Даже если в крытой части их и были люди, это всё равно были солдаты. Которые по факту покушались на мою жизнь, и не будь я драконом, а таким же как и они — человеком, сейчас бы лежал мёртвый. Так что никакого внутреннего непринятия к подобной порке бывших собратьев по расе я не испытывал.
Фш-ш-ш-ш.
— А-а-а-а-а-а-а-а! — ещё во время снижения и начала сожжения повозок принялись раздаваться панические и отчаянные крики бросающихся прочь солдат.
Увы, одно дело воевать против других людей и эльфов, другое — против стра-а-ашного чёрного дракона, который совершенно внезапно и неожиданно оказался намного больше, чем казалось ранее, когда он был в воздухе.
Следом мы повторили заходы на обозы — а один из нас всё это время концентрировал на чародейке, не позволяя ей снимать щит.
Оттого мастерица чародейских дел не смогла причинить нам никаких ран, а потом…
А потом мы просто развернулись и наглейшим образом улетели, оставив людей недоумевать и возмущаться на клятых чёрных гадин.
Право слово, я ведь не идиот, чтобы вступать в совершенно ненужную битву с чародеем. Получать лишние раны когда на носу крупная человеческая война, в который я взамен на магические знания обязан поработать пугалом?..
Вот ещё!..
* * *
Темерия. Вызима.
Через несколько дней.
Столица одного из крупнейших и сильнейших королевств Севера, Вызима, стояла на берегу одноимённого озера, бывшего одним из самых живописнейших на всём Континенте.
Само озеро вместо со стоящем на его севере столичным городом, располагалось в долине Исмены — притока Понтара.
Упомянутый столичный град Темерии был разделён на четыре жизнью своей особенной жизнью района, которые стали домом для десятков тысяч жителей, как родившихся тут, так и приезжих со всех уголков мира, которые приехали в богатое место за лучшей жизнью.
В Вызиме размещаются темерский королевский двор и одноимённый замок, различные базары, святилища множества богов, вечно работающие кузни, многочисленные купеческие лабазы, банки и активно строящиеся мануфактуры, появляющиеся как грибы после дождя трактиры и публичные дома, призванные утешить тех, кому не повезло в делах сердечных.
Но не последние волновали в эту зиму жителей города.
Нечто другое, более важное — в столицу прибывало аж два короля из условно союзных королевств. По этому поводу некоторые улицы были приведены в лучший вид, такой, которого не было даже когда сами короли Темерии по ним проезжали!..
…Впрочем, короли действовали на удивление быстро. Их кареты донеслись до королевского дворца, где монархи и разместились со своими делегациями, советниками — кое-кто даже прихватил с собой любовниц… То есть, конечно, придворных дам.
Собрались вместе также быстро, организовав то, что впоследствии назовут Вызимским Советом.
И когда все разместились, перед ними была положена карта Севера с обозначенными границами владений собравшихся мужчин. Предки последних враждовали и мирились, мирились и враждовали. Но сейчас у них был общий, сближающий интерес, и как самый заинтересованный в этом вопросе, голос подал король Каэдвена, Бенда I:
— Рад приветствовать вас здесь, мои царственные братья. — добродушные глазки толстого, или как он предпочитает думать, упитанного мужчины с широкой костью мужчины пробежались по собратьям-королям и стоящим позади советникам. — Благодарю я и вас, Ламберт, что предоставили свою чудесную Вызиму для нашего собрания.
— Благодарю. — суховато кивнул король местных земель, обладающий немалой худобой, почти до болезненности. Однако при всём этом, многие дамы вполне заслуженно называли его Ламбертом Прекрасным. Эдаким мрачным и отстранённым, но безумно красивым тёмным рыцарем.
