— сказала Иби.
— В смысле — сама? — насторожился я.
— У меня есть доступ к телефонной сети.
— Отставить, — жёстко сказал я.
— Егор… — попыталась она возразить.
И пока мы спорили, человек уже вышел из ломбарда, сунул что-то во внутренний карман пиджака и неторопливо спустился с крыльца.
Я напрягся, положив пальцы на ручку дверцы. Он направился прямо в нашу сторону. И в этот момент из темноты резко, с визгом шин вырулила машина.
Она выскочила на площадку перед ломбардом и остановилась буквально в нескольких метрах от мужчины. Я успел заметить, как опустилось правое пассажирское стекло, и в ту же секунду из салона высунулся ствол пистолета с глушителем, направленный прямо ему в спину.
— Ложись! — заорал я, выскакивая из машины и одновременно выдёргивая пистолет из кобуры.
Мужик сначала дёрнулся, собираясь бежать, но, услышав мой крик, резко упал мордой вниз и вжался в асфальт. И сделал он это вовремя, потому что почти сразу бахнули выстрелы, короткие, глухие, с характерным приглушённым звуком, и пули пройдя над ним, ушли в темноту.
Бах! — я вскинул пистолет и тоже выстрелил, пытаясь поймать цель, но машина уже дала по газам, сорвалась с места, выскочила на проезжую часть и понеслась прочь, растворяясь в ночном городе.
Я метнулся обратно, запрыгнул в «Волгу», провернул ключ зажигания и крикнул:
— За ней! Построй маршрут, проследи, куда она едет, подключись к уличным камерам!
Но двигатель не завелся.
— Та-та-та, — молотил вхолостую стартер.
— Твою же мать… — выдохнул я, снова поворачивая ключ.
Движок молчал, как назло, и стало ясно, что никуда мы сейчас не поедем.
— Надо к Санычу гнать тачку… тьфу, блин… — я вылез из машины и обернулся к мужчине, который тем временем поднялся с земли и теперь с опаской смотрел на меня, явно не понимая, кто перед ним и чего ждать дальше.
— Всё нормально, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Я из полиции. Иди сюда.
Он секунду колебался, а потом вдруг резко рванул прочь, метнулся в тёмный проулок, выскочил на дорогу и побежал в сторону улицы Ленина.
— Твою мать, да что ж за день-то такой… — выругался я, снова прыгая в машину.
Авось повезет.
И повезло. Мотор кашлянул и ожил, наполнив салон знакомым гулом. Я выжал сцепление, воткнул передачу, дал газу и выскочил на улицу, в ту сторону, куда скрылся этот странный тип.
— Почему он убегает? — спросила Иби. — Ты же спас ему жизнь. Не вижу логических объяснений.
— А я знаю? Вот догоним и спросим. Муть какая-то.
Я вглядывался в темноту, но беглеца уже не было видно.
— Я его не вижу, — сказала Иби. — Он исчез.
— Выключу свет, — решил я. — Может, так получится разглядеть.
Я погасил фары, благо улица была тихая, машин поблизости не было, и сразу сбавил скорость, стараясь ехать почти на ощупь, всматриваясь в тени.
И тут — бам!
Глухой удар пришёлся в капот, что-то тяжёлое бухнулось спереди, я инстинктивно ударил по тормозам, шины взвизгнули по асфальту, и машина встала как вкопанная.
— Это что было?.. — выдохнул я.
— Егор… — испуганно прошептала Иби. — Мы, кажется, кого-то сбили.
— Твою дивизию… — процедил я, выскакивая из машины. — Хоть бы собаку… хотя и псинку жалко…
Я подошел к капоту и сразу понял, что это не собака.
На капоте, распластавшись, как морская звезда, без сознания лежал человек, тот самый тип в костюме, что пытался от нас убежать. И это был не просто человек. Теперь я узнал его. Как ни переодевайся, морду не поменяешь, и она была всё та же — кирпичом, а на голове виднелся грязный, уже местами потемневший бинт.
Глава 11
— Ты тоже его узнала? — спросил я Иби, стараясь держать голос ровным, хотя внутри уже всё клокотало.
Поймал себя на мысли, что хотелось еще добавить ему свинца в голову… Не узнаю себя, злой стал. Хотя нет, не злой… справедливый. Хе.
— Конечно, узнала, — отозвалась напарница. — Я уже идентифицирую его личность, проверяю лицо по доступным базам.
Я тем временем наклонился над тушкой моего несостоявшегося киллера, быстро проверяя пульс и дыхание.
— Живой, зараза, — констатировал я. — Дышит.
Не церемонясь, жёстко завернул ему руки за спину и нацепил наручники, действуя на автомате, как учили когда-то, и как, оказывается, тело всё это время помнило. А может, подействали методички, что изучала Иби.
В этот момент сбитый застонал, дёрнулся и открыл глаза, зло зыркнув на меня хоть и мутным, но уже осмысленным взглядом.
— Ты кто? — выпалил он, попробовав пошевелить руками, и тут же понял, что запястья скованы.
— Дзержинский в пальто, — буркнул я. — А я смотрю, ты живучий.
Он не морщился от боли, не кривился, да и вообще выглядел так, будто столкновение с «Волгой» прошло для него почти без последствий, словно машина лишь аккуратно подцепила его на капот. Да и скорость у меня была небольшая. Я мельком осмотрел кузов — ни вмятинки, ни царапины, и это неудивительно, потому что железо у старой «Волги» было совсем не чета современным пузотёркам, которые, кажется, пальцем продавить можно.
— Значит, больничка отменяется, — сказал я, подтаскивая его к двери машины. — Прямиком в отдел. И дурочку мне не гони, мы с тобой уже встречались.
Я усадил его на переднее пассажирское сиденье, пристегнул, захлопнул дверь и обошёл машину, чувствуя, как в голове крутятся всё более тревожные мысли. Плюхнулся на водительское место.
— Слышь, парень, ты кто такой вообще? — пробормотал задержанный, глядя на меня с каким-то странным, почти потерянным выражением.
— Совпадение не найдено, — сообщила Иби. — Очень странно, Егор, его лицо не значится ни в каких базах.
— Ладно, — сказал я, заводя двигатель. — По пальцам пробьём. Сейчас до отдела доедем…
И тут я осёкся, потому что слово «отдел» вдруг зазвучало в голове совсем иначе. Отдел — это не только все наши, но и Верёвкин, и если он действительно был замешан во всей этой цепочке, то ОМВД сейчас было не самым безопасным местом для того, чтобы спокойно и без помех распутывать этот клубок.
— Слушай, — вдруг заговорил невольный пассажир, повернув ко мне
