— Вы удовлетворили моё, я удовлетворю ваше, это есть честный обмен. — степенно кивнул я, расслабляясь.
— Бартер, да. Тогда вот чем я поинтересуюсь. Досточтимый… — он начал гораздо-гораздо тише, так, чтобы слышал только я и только благодаря усиленному слуху дракона под метаморфозой. — Что вас вынудило участвовать в сем предприятии, изначально мною считавшемся как делом благородным и правильным, людей спасающим?.. Не говоря о том слухе о ваших действиях в Махакаме… Впрочем, стоит отметить касательно последних инцидентов, что собрав различные свидетельства, я приметил тот занимательный факт, что сии ваши сородичи вреда особого людям не причиняли. Ещё более уверило меня в двойственности происходящего ваше появление, хотя, безусловно, мною предполагалось что вы исчезли в анналах истории… И приношу извинения за подобное — мне следовало лучше узнать об этой теме, прежде чем уверяться в каком-то определённом мнении.
— О, это необычная история. Пожалуй, не уступающая той, почему представитель вашего готов травничать и врачевать для людей, эльфов али краснолюдов. — улыбнулся я, давая понять, что мы оба поняли расу собеседника. — Но боюсь, не для здешних ушей. Рисковать здесь не стоит, а наши завуалированные фразы и так в случае лишних ушей могут вызвать различные… Недопонимания. — с легким весельем продолжил я, зыркнув в сторону одного из чародеев, мгновенно сделавшего вид, что не он тут пытался использовать магию ветра для подслушивания. — Хочу сказать лишь одно — поддержите мои слова, уважаемый…
— Я Эмиель Регис, рад познакомиться, господин Мерлин. — слегка кивнул мне высший вампир, поглядев в сторону графа Реардона.
— Да, так вот, господин Регис… — я тоже метнул в сторону освободившегося аристократа, и понял, что надо идти сейчас. — Поддержите мои дальнейшие слова и действия. Смею заверить и надеяться, что вы поверите мне — людям подобное не причин вреда. Даже наоборот, спасёт всех здешних господ.
— Я не верю, что вы лжёте. Это, конечно, странный обычай у многих, но полагаю, не у наших рас. — согласно кивнул мне худощавый мужчина, а я благодарно кивнул и вернулся к графу.
— Ваша Светлость. — проявил я почтение, которое в обыкновении чародеям не свойственное, как наверняка бы выразился Регис. — Я хочу выдвинуть вам предложение. — говорил я специально погромче, чтобы меня все точно услышали.
— Слушаю вас, чародей Мерлин. — всё-таки заинтересовался граф, с любопытством в оставшемся глазу посмотрев на меня.
— Ежели бы вы мне дали три дня, начиная с этой ночи, и возможность самостоятельно разобраться с драконами, я бы запросил у вас лишь половину от положенной награды, которую вы условились… — я сам не заметил, как стал говорить похожим на Региса образом — заразительный у него стиль речи для выходца из двадцать первого века, блин!.. — Выдать победителю угрозы. Это бы стало серьёзным облегчением для состояния казны Темерии и иных королевств.
— Хм-м. — задумчиво нахмурил лоб Реардон. — Предложение больно привлекательное, да. Но как я могу быть уверен что вы справитесь в одиночку? Его Величества возложили на меня весьма важную задачу, и не сносить мне головы, коли она провалится по моей же вине. И сроки ограниченные передо мной поставлены. — в ответ раздались слова поддержки от возмущенных людей разбойного вида, тогда как чародеи притихли, не собираясь высовываться, ибо почти верили в то, что я древний чародей-отшельник. Ведьмаки же поглядели на чародеев, и тоже сверхмеры не высовывались.
— Три дня срок малый. — заметил я, уже подобрав подходящие аргументы. — Так как слепотой не страдаю, полагаю, это обусловлено о собирании войск, о котором знает самым последний крестьянин. И в том что драконы эти мешают вам — признаюсь, поразив одного дракона, я интересовался другими. И три дня потерять для вас — некритично. И казна менее пострадает.
— Три дня… — задумчиво пробормотал граф, в которым осторожность боролась с жадностью — ведь золото можно не сколько присвоить себе, сколько доложить королям, что он смог сохранить половину их драгоценных денюжек.
