уложить спать Аленушку, я решаю поговорить с ней. Как идти в чей-то сон, мы уже проходили, но нам нужен совершенно определенный фелис. Точнее, определенная, и вот с ней у Аленки моей связаны очень плохие воспоминания.
— Доченька, — мягко обращаюсь я к малышке. — Нам нужно узнать, почему с тобой так обращались и что произошло с Талитой, поэтому мы можем пойти в сон к фелис и расспросить их.
— А они не обманут? — интересуется посерьезневшая дочь.
— Не смогут, — вздыхает Сережа, ставший очень хорошим, по-моему, папой. — Есть методы, но Аленушка же плакать будет?
— А мы ее попросим закрыть глазки и ушки и спрячем ее за нашими спинами, — вношу предложение я.
— Тогда я согласна! — радостно отвечает мне Аленушка. — А то я их всех перезабуду.
Тут она права: голова и мозг уменьшились, поэтому начала работать суровая дама физиология. Так Варя нам объяснила, детский мозг не в состоянии вместить большой объем информации ну и травмирующие воспоминания предпочитает фильтровать, так что имеет смысл поспешить. Теперь что касается той, в чей сон имеет смысл идти… Ее «приемная» не подходит, скорее всего, просто «шестерка», а вот та, что мучила ребенка в Службе их эсэсовской, очень даже подходит. Она может знать, что именно происходило с Аленкой, ну тогда Ххарой, конечно.
Я укладываю малышку в постель, сама же, пользуясь тем, что появимся мы во сне одновременно, принимаюсь обнимать и целовать Сережу. Сегодня случилось настоящее чудо — я узнала, что у нас будет малыш. Это очень большое чудо, но значит это еще, что очень скоро мне станет совсем не до тайн, а маме я завтра скажу, а то она меня в вату вмиг завернет и в сейф положит. Странно, что Сережа не настаивает на осторожности…
Я обнимаю мужа и как-то очень быстро оказываюсь в кровати, чтобы затем уснуть. Сон приходит моментально, ко мне бросается Аленка, а я подхожу к вошедшему в класс мастеру Тагору, чтобы попросить его помочь нам с походом в сон. Сережа в это время пересказывает нашим друзьям последние новости. Я вижу краем глаза, как становится серьезной девушка Фелит, переглядываются ребята из космической цивилизации, но перевожу взгляд на мастера.
— Здравствуйте, мастер, — здороваюсь я. — У нас к вам дело.
— Очень интересно, — отвечает Тагор, поворачиваясь ко мне. Шум в классе затихает. — Ну, рассказывайте.
— Малышка оказалась действительно малышкой, — начинаю я, перехватывая Аленушку поудобнее. — У нее было изменено тело, и нам нужно узнать…
— Это понятно, — вмиг став серьезным, кивает мастер. — Но это же не все?
— Девочка, которую она спасла… — я вздыхаю, — оказалась сложным роботом с зарядом внутри, при этом ее неживость определила только наша нечисть и никто больше — ни целители, ни врачи. Непохоже на уровень технологий фелис…
— Похоже, на самом деле, — в разговор вступает приблизившаяся к нам девушка народа Фелит, — была такая технология, но срок жизни таких роботов невелик, поэтому ваше предположение о подмене на корабле имеет смысл, как раз получается по времени.
— Да, — кивает Альи. — По времени получается как раз… Могла рвануть и у нас, а у вас?
— У нас это оказалось невозможным, — качаю я головой. — Особенность мира такая.
— Повезло, — резюмирует мастер Тагор. — Вы хотите допросить во сне… Что же… Малышка, — он обращается к Аленке, — постарайся поточнее вспомнить ту, кого вы хотите допросить.
Аленка закрывает глаза, затем начинает плакать и кивает нам сквозь слезы. Я стараюсь успокоить ребенка, а мастер делает очень специфическое движение, и мы все вдруг оказываемся в очень маленькой комнате. Прямо напротив себя я вижу застывшую эсэсовку из этой их Службы, но форма на ней порвана, а сама она, кажется, плачет. Тут она видит Аленку и пытается к ней броситься, но не может — что-то не дает ей шевелиться. Я передаю ребенка Сереже, в то время как взгляд этой фелис наполняется ужасом.
— Мутанты, — обреченно констатирует она.
— Ну, я бы не была так уверена, — хмыкаю я в ответ. — Отвечай, что вы сделали с Ххарой и что хотели сделать! Отвечай — или пожалеешь!
Сначала дама пытается ругаться, потом плачет, ну а затем начинает свой рассказ. Мастер Тагор свое дело знает — хотя фелис и спит, она находится в нашем коллективном пространстве сна, поэтому не может ни замолчать, ни соврать, чем мы и пользуемся. Нам действительно нужно узнать о произошедшем и чем нам это грозит.
— Отродье грязных Ка'фалит было найдено в космосе, — сообщает нам фелис. — После того, как мы уничтожили их корабль. Она должна была стать заложником, чтобы грязные твари отдали нам секрет конвертера, но они не шли на переговоры. Тогда было решено ее спаривать с мутантами, но тело нужно было изменить.
Она рассказывает нам, как мучили маленького ребенка, придушивая, чуть ли не перерезая шею для того, чтобы пытающееся адаптироваться тело становилось взрослее. Сразу у них это не получилось, поэтому понадобилась пара лет для закрепления формы. Они хотели надругаться над ребенком для того, чтобы та искала возможность убежать, а мутанты для спаривания уже были подобраны. Если бы Аленка начала рожать, то ее детей мучили бы и Ка'фалит должны были, по ее мнению, прийти, чтобы спасти своих детей.
Но случилось все иначе — Аленка убила Великую, а потом включила запись, дав начало хаосу. Когда она исчезла — пришли Ка'фалит, но в переговоры не вступали, а принялись уничтожать и правых, и виноватых. Как результат, уцелеть удалось немногим, и все они теперь рабыни в размножителе. Насколько я понимаю, это вариант борделя и инкубатора. Вот только о Талите это нехорошая самка ничего не знает, но она сообщает нам, кто это может знать.
Я интересуюсь у Аленки, помнит ли она главу группы, которую сократила, на что доченька уверенно кивает. Сережа считает, что она откровений не слышала, но твердо обещает рассказать все дома. Аленушка верит ему, а я еще раз спрашиваю эсэсовку, зачем они это делали с девочкой. Потому что пока что все рассказанное выглядит как бред сумасшедшего.
— Великая так приказала! Она одна знала, как правильно! — орет фелис, и я понимаю.
Слепое поклонение сумасшедшей кошке — вот в чем причина того, что произошло с малышкой. Только и всего. С другой стороны, радует, что никакие тараканы вроде бы не полезут. Надо будет с Варей еще поговорить. Как же я не люблю психов, кто бы знал…
Аленушка
Ну конечно, я подслушиваю! Не все, но подслушиваю же, потому что хоть и страшно, но интересно. Я очень многое не понимаю из того, что
