я почувствовала, как у меня начинают дрожать губы.
— Про Бланш я ничего не знала! А если бы даже знала, все равно тебе не сказала, — Линда резко повернулась ко мне. Лицо ее приобрело привычное надменное выражение, глаза зло полыхнули.
— Ты мне никто, с какой стати я буду помогать тебе и идти против мамы и сестры⁈ Ты оборванка, явившаяся непонятно откуда и змеей пролезшая в наш дом. Окрутила Зорвила, влезла ему в сердце, а мы с Бланш сразу побоку пошли! Стоило тебе появиться, и все. Теперь у него все мысли только о тебе, про нас забыл!
«Генри то, Генри это, Генри такая умница и красавица! Я так счастлив, что у меня есть внучка!» — кривляясь, передразнила она деда.
— Зачем ты мне все это говоришь? — спросила я, глядя на нее в упор. — И где твои мать и сестра, почему они не пришли вылить на меня свою ненависть?
— Потому что из-за тебя Бланш пришлось бежать, а мама арестована! — выкрикнула Линда, поднимаясь с кровати. Несколько секунд пристально смотрела на меня. — Я тоже уезжаю, твой дед приказал. Теперь мне придется бросить академию и пойти работать, чтобы выжить. И виновата в этом ты, гадина-Генриетта. Поехала бы к эльфам, как мама придумала, и проблем бы ни у кого не было! И Бланш бы не пришлось… пытаться от тебя избавиться!
— Я виновата, что не дала отправить себя на отбор, с которого уже не вернусь? — процедила, обалдевая от такой логики. — Прости, сестричка, у нас с тобой разные понятия о вине и преступлениях.
— Какие преступления! Замуж тебя отдать — это не преступление, а забота о тебе и доброе дело, — отмахнулась Линда, а у меня от злости аж в глазах потемнело.
— Значит, не спросить меня, нужно ли мне замужество — это забота обо мне? Магию мою выкачать подчистую — доброе дело⁈ Отправить меня порталом в такое место, откуда я точно не вернусь — не преступление⁈ — я уже почти кричала.
— Магию ты сама потеряла, потому мама и решила тебе помочь — это был твой единственный шанс удачно выйти замуж. Потому что кому ты нужна без магии, сама посуди! Только эльфам, — Линда презрительно скривила губы. — Мама хорошее дело для тебя сделала, дура, и вон как вы ее отблагодарили! Но ничего, ты еще за это поплатишься.
Кузина повернулась и пошла к двери.
— Постой! — позвала я. — Где дед?
— Понятия не имею, наверное, у эльфов в Альмионе. У них королевская свадьба, принц Далисносиор Сталонианиас женится. Пока ты в отключке валялась, отбор для него уже провели и выбрали невесту. Так что ты теперь и без магии, и без шансов выйти замуж, Генриетта-мерзавка.
— Принц женится⁈ — произнесла я онемевшими губами.
— Женится, женится, — усмехнулась Линда.
— А мальчик, второй принц… он жив?
— Выжил, да. Говорят, успели к нему какого-то целителя пригласить, который чуть не в последний момент спас эльфенка, — небрежно произнесла кузина, резанув мой слух этим словом. «Эльфенок» — так я презрительно обзывала Далиса и думала, что это очень круто…
— Прощай, Генриетта, и пусть тебе отольются наши слезы. А я еще буду счастлива, и Бланш, и мама тоже. Мы все будем счастливы, а тебе желаю сдохнуть, — произнесла Линда, отворачиваясь.
Перед глазами у меня вдруг потемнело, уши заложило, и я снова увидела картинку…
— Нет, Линда, не будешь ты счастлива, — произнесла медленно, давя тошноту. — Тебе твоя злоба не позволит счастье свое найти. Прощай, мы больше точно не увидимся.
Дверь за кузиной захлопнулась, а я без сил сползла вниз по подушке — Далис женится⁈ Далис женится… женится…
Долго сидела, уставившись на одну точку, потом свернулась калачиком и начала реветь. Давненько я этого не делала, время пришло. И повод достойный имеется!
Самое то поплакать над своими несбывшимися чаяниями: парень, который мне так понравился, женится на другой! Лохушка ты и неудачница, Генриетта Ивановна Озерова. Но почему, почему провели отбор без меня⁈ И зачем Далис согласился, если совсем недавно устроил побег с него?
А-а-а! Ну что же я такая невезучая⁈
— Эй, Генри! Что за слезы⁈ — раздался знакомый нежный голосок, и я замерла, прекратив рыдать. Подскочила на кровати так резко, что меня даже повело.
— Ну-ну, только в обморок не падай! — попросила Лиза, моя знакомая с Земли, вместе с которой я и попала на Невсолею. Сейчас она, конечно, не Лиза Дворцова, а Ее Величество королева Елизавета, супруга короля Родерика!
— Лиза! Ты откуда здесь взялась⁈ — я вцепилась в ее руку, улыбаясь во весь рот. — Я думала, ты не хочешь со мной общаться: столько писем тебе отправила, но ни на одно ответ не получила!
— И я тебе десяток отправила, и ни одного ответа, — Лиза засмеялась, села рядом со мной на кровать и протянула ко мне руки. — Выглядишь, конечно, фиговенько, но я так рада, что ты жива!
Мы обнялись и несколько секунд сидели, дружно хлюпая носами. Наконец, я отстранилась.
— Так каким образом ты здесь очутилась? — спросила, рассматривая ее лицо. За те полгода, что мы не виделись, Лиза, кажется, еще больше расцвела. Вот что любовь с женщиной делает!
— А ты, наоборот, похорошела, Лизыч. Похоже, твой Родерик с утра до ночи тебя на ручках носит и пылинки сдувает.
— Увы, у него нет возможности носить с утра до ночи: государственные дела в это время, — засмеялась Лиза. — Поэтому носит с вечера до утра, что еще лучше, как по мне.
— А здесь я потому, что поняла, с тобой что-то не то, и заявилась сама, решив не доверять почте, — Лиза сделалась серьезной. — Прилетела, а тут такое!
— Расскажи! Я же все это время в магическом сне провела, ничего не знаю. И деда нет… — попросила я грустно, устраиваясь на кровати поудобнее.
— Сначала лекарь с тобой побеседует, — отказалась Лиза. — Он уже ждет приглашения.
Подруга дошла до двери и выглянула в коридор:
— Целитель Йованисанисир, можете зайти.
Повернулась ко мне:
— Генри, я позже зайду и поболтаем, — подмигнула и исчезла за дверью, а в комнате появился тот мужчина, что лечил эльфийского принца.
— Здравствуй, Генриетта, — произнес, почему-то взволнованно.
— Здравствуйте, Йованисанисир, — ответила вежливо.
— Давай на «ты»? — предложил он. — Мне нужно осмотреть тебя, а потом я хотел бы поговорить.
— Давай, наоборот, сначала поговорим? — возразила я. — Ты ведь мой отец, да?
На миг в светлых глазах мужчины мелькнуло сожаление, и он медленно покачал головой:
— Дядя. Я твой родной дядя. А мой брат, твой отец… он погиб. Ты еще не родилась, когда его не стало.
— Тогда
