одарённых, то всё могло сложиться по-другому. Он посчитал, что сомнёт наших магов, что увидит вся армия и это станет дополнительным стимулом к победе. В результате его воины сначала увидели, как мы победили в противостоянии, а их маги начали убегать. Потом серьёзно потрепали кавалерию, также на глазах у всех, а тут ещё и ударили в тыл. Опять же неизвестно, за что воюют они, ладно бы с внешним агрессором, но сейчас им приходится сражаться против своих.
Мне сообщили, какая пропаганда велась против нас в стане врага. Мы все бунтовщики, а герцог Хит вообще узурпатор и прочее, хоть бы придумали что-нибудь посерьёзнее. Приятно было то, что мне не приходилось заниматься пропагандой, дела говорили сами за себя. О войне было известно уже всем, как и о том, что я поддержал герцога, а не короля. Крестьяне справедливо опасались, что если мы проиграем, то вскоре их сытая жизнь закончится, после чего крепкие парни сами начали приходить и проситься в войско. Некоторых мы взяли, но в обоз, в бой их никто пускать не стал. Хотя после таких серьёзных потерь как бы не пришлось собирать ополчение.
Сначала побежала пехота, об организованном отступлении не могло быть и речи, следом за ними устремилась кавалерия. Наши бойцы помчались следом, рубя отстающих. Преследование надолго не затянулось, все изрядно вымотались и начали возвращаться. Кроме того у врагов остались маги, они тоже вымотаны, но некоторые могут ударить. Тут я почувствовал, что на меня кто-то смотрит, а когда взглянул на холм, где располагалась ставка короля, то обнаружил, что это монарх сверлит меня взглядом.
Будет неплохо, если этого человека прибьют в самое ближайшее время, ведь ему наверняка доложат, по какой причине проиграли королевские одарённые. Тут и накопители, и боевые артефакты, связать их со мной труда не составит.
— Тобиас, ты чего такой грустный? — Спросил у меня герцог Хит, он уже вернулся и тоже наблюдал за королём, пока тот не уехал. — Мы победили и сломали хребет королевской армии, осталось только доделать начатое.
— Да как-то мало поводов для радости, — усмехнулся я и кивнул на множество трупов внизу.
Раненых тоже было полно, там уже суетились обозники, выискивая выживших и стаскивая их к полевому лазарету, где уже суетились лекари и маги жизни, работы им сегодня предстоит невероятно много.
— Да, много сегодня полегло славных воинов, — помрачнел герцог. — Второй раз в такой бойне участвую, а всё равно мурашки по коже.
— Ладно, господин герцог, пойду, узнаю, какие у нас потери, — сказал я и направился к Саиру, который сидел под деревом.
Увидев меня, воин поднялся, сразу догадался, о чём я хочу его спросить.
— О потерях ещё не доложили, — сообщил мне командир дружины. — Сотники пока считают, но не меньше четверти.
Не меньше четверти — это воины в зачарованной броне, а в целом половину войска как корова языком слизала и это безвозвратные потери, также множество раненых. Ещё пара таких битв и воевать будет просто некому.
Глава 18
Ни о каком преследовании врага не могло быть и речи, раненых и убитых уже и так слишком много. Требовалось пополнить ряды и только потом выдвигаться к столице. Согласен, мы давали монарху время собрать новую армию, но он привёл с собой на эту битву свои самые боеспособные части. Сейчас начнут собирать людей по деревням, а это уже будет не войско. Разумеется, нам тоже было приказано пополнять поредевшие ряды со своих владений, чем мы и занялись.
К счастью, Саир ошибся, я потерял в бою не четверть, а шестую часть своей дружины, это убитыми и тяжелоранеными. Всех павших похоронили, а раненых вместе с обозом отправили в графство. Кстати, из-за раненых у меня случился небольшой конфликт, моя магесса жизни лечила в первую очередь моих людей, ей было наплевать на то, дворянин перед ней или простолюдин. Ко мне даже пришёл жаловаться один из графов, его наследника крепко приложили в бою, он отправился к магессе, заметив, что она обхаживает простых воинов. Попытался надавить и был послан очень далеко, после чего сразу примчался ко мне. Пришлось идти оказывать помощь самому, благородные лежали отдельно от простых солдат.
К сожалению, у меня мало опыта в лечении, а вот магической силы предостаточно. Заклинаний знал совсем немного, не всем мог помочь, но хотя бы получалось облегчить страдания. Конечно, не графское это дело лечить больных, но я в первую очередь человек, к тому же это свои люди. Вражеских раненых тоже собрали, добивать никого не стали. Само собой, имелись вполне целые пленные, которые предпочли бросить оружие и просить пощады. Тут в плен интересно сдавались, если не хочешь биться, бросай оружие и поднимай вверх одну руку.
По полю битвы сейчас бродили не только люди, но и слуги владыки мёртвых. Сначала чёрные фигуры ходили по полю, а потом переместились к лазарету. Они касались душ, которые по какой-то причине не отправились на суд богов сразу, после чего души исчезали. Убежать от них никто не мог, хотя я не видел, чтобы кто-то пытался это сделать.
У меня не было возможности разглядеть лица этих слуг, под их чёрными балахонами как будто пусто, чернота. А вот несколько непонятных тварей, сильно похожих на шакалов, я вполне разглядел. Такие же чёрные, горбатые и с большими непропорциональными головами. Откуда они появились, мне неизвестно, но я увидел, как эти твари разодрали несколько душ. От этого зрелища стало жутко, как мне было известно, душу тоже можно убить, окончательно её уничтожив, и не дать возможности искупить грехи, чтобы переродиться. Как по мне, это самое страшное наказание, даже думать не хочется, что сделали эти несчастные и за что их так наказали. Разорванных на части даже эти сущности в балахонах обходили стороной, хотя души тянули к ним руки, как будто о чём-то прося. Таких разорванных было всего с десяток.
Как я уже сказал, сначала они бродили внизу, по месту схватки, а потом пришли в наш полевой госпиталь под открытым небом. Они чувствовали, когда человек должен умереть, подходили к несчастному и ждали. Кроме меня их больше никто не видел, в нашем лагере некромантов не было. Сначала я не обращал внимания на их деятельность, ведь у каждого своя работа. А вот когда одно из этих существ подошло к моему бойцу, я тут же поспешил туда. Это был один из всадников,
