Ли, — менеджер увёл правую руку, указывая в сторону одной из дверей. — Прошу.
Несмотря на то, что по лицу мамы и хмыку можно было сказать, что ответ её мало устроил, мы молча проследовали за ним. Пересекая холл под взглядами редких постояльцев, я иду чуть позади, наблюдая за своей семьёй.
Ним Сок шагает уверенно, словно является хозяином этого места. Мама скорее плывёт, будто по подиуму. Ну а Ми Ён с любопытством вертит головой.
Ресторан находился на первом этаже, в отдельном крыле. Нас проводили мимо основного зала, где персонал сервировал столы для постояльцев, к тяжёлой двери из тёмного дуба.
— Мы приготовили всё так, как вы и просили, — обращается менеджер к Со Ён и Ним Соку. — Но вы можете внести любые изменения.
Когда дверь открывается, мы попадаем во второй зал, рассчитанный на десять столов. Панорамные окна от пола до потолка выходят на небольшой, но утопающий в зелени внутренний дворик. В центре зала стоит большой круглый стол, уже накрытый на двадцать персон. Остальные столы поменьше расставлены по периметру.
В отличие от предыдущего зала, который мы прошли, этот был целиком оформлен в светлой пастельной гамме, где доминировали оттенки слоновой кости, шампанского и мягкого персика. Пространство укрыто волнообразными тканевыми драпировками под потолком, создавая куполообразный эффект шатра.
В центре потолка подвешена крупная круглая люстра, собранная из плотных гроздей розовых и голубых цветов. Она напоминала огромный букет, а встроенные светодиоды подсвечивали лепестки изнутри.
Круглые столы, расставленные по всему помещению, сделаны с зеркальной столешницей. Благодаря отражающей поверхности стол словно удваивал всё, что на нём стоит, усиливая эффект сияния. В их центре расположены высокие стеклянные вазы цилиндрической формы.
— Каждая из ваз будет украшена шаром из кремовых роз и нежно-розовых орхидей, — объяснял менеджер. — Ветви орхидей выглядят особенно красиво, когда свисают каскадом, создавая иллюзию течения. Наш флорист — иностранец родом из Франции. Пусть с корейским языком у него не так всё радужно, но свою работу он делает изумительно.
— Музыка, — вступает дед. Его голос звучит ровно и холодно. — Я распорядился насчёт живой классической музыки. Надеюсь, с этим проблем не возникло?
Только после его вопроса, в самом дальнем углу зала по правую сторону от себя, я заметил небольшую сцену, где сейчас стоял чёрный рояль.
— Никак нет, господин Ли. Музыканты прибудут в пятницу вечером, их номера находятся в этом же отеле, и они смогут к субботе всё настроить и как следует отрепетировать. Они начнут играть ровно в семь, как только соберутся все гости.
— Братик, — внезапно Ми Ён одергивает меня за рукав. — Смотри, — она указывает в сторону панорамного окна. — Отсюда есть выход во дворик. Пойдём посмотрим?
Даже не дожидаясь моего ответа, она тянет меня за собой. Я же позволяю ей это сделать, понимая, что участвовать в этом «контроле качества» мне нет смысла.
Мы выходим на небольшую террасу, вымощенную светлым камнем. Здесь ощущается запах влажной земли и цветов. В центре дворика, окружённого ухоженными кустами и карликовыми деревьями, журчит фонтанчик в виде чаши и размером чуть ниже моего роста, из которого льётся вода.
— Красиво, правда? — спрашивает Ми Ён, прислонившись к перилам.
— Угу, — киваю. — Очень… рентабельно.
— Чего? — сестра с недоумением смотрит на меня.
— Я говорю, очень хорошо продумано, — поясняю. — Создаёт ощущение уединения, отсекая от городского шума. Ну и, — я оценивающе огляделся по сторонам, убрав руки в карманы джинс. — Повышает средний чек за счёт создания эксклюзивной атмосферы.
— …
—?
Сестра молчаливо и с недоумением смотрела на меня, в то время как я сделал то же самое, глядя на неё.
— Точно. Я и забыла…
— Что?
— Что ты неожиданно стал занудой.
— С чего бы?
— Ну, ты стал каким-то таким, — она морщится. — Серьёзным, что ли. Начал серьёзно разговаривать. Словно стал… — сестра задумалась, подбирая слова.
— Стал взрослым, — помог я ей.
— Да! То есть нет. Не совсем, — она нервно клацнула языком. — Ащщ. Ну, как сказать? В общем, ты всё больше начинаешь походить на нашего дедушку.
— Звучит как-то не очень, — признал я.
— Я вообще-то старше тебя, — хмыкнув, Ми Ён скрестила руки на груди. — Но при этом так не разговариваю и не веду себя.
— И я бы на твоём месте задумался, — кивок.
— … — Ми Ён надула щёки.
— Что? Уже задумалась?
— Ты! — воскликнула она, сверля меня яростным взглядом.
— Я… что?
Сестра ещё несколько секунд молча продолжала злиться, чем меня на самом деле забавляла.
Затем она наконец собралась с мыслями:
— Хочешь сказать, что раз я себя не веду, как ты, то всё ещё ребёнок? Несмотря на то что я твоя старшая сестра?
— Это не мои слова, — подметил я. — Но я понимаю, что в тебе говорит сознательность.
— Какая сознательность⁈ Я в универе учусь, в отличие от тебя, — хмыкнув, она отвернулась.
— Да я же не спорю, ты старшая, — сказал я, пожав плечами.
Наш диалог прервал голос мамы:
— Су Джин! Ми Ён! Идите сюда, нужно решить, как рассадить гостей.
Перед тем как снова пойти внутрь, сестра повернулась ко мне и подняла указательный палец перед моим носом.
— Мы не закончили, — с угрозой произнесла она и направилась внутрь, прежде чем я ей что-то ответил.
На такое мне было парировать нечем.
Когда мы вернулись в зал, Ним Сок и Со Ён стояли над большим планом рассадки, который им принёс менеджер.
— Главная ветвь, как и семья Пак, очевидно, должны сидеть ближе к нам, — произнёс дедушка, тыча пальцем в схему. — Семью Чхве посадим рядом с семьёй Ку. Ну а наших детей посадим…
— Подожди, — резко остановила его Со Ён. — Ты хочешь сказать, что Су Джин и Ми Ён не будут сидеть с нами?
— Зачем? — Ним Сок удивлённо изогнул бровь. — Какой смысл им общаться со старшими, если у них есть возможность наладить связи среди своих сверстников?
— Связи? Зачем им связи? — мама тяжело вздыхает. — Боги. Аппа! Может, хватит уже давить на детей? Это день рождения твоей жены, а не деловая встреча.
— Любое собрание такого уровня — это деловая встреча, — отрезает Ним
