тур, потому к их появлению на поле зрители уже знали, что именно участникам предстоит делать. Задание в этот раз разбили на два этапа. Первый, наземный, подразумевал необходимость выбрать и достать себе метлу, причем сказать это было куда проще, чем сделать. Примерно три дюжины этих транспортных артефактов оказались разбросаны на небольшой ровной площадке у леса, словно безо всякой системы. Вот только все они были закреплены на земле сразу разнообразными чарами, трансфигурированными оковами и самыми банальными немагическими верёвками, замками и цепями. А чем более совершенной и быстрой была метла, тем труднее было и освободить её, при этом не повредив и не пропустив какое-нибудь замедляющее проклятье. Таким образом, от студентов требовалось сначала опознать ту или иную модель, а затем выбрать себе задачу по способностям, чтобы не провозиться с особо хитрыми чарами все отпущенные полчаса до конца испытания, так и не поднявшись в воздух.
Второй этап уже проходил в небе, почему-то Грейнджер потом сказала о нём, что «они так и не придумали ничего нового». Над опушкой леса кружилась целая стая чёрных птиц, напоминающих странный гибрид между совами и воронами — частью материализованных магией, частью превращенных из неживых предметов. Примерно у каждой из дюжины был в лапах зажат небольшой ключ, открывающий один из ящиков на земле с подсказками для последнего раунда. То есть птицу требовалось догнать на метле, либо сбить в полёте, дематериализовать или провести обратную трансфигурацию, после чего успеть поймать ключ, если он у неё вообще был, и если он уцелеет в процессе. При этом ловить чужие трофеи правила не запрещали, а потому ударить каким-нибудь площадным заклинанием в центр стаи было можно без проблем, вот только в результате десятки таких ключей полетели бы или в лес, или в озеро, или прямо в руки тех, кто на земле продолжал попытки расколдовать себе метлу. А потому самой надежной тактикой было ловить птиц по одной, догнав их на метле и выдернув из лап трофей, вот только летать прямо в центре облака постоянно галдящих и носящихся во все стороны «ворон» смог бы далеко не каждый.
Очевидное преимущество имелось у игроков школьных сборных (примерно половина оставшихся участников) и отдельно у трёх вступивших в турнир ловцов (Диггори, Малфой и Поттер). Остальным же придётся намного труднее, это было понятно с самого начала. Всё-таки полёты не являлись в школе регулярным обязательным предметом даже в сравнении с почти символической астрономией, и хотя брать в свободное время мётлы или приходить на стадион со своими не запрещалось, этой возможностью мало кто пользовался. Большинство волшебников и ведьм сдали зачет на первом курсе, а после предпочитали лишь смотреть на полёты со стороны, раз в месяц посещая матчи сборных, а некоторые не утруждали себя и этим.
Как раз потому Грейнджер в этот раз пришлось особенно нелегко. Её опыт полётов на мётлах начинался, да практически и заканчивался первым курсом, в школе она этим спортом не интересовалась, да и дома собственного артефакта не имела по очевидным причинам. В общем-то, тут её позицию Кайнетт полностью поддерживал, считая данное занятие совершенно напрасной тратой магической энергии и пережитком прошлого. Пространственное перемещение в этом мире может освоить даже подросток в шестнадцать лет, а при желании и раньше, стационарные антиаппарационные барьеры весьма редки, а для перемещения в незнакомые места и за пределы страны намного лучше подходит обычный немагический транспорт — и комфортнее, и безопаснее, и нет риска нарушить Статут. Возможно, лет двести назад, когда альтернативой для повседневных перемещений стало бы или седло, или карета, метлы в самом деле имели практический смысл и давали преимущество в мобильности, но в конце двадцатого века проблем от такого способа перемещения было бы куда больше, чем пользы. Да и боевое применение крайне сомнительно, особенно для местной школы магии, сильно завязанной на жесты и универсальный катализатор. Только применение как игрушки для развлечения им и остаётся. Возможно, поэтому консервативные волшебники так цепляются за свой любимый спорт — без него эти артефакты выйдут из употребления уже через несколько лет.
Ведьма сумела выбрать метлу подороже и посложнее — не ради реального преимущества в воздухе, а лишь чтобы выиграть очки за снятие с неё более продвинутых заклятий и крепких цепей, довольно быстро разобралась с защитой и поднялась вверх, зависнув ниже кружащейся стаи. Очевидно, гоняться за птицами, как это предполагалось организаторами, она бы не смогла — не хватит опыта полётов и навыков обращения с метлой, она куда раньше упадёт сама. Потому Грейнджер выбрала иной подход — они обсуждали подобный вариант в клубе среди прочего, когда стало ясно, что следующий раунд как-то будет связан с полётами. Ведьма наложила на метлу чары остановки и неподвижности, заставив замереть в пространстве, добавила стихийный барьер от ветра вокруг, затем прямо поверх древка создала небольшую площадку из замороженной в лёд воды, сразу же укрепила, чтобы та не растаяла в ближайшие минут двадцать. И в итоге перебралась на более широкую и устойчивую поверхность, где можно было уверенно встать в полный рост, больше не думая о постоянной поддержке равновесия. После чего принялась спокойно работать мистическим знаком. Простые огненные заклинания вроде «Инсендио» и «Экспеллимелиус» выбивали птиц по одной, не различая трансфигурированных и материализованных из магической энергии. Если после попадания вместе с ними падало что-то ещё — в ход шло «Акцио» для перехвата трофеев в полёте. Увы, из-за отсутствия самонаведения у простых чар приходилось больше полагаться на удачу, и что очередная вспышка пламени не уйдёт в небо, а поразит цель, и желательно именно ворону с ключом. Плюс требовалось не зацепить других участников, носящихся на большой скорости рядом и прямо внутри стаи, нужно было безопасно пропускать ещё и их, потому в итоге её «улов» был невелик — всего с десяток ключей.
Когда до конца испытания осталось три минуты, ведьма решила сэкономить время и одновременно выиграть ещё немного очков за исполнение, потому не стала расколдовывать свою конструкцию, а просто спрыгнула вниз с высоты футов в пятьдесят. Разумеется, на поляну с мётлами были заранее наложены чары, которые не дали бы ей или другим студентам разбиться при падении, однако рассчитывала Грейнджер не на них. Уже в полудюжине футов от земли она выкрикнула короткое заклинание, приводя в действие подаренный на день рождения браслет и останавливаясь в воздухе «по-своему», без участия приготовленной учителями защиты, что пошло ей в общий зачёт разнообразия применённой магии. После чего оставалось лишь вместе с остальными участниками подбирать наловленные ключи к сундукам, надеясь на удачу, поскольку
