на каждый чих. Проще медведя заставить стирать и научить говорить, ей богу.
Женщина сразу развила бурную деятельность, буквально схватила Василису и потащила к себе. Ну, чувствую будет мне развлечение. Ведь по факту, мне просто скучно.
Глава 13
Я много рассуждал на этот счёт. Попав в новый для меня мир, который идёт по другой исторической ветке, я откровенно заскучал. Выживать не нужно, средств достаточно вести бесшабашную жизнь подобно моим товарищам. Я пытался прикинуть, в чём я бы смог добиться прогресса благодаря моим знаниям. И оказалось — что ничем. Вообще — полная непроницаемость.
У моего отца в той жизни была неплохая домашняя библиотека. Стеллаж во всю стену. Там была потрясающая коллекция русских и зарубежных классиков. Советских в меньшей степени. Вот эти книги я и перечитывал по нескольку раз. У нас все любили читать — и мама с сестрой, и папа.
Уже значительно позже, когда мне приходилось работать из дома из-за своих болячек, я увлёкся Самиздатом. Особенно мне импонировал жанр альтернативной реальности. Или про попаданцев в различные исторические периоды прошлого. Авторы регулярно обращались к этой теме и фантазировали, как их попаданцы начинают прогрессорствовать.
Обязательно — варить качественную сталь и стекло, изготавливать фарфор и лекарства. Придумывать бездымный порох, пушки и автоматы. Некоторых заносило ещё дальше — самолёты, авианосцы и космические корабли. А что, бумага всё выдержит.
Читал я с интересом, попадались увлекательные книжки, с драйвом. Но главное тут не перегибать палку. Хотя ясно, что это фантастика. И сейчас, попав в тело дворянина, я с прискорбием понял, что ничем помочь миру не смогу. При всём моём желании.
Да, я понимаю, что сейчас было бы востребованно. Пенициллин, железная дорога, паровые машины, аэропланы и многое — многое другое. Но кроме общей концепции — ничего за душой, ни гроша. Ни точных формул, ни проверенной технологии. Разве что по роду своей специальности мог бы попытаться собрать радиоприёмник. Но с кем общаться и кого слушать? И главное — нет пока ещё подходящей элементной базы.
Максимум, что я мог бы сделаться — это гнать самогонку. Но это мой батюшка и без меня отлично делал. Разве что подсказать делать настойки на разном сырье. Но тоже, это далеко не новость для местных.
Что там ещё, лить самому свечи, очищая качественно воск в водяной бане?
Вот и получается, что мне остаётся или влиться в общество, наслаждаясь тем, что батюшка побеспокоился о моём будущем.
Либо запереться в своём имении и слыть чудаком, и так помереть, упрекая весь мир в несправедливости.
Отсюда и эта идиотская мысль попытаться найти в навозной куче алмаз и огранить его, заставив сверкать гранями света. Обычная блажь, но зато не скучно. Вон и Зоя Тихоновна забегала, глазки так и сверкают. Она теперь Ваську от себя не отпускает и даже пустила слух, что сама благоволит женщине из жалости.
Наконец-то я закончил изучения отчёта моего управляющего за прошлый год. И вот какая гадость получается. Его годовое жалования порядка 400 рублей. Это уровень мелкого провинциального чиновника. Для человека, регулирующего оборот в десятки тысяч рублей — тревожный сигнал. Вернее, у уважаемого Игнатия Казимировича Завадского, коий сидит в своей конторе, в славном городе Москва и занимается исключительно моими финансами — всё в порядке. При этом на довольно скромное жалование ухитряется содержать большой дом на Якиманке и семью из четырёх человек. И выглядит господин управляющий довольно солидно, как обеспеченный человек. А вот меня грызут сомнения.
Самое хреновое, что я даже поручил независимому аудитору проверить отчёт. На первый взгляд и придраться не к чему. Получается, либо он святой, что сомнительно. Либо ворует тонко, возможно имеет доход на стороне, используя мои финансы. То есть вкладывает мои деньги в интересующие его предприятия и получает выгоду, которую отследить сложно.
Вот я и вызвал его, дабы расставить все точки над «и». Игнатий Казимирович явился ко мне собранный с толстым саквояжем. Заметно, что он готов к любому повороту событий. Ну и я не стал уподобляться убогому, с ходу взяв тон в духе, — «пёс, ты меня обкрадываешь». Вместо этого я изложил управляющему свои подозрения. И не зря, вообще-то я практически угадал.
Завадский и в самом деле крутит мои деньги в межсезонье, давая купцам в рост. Это своеобразная серая зона:
— Ваш батюшка сам предложил мне такую сделку. Он платит мне незначительное жалование, я же обеспечиваю себя сам.
В общем ясно, но мне хочется легализовать наши отношения. Допустим я разрешаю управляющему пускать свои свободные деньги в рост и в различные предприятия. Это совсем другой уровень, почти партнёрский. У Завадского появляется дополнительный стимул зарабатывать для меня деньги.
— Таким образом свободные средства дома Белькуровых будут пускаться в оборот. Переводите долговые обязательства в звонкую монету. Под надёжные векселя, долевые паи в купеческих товариществах и в проверенные предприятия. Там, где риск разумен. Вы получаете свою долю, допустим 5%. Прибыль получили выше, оба выиграли. Если что и проигрыш будет общий. Только, если не трудно, присылайте мне отчёты.
Уходил Завадский в хорошем настроении, даже не отказался отобедать у меня. А вот переночевать в одной из гостевых комнат отказался.
Я мужчина в полном смысле этого слова и когда понял, что начал засматриваться на своих служанок, то стало ясно — что надо что-то с этим делать.
Знаю точно, что многие мои знакомые не парятся с этим и держат целые гаремы из крепостных девок. Понятно, что у тех там, где надо — всё на месте. Но лично мне противно тянуть женщину силой.
Вот мой товарищ Алексей Оболенский предпочитает вольную охоту. Он ищет жертвы в театрах и прочих высококультурных заведениях типа балета. Ему доставляет истинное наслаждение выбирать даму сердца среди актрис, танцовщиц и певичек. Там наблюдается немалая конкуренция, успешные красавицы весьма ветрены и знают себе цену. Князю приходится изрядно поухаживать, чтобы добиться их благосклонности. Но длится сей амур от силы месяц, потом наступает разочарование, опустошение и новый период поиска и страсти.
А Сергей Вяземский предпочитает полусвет и более длительные отношения. Граф любит одну молодую и весьма привлекательную вдовушку. Муж её погиб в одной из военных компаний, не оставив супруге солидного состояния. Вот Вяземский и содержит женщину и её ребёнка. Она уже не находится под надзором семьи и может позволить себе больше,
