дисплее, как противник резко сбросил скорость и снова исчез с экранов локаторов.
– Противник не обнаружен. – Искин продолжал оповещать команду БЧ[53].
– Выход на рубеж атаки через пять секунд. – Теперь голос Грехта был спокоен, он был в своей стихии.
Рейдеры включили все системы и произвели запуск неуправляемых ракет с тактическими ядерными зарядами. Их цель была – подорваться, не долетая до пиратов, и пустить электронный импульс. У всех кораблей была защита от такого оружия, но Грехту нужно было время, чтобы подобраться на рубеж уверенного поражения корабля пиратов многочисленными ракетами залпового огня. На корабле включалась защита от поражения электронным импульсом, а это четыре секунды, в течение которых корабль был полностью ослеплен.
– Ракетная атака. Три скоростные цели. Класс неуправляемые ракеты. Расчетный курс мимо.
Оператор противоракетных систем вздохнул с облегчением. От этих старых башмаков неизвестно что можно ожидать. А управляют ими, сразу видно, опытные пилоты, прошедшие не одну кампанию. По-видимому, ветераны, которых не взяли в большие ЧВК[54] из-за возраста. Но они наиболее опасны, жизнью не дорожат, а кровь требует выброса адреналина, как наркотика.
Его мысли прервал строенный взрыв недолетевших ракет. Аппаратура запищала, и искин оповестил об отключении системы и установке защиты от поражения электронным импульсом. Пока включалась защита и аппаратура переходила в защищенный режим работы, прошло восемь секунд. Все-таки это был грузовой, а не военный корабль. Часть систем вышла из строя. Перестал работать элеватор подачи ракет. И пираты могли произвести только один залп.
– Кэп, у нас заклинило элеватор. Нужны техники, – поступил доклад на мостик из оружейного погреба.
– Кэп, дроны, производящие ремонт дока, вышли из строя, требуются новые процессоры.
– Докладывает БЧ-4: у нас заклинило двери и поворотные механизмы турелей, – начали поступать сообщения с разных мест.
– Проклятье! – Капитан был в бешенстве. – Подпустите их на дистанцию стопроцентного поражения и уничтожьте! – приказал он и устало откинулся на спинку кресла. А на мостик продолжали поступать сообщения о множестве мелких поломок. Естественно, весь корабль невозможно закрыть защитой, и это теперь сказывалось на общей боеготовности. – Где они только взяли это старье? – вздохнул капитан.
– Системы РЭБ приведены в полную боевую готовность, – сообщил командный искин корабля. – Цели определены и захвачены, до пуска ракет шестьдесят секунд.
Расчеты БЧ быстро приходили в себя и подключали защищенную аппаратуру, готовясь отразить новую атаку и поразить приближающиеся корабли.
– Ну, что вы еще придумаете? – процедил сквозь зубы оператор, и тут прозвучал сигнал тревоги:
– Ракетная атака. Три скоростные цели. Неуправляемые ракеты.
– Они что, опять тактические заряды используют? – удивился он.
– Курс ракет на корабль. Внимание, тревога! Ракетная атака по кораблю.
– Ну с тремя пташками мы справимся, – ухмыльнулся оператор.
– Внимание, тревога! Разделение головных частей ракет, атака боевыми головными частями самонаведения. Восемнадцать целей. Вероятность преодоления противоракетной обороны корабля двадцать процентов. – По кораблю разносился голос главного корабельного искина.
– Все мощности на щит и системы ПРО, – скомандовал капитан, он участвовал в боях и понимал, что это еще не конец его кораблю, они сумеют отбиться от этой атаки, а вот от ответного залпа рейдеры вряд ли смогут уйти.
В этот момент на экранах локаторов появилось более ста целей, летящих к кораблю с разной скоростью. Искин корабля перевел все свои мощности на определение угрозы и перестал реагировать на команды с мостика.
– Кэп, это пустышки, они послали глушилки и обманки, – передал на мостик оператор. – Через пятнадцать секунд искин это поймет, и мы атакуем противника. Отойти он уже не успеет.
– Ракетная атака! Множественные цели. Определению не подлежат, – прозвучал снова сигнал и голос искина корабля. Искин взял на себя управление системами ПРО и стал отстреливать приближающийся вал огня. Но он уничтожал пустышки, а «Рой» стремительно приближался к кораблю пиратов.
– Зафиксированы попадания ракет, – продолжал бездушный голос искина.
– Зафиксировано падение энергии щита. Зафиксированы множественные пробоины корпуса. Внимание! Угроза разгерметизации отсека два дробь четыре секции склада ракет. Всем покинуть отсек. Внимание, угроза разгерметизации отсека два дробь четыре секции склада ракет. Всем покинуть отсек, – дважды повторил механический звенящий голос искина. Он бил по барабанным перепонкам, нагоняя ужас в сердца пиратов.
Впервые они столкнулись с организованным отпором и понесли потери. Управление кораблем было нарушено. В чрезвычайных ситуациях главный искин корабля полностью брал на себя управление, так как время реакции на изменение обстановки у человека было гораздо дольше, чем у искусственного интеллекта.
Но и он не может избежать ошибок. Все свои усилия он сосредоточил на обеспечении живучести корабля и отражении атаки ракет противника.
Грехт видел, что корабль пиратов перешел к обороне.
– Перезарядка барабанов на «Рой», огонь по готовности, – приказал он.
Механизм подачи ракет с гулом провернулся, и ракеты встали на боевой пуск.
– Залп, – мысленно дал он команду искину, и двадцать четыре ракеты, вытолкнутые электромагнитными катапультами, устремились к содрогающемуся корпусу корабля пиратов.
Противоракетная оборона не справлялась с несколькими залпами небольших, но шустрых ракет. А вскоре к ним добавились ракеты подавления и ослепления электронных систем, и на пару секунд корабль «ослеп», этого хватило тридцати ракетам прорваться сквозь заслон и обрушить свой слитный вал огня на корпус пирата.
Канонир Греничек, управляя турелью плазменной пушки, яростно встречал подлетающие ракеты и накрывал их широкой полосой огня плазмы. Но ракеты все равно прорывались, вгрызались в корпус корабля, покрытый самодельно установленной броней. Одна из них прошла под турелью, пробила корпус и, врезавшись в переборку под его ногами, взорвалась. Башню оторвало и закрутило в космосе.