— Давайте уже покончим с этими расшаркиваниями! Займёмся делом! — воскликнул Радовид III, сам предпочитающий именоваться Смелым, но в народе зовущийся никак иначе кроме как Рыжий. И оба других короля это знали, внутренне хмыкнув на своего слишком энергичного коллегу, которому ещё повезло, что его не обозначили Кривым — ибо больно подходящая у него для этого прозвища внешность была.
Собственно, в будущем именно внешности трёх королей станут основой для неофициального названия Вызимского Совета — Совет Толстого, Худого и Кривого.
— Займёмся. — был вынужден согласиться с ним Ламберт. — Раз уж вы желаете говорить сразу… Всем нам известно о восстании эльфов, которое началось в Аэдирне. — он указал на лежащую перед всеми ними большую и подробную карту.
— Да-да, мне тоже пришлось столкнуться с этими негодяями. — поддержал его Бенду. — Мои любименькие дочки столько натерпелись, когда их чуть не подстрелил отряд этих проклятых эльфов…
— Аэдирн не справляется с восстанием! — воскликнул Радовид, вновь вклиниваясь в разговор. — Поэтому будет глупо оставлять его земли на поживу эльфам… Нужно распределить его территории между более… Благонадёжными государствами. — алчные глазки потомка Радовида Великого свидетельствовали о истинной причине его желания разделения Аэдирна. — Между нами.
— Это факт. — вновь вынужден был согласиться Ламберт, так как его монарший брат озвучивал очевидные вещи. — Но надо будет решить как это сделать… И какие кому отойдут территории. Все мы понимаем, что границы Редании… Находятся в весьма интересном положении. — ткнул он пальцем в точку, которая соединяла все четыре королевства меж собой.
— Ай, да что там думать! Всё ведь просто. Вам, Ламберт, отойдёт юго-запад, и вся южная граница. Вам, Бенду, весь восток… Ну а мне всё остальное. — пожал плечами рыжий и кривой король, вызывая ироничное переглядывание у других двух королей.
— Венгерберг, как я понимаю, вы хотите заполучить себе? — не изменял своему сухому тону король Редании, ткнув в столичный и самый богатый город королевства.
— Ну, мне территорий меньше выходит, к тому же моя граница с Аэдирном будет узка… И моим купцам придётся зачастую платить пошлины на ваших землях. — легкомысленно пожал плечами Радовид III, сейчас по-факт являющимся королём самой могущественной державы, построенной ещё тем же Радовидом Великим. — Так что это вполне законный мой приз.
Ламберт и Бенду вновь незаметно переглянулись, и в их глазах стал намечаться новый политический союз, призванный после войны усмирить Реданию… И в его рамках труднодоступный для последней Венгерберг будет больше обузой, нежели преимуществом. И поможет усыпать бдительность алчного и жадного Радовида, ведь ему якобы уступят.
— Что-ж… Я не возражаю. Выглядит честно. — подал голос Бенду, добродушно и совсем не угрожающе улыбнувшись.
— Ладно. — сделал вид, что был вынужден уступить, Ламберт.
Его наградили покровительственным взглядом, а вот Бенду — слегка презрительным. Упрямец и трус — вот какими словам охарактеризовал характеры соседей Радовид.
— Но есть ещё один момент… — осторожно подал голос толстенький монарх. — У меня в последние годы участились нападения огромных чёрных тварей на мои войска. Урона они особого не приносят, когда мы выносим им овец и коров, но… Рядовые солдаты боятся выступать в местность, где они летают!
— Наслышан. — с нотками отчётливого раздражения бросил Ламберт, на миг изменив своему отстранённому образу. — Это драконы, как мне говорят знающие люди. Вот только они же мне твердят, что чёрные драконы плюются кислотой, но одна из моих чародеек, Августа Вагнер, столкнувшаяся с ними несколько дней назад лично, говорила о мощном пламени, изрыгаемом ими.
— Опасные твари. — был вынужден согласиться Радовид III, задумчиво дёргая свою встопорщенную рыжую бороду. — Из луков, как я понимаю, не берутся?