Я был склонен думать, что граф примет моё предложение. Но и в случае отказа я ничем не рисковал — просто бы отказался, а драконы просто бы не стали появляться в окрестностях. И это бы даже подозрений не вызвало! Ибо никакой чародей ни в жизнь не поверит в то, что человек как-то договорился с драконом, которые, общеизвестно, никаких связей с людьми или иными разумными созданиями не имеют.
Симлас подтвердил. Мы с Нимуэ были первыми.
Но окончательно убедил аристократа, внезапно, сам Регис:
— Позвольте и мне поддержать уважаемого волшебника Мерлина. Три дня — ничто, никто даже не заметит, как они пролетели. Также я, как медик, готов сопроводить и убедиться, что существа в самом деле повержены. Я, смею надеяться, приобрёл некий кредит доверия, когда вылечил вашего племянника, Ваша Светлость. — тон высшего вампира как всегда был благожелателен и очень хорошо убеждал людей. Страшно подумать, будь он не мирным, а жестоким кровососом… Такого же никак не распознаешь!
— И вы туда же, господин Регис? — тяжело вздохнул одноглазый мужчина, уже явно приняв решение в нашу пользу. — Хорошо. Ручайтесь, лекарь и… Волшебник. Из-за доверия к вам рискую… Не подведите меня.
Не то чтобы угрозы были для нас существенными, но нельзя было сомневаться — граф как минимум попытается сделать беззвучно обещанное.
На этом разговор и окончился, и поблагодарив графа, мы с Регисом, вот уж встреча — до сих пор не могу отойти, отправились к пересечению границ четырёх королевств. Там, где меня уже ждала Нимуэ в рамках нашего плана. И с которым мы будем должны якобы практически случайно пересечься, да.
— Что-ж… Господин Регис, пора бы вам рассказать эту занимательную историю. — уловив заинтересованный взгляд обладателя небольших бакенбард, я пустился в весьма подробный рассказ о предпосылках происходящего. И в котором умолчал лишь о нескольких моментах, связанных с моей прошлой жизнью и мотивами определённых действий, которые возникли из-за неё. — Началось это совсем недавно, менее десятка лет назад — когда Белая Роза впервые выпустила свои шипы, если поэтично выражаться…
Под этот рассказ, иногда перемежающийся уточняющими вопросами от всего лишь медика и травника, мы спустя сутки и достигли обозначенной точки у гор.
Безусловно — дракон под метаморфозой и высший вампир смогли разглядеть соглядатаев графа или даже самого короля Темерии — Ламберта.
Собственно, для них мы представление и сыграли… Всё равно мною изначально было сделать бой как можно более эффектным. Чтобы пыщ-пыщ, бах-бах, круто, красиво — но нихрена точно не понятно, что я сделал.
Регис ещё в начале боя благоразумно решил не изображать из себя зайца и выдавать возможности своей расы, ведь человеку даже в шуточном нашем сражении было бы не выжить.
Я же начал пулять различные огненными и молненными заклинаниями, разносившими дополнительно ветром, которые мало того, что попадали рядом, а не в саму Нимуэ — так и вообще были абсолютно безвредны. Право слово — атаковать огнём дракона? Даже чародейским? Большей глупость придумать сложно — ведь как выяснилось, в драконьих обликах наша чешуя в союзе с возможность поглощать магию из окружающей среды, делает нас к огню почти неуязвимыми. Глаза, да перепонки крыльев при совсем уж сильном огне разве что могли пострадать.
В ответ злобная чёрная драконица пуляла по мне весьма слабеньким огоньком, но максимально расфокусированным — опять же, много эффектности, ноль эффективности.
Однако среди соглядатаев магов точно не было — Регис подтвердил мои собственные ощущения, а значит всё должно было пройти по плану.
В конце которого Нимуэ сделала вид, что попыталась сбежать и улететь, но я поразил её мощным огненным заклинанием и она стала падать куда-то в горы — чтобы потом тело или голову предъявлять не попросили.
Эх, сколько же мы намучились последние двое суток, репетируя это представление, а в особенности — фальшивое финальное падение, ознаменовавшее конец боя.
