class="p1">Арчибальд слушал его с интересом. Сейчас он не играл роль, он действительно был учеником, который пришел учиться новым видам магии. Старый аврор, несмотря на его паранойю и вечную подозрительность, мог показать немало, в том числе и продемонстрировать, что на самом деле представляют собой сражения волшебников. Когда-то Кайнетту пришлось приложить усилия, чтобы организовать самые простые уроки у Тонкс, а сейчас в его распоряжении был куда более ценный источник знаний, её учитель, так почему он не должен этим пользоваться, раз Аластор сам навязался в их клуб? Учиться никогда не вредно, тем более у того, кто разбирается в своём деле, и разбирается на высоком уровне. А раз представилась возможность, её не стоит упускать. Тем более, его искренний интерес не мог вызвать никаких вопросов — ученик, лучший на курсе по ЗОТИ, не мог не отстаивать своё положение, а участие в этом клубе предполагало подготовку к дуэлям уже на следующем курсе. Потому засыпать профессора вопросами об особенностях ведения боя аврорами и их противниками он мог на совершенно законных основаниях.
Пока что основные выводы, сделанные ещё по первым стычкам в первые месяцы, продолжали подтверждаться. Скорость и реакция, именно это профессионалы ставили во главу угла в магическом бою — умение опознать и перехватить луч заклинания ещё в полёте требовало очень хороших рефлексов. Конечно, при сражении с местными террористами у Арчибальда оба раза было преимущество в скорости, либо за счёт призыва тени, либо за счёт Volumen Hydrargyrum, ведь этот мистический знак срабатывает в режиме автоматической защиты намного быстрее реакции даже тренированного человека. Однако и то, и другое — своего рода козыри, требующие больших затрат и времени на подготовку, да и просто не всегда могут оказаться под рукой, особенно в школе. А с одной палочкой и парой барьеров он хоть Аластору, хоть кому-то вроде Крауча — не противник, стоит смотреть на вещи объективно. Конечно, Кайнетт при всех своих талантах не рассчитывал, что всего за пару лет освоит местную магическую школу на таком уровне, чтобы тягаться с мастерами, но реальную разницу в навыках стоило иметь в виду на будущее. А также придумать новые способы её компенсировать. В этом плане обучение у старого аврора в самом деле давало немало пищи для размышлений.
— Профессор, но ведь не все заклинания можно отбить или перехватить, — заметил со своего места Макэвой. — Отец рассказывал, что «Аваду» потому все так и боялись в войну, что против неё всё это не сработает.
— Верно, но лишь отчасти. Самое главное — "Авада Кедавра" пробивает только магическую защиту. Хорошее кресло, а ещё лучше — крепкая стена вполне способны защитить от неё, хотя бы один раз. А если ничего рядом нет, то всегда можно использовать или манящие и отбрасывающие чары, или трансфигурацию, чтобы создать преграду. Да, всё это сложно и ненадёжно, а превращение ещё и требует времени на расчёты, однако в бою нужно пользоваться всеми возможностями.
— А если создать заклинанием какой-нибудь шкаф или стаю птиц, чтобы они закрыли от этого проклятья? Ведь это куда быстрее, чем вспоминать формулы для трансфигурации, — предложил кто-то с дальних рядов.
— «Авада» игнорирует любую магическую защиту. Любую. Магическую, — медленно повторил профессор, выделяя слова. — В том числе материализованные магией предметы и животных — она просто пройдёт сквозь них, пока не попадет в живое существо или в материальную преграду. Потому и закрыться можно лишь настоящим, а не наколдованным предметом, если он окажется достаточно большим. Впрочем, один работающий способ перехватить «Аваду» магией всё-таки есть. Но он очень специфический. Кто-нибудь его знает?
— Если твоя фамилия — Поттер? — пошутил кто-то из первокурсников.
— «Приори инкантатем», — проигнорировав последнюю фразу, произнёс Аластор. — Так называется заклинание, демонстрирующее последние созданные палочкой чары. Но ещё так называют один редкий эффект. Для него нужны, во-первых, две палочки с одинаковой сердцевиной, то есть волосом одного и того же единорога или жилой одного и того же дракона… и во-вторых, выпущенные ими заклинания должны пересечься до попадания. Тогда между палочками возникает своего рода связь, которая в этот момент стирает даже уже брошенную «Аваду». Но вы сами понимаете, что для подобного требуется или невероятная удача, или долгая подготовка и тонкий расчёт. Нужно узнать, какой палочкой пользуется ваш противник, потом убедиться, что у него нет запасной и в нужный момент он будет иметь при себе именно ту, устройство которой вы точно знаете. Нужно добыть ещё одну, «родственную» первой, при том, что её может и вовсе не существовать. Потом требуется очень точно подгадать момент для создания связи… Это не тактика для авроров, уж точно, скорее так может действовать убийца, которому заплатили за определенного волшебника, и он не исключает от противника даже непростительное заклинание. Наверное, Олливандеры могли бы в нашей стране возглавлять гильдию убийц, ведь две трети палочек так или иначе проходили и проходят через их руки, и они знают об этом всё… Если бы не их одержимость собственным ремеслом, разумеется.
— Извините, — после торопливого стука в класс заглянула Грейнджер. Судя по тому, что даже стянутые в конский хвост волосы выглядели растрепанными, сюда она неслась бегом. — Разрешите войти, профессор?
— Вообще-то это ваш клуб, мисс Грейнджер, вы не должны спрашивать моего разрешения, насколько я понимаю, — добродушно усмехнувшись, ответил тот.
— Как свидание, Гермиона? — крикнула Сансет, помахав ей. — Удалось?
— Какое ещё свидание? — возмутилась гриффиндорка, быстро покраснев. — Я была на тренировке!
— О, разумеется, — фальшиво улыбнувшись, ответила слизеринка. Затем громким театральным шепотом пояснила севшему неподалёку Мерфи и всем соседям: — Говорят, какой-то француз с пятого курса к ней недавно подкатил, вроде как он дома тоже занимается со шпагой, вроде как тут ему тренироваться не с кем…
— Да, Матис Дюпре из Шармбатона, его распределили на наш факультет, — добавил Моррис.
— Прекрасная новость, — оценил маг. — По большей части, она самоучка, и хотя бы какая-то система знаний будет крайне полезна. Хотя бы основные стойки и позиции, с которыми можно строить движения.
— Ой, знаем мы эти позиции и эти стойки… — ответила Сансет, но уже тише, чтобы слышали только соседи.
— Тренировки — это всегда полезно, — тем временем произнёс Грюм, оглядев её. Видимо убедившись, что вид у юной ведьмы, действительно, усталый, и она не придумывает оправдания для опозданий, он сказал: — А у нас тут зашел разговор о волшебных палочках. Свою вторую, в столь необычном виде, вы тоже заказывали у Олливандера?
— Нет, профессор, у Киделла, а дальше уже дорабатывала сама.
— Любопытно. А позволите взглянуть поближе?
— Конечно, сэр, — она аккуратно извлекла шпагу из невидимых
