захочу, а не за кого мне укажут.
— А как же дети? — привёл маг на пробу другой довод. — Если ребёнок окажется сквибом, полагаешь, ему легко будет жить рядом с матерью-магом? Тем более сильным магом. Особенно если знать, что этого можно было избежать заранее.
— А сквибы уже не люди? Или я буду меньше любить своих детей только потому, что им не суждено учиться в Хогвартсе? Всё не упирается в магию, Джеймс. Я думала, ты понимаешь это лучше многих. Почему для тебя это так важно?
— Потому что я виноват в том, что от нашей семьи ничего не осталось, — произнёс маг резко. — И теперь только от меня зависит, продолжит ли она существовать. Я не могу упускать ни одного шанса для неё.
— Джеймс, тебе было самое большее лет десять…
— И что это меняет? Я был наследником, я не справился со своей ролью. Десять, двадцать или сорок лет — какая разница? — он хотел добавить «вам этого всё равно не понять», но не стал. Злость так же быстро утихла, вновь сменяясь осторожностью. — Я поступлю так, как считаю правильным. Однако никому не навязываю своё мнение. Неофициальный девиз Рейвенкло: каждый ищет себе проблемы сам.
— Да и вообще, рановато мы как-то завели этот разговор, — осторожно попыталась сменить тему Тейлор. — Из нас четверых в легальном для брака возрасте только Гермиона, и я не думаю, что она или кто-то из вас собираются заводить детей в ближайшее время. Так что предлагаю вернуться к этой теме хотя бы через пару лет.
— Как будет угодно, — маг лишь пожал плечами. Он находился в этом обществе и рядом с этими людьми уже не первый год, потому не ожидал, что совершенно нормальные для него идеи будут здесь приняты легко и быстро.
— Хорошо, — кажется, Грейнджер тоже с облегчением ушла от сложного вопроса. — Тогда мне вот что интересно. Джеймс, ты постоянно говоришь «магический потенциал». Но ведь потенциал не равен силе.
— Само собой. Это максимум, которого можно добиться в одном поколении, для чего нужно постоянно совершенствовать свои способности и продолжать тренировки. Я своего предела в силе уже достиг. Ты, полагаю, доберешься ещё до выпуска. Остальные… для многих потенциал навсегда так и остаётся лишь потенциалом. Увы, в этом волшебники от обычных людей ничем не отличаются.
Глава 68
В этот раз «изнанка» замка встретила гостей ледяным ветром и мелким снегом, словно режущим руки и лицо при каждом порыве. Дверь в замкнутое пространство открывалась на одном из верхних этажей астрономической башни, однако вела она в просторный класс, вероятно, прежде находившийся где-то на уровне пятого или четвёртого этажа замка. Помещение оказалось частично разрушенным и изрядно захламлённым: в окнах отсутствовали стёкла, через два крупных пролома в стене внутрь наметало снег, скрывающий растрескавшийся пол и обломки столов и стульев.
— Напоминаю, что мы не на прогулке, — произнесла Грейнджер, оборачиваясь и оглядывая почти дюжину студентов. В правой руке она уже держала волшебную палочку, подтверждая серьёзность своих слов. — Мы говорили об этом, но я повторю снова — это место так же опасно, как и Запретный лес. А в чём-то даже хуже, поскольку неизвестно, чего именно здесь можно ожидать в следующий момент. Вы все знали, на что идёте, однако это не значит, что можно забыть об осторожности.
Кайнетт, вставший справа у стены с мистическим знаком наготове, тоже оглядел волшебников и ведьм. Все четыре гриффиндорца с пятого курса, Лавгуд с четвёртого, с третьего, помимо него вместе с Эмбер и Крауч, были Тейлор, Росс, Керри и Сансет. Никого младше было решено не брать, а из третьекурсников предпочтение отдавалось имеющим лучшие результаты в дуэлях и практике по ЗОТИ. Первоначально даже зашел спор, не нужно ли ограничить отряд шестью участниками, ведь это оптимальное для контроля и управления количество. Однако отсутствие грамотного тактического командира, который смог бы в полной мере распорядиться всеми их возможностями, равно как и опыта командной работы, заставило положиться на количество и просто взять в этот рейд всех добровольцев, обладающих нужными навыками и способностями. К тому же, что это за подвиг, которого почти никто не увидит?
Тем временем все присутствующие сами или с чужой помощью наложили чары, защищающие от холода и ветра, и приготовились выступать. Половина из участников вылазки не знала о диадеме, для них поход по изнанке замка был своего рода продвинутой тренировкой с разрешения директора. Предполагалось смотреть по сторонам и обыскивать все закоулки, но просто в поисках любых потерянных за века магических предметов без конкретных указаний и упоминаний о крестраже.
— Что ж, раз все готовы, я пойду первым, — вдруг предложил Поттер, выступая из общей группы и собираясь пройти мимо Грейнджер.
— Постой! С чего бы это вдруг? — та остановила его, удержав за плечо. — Такого уговора не было.
— А ты опять собиралась броситься вперёд сама? — спросил он почти риторически. Но вырываться не стал, остался стоять на месте. — Я лучше готов к неожиданностям. А ещё, Миона — ты моя девушка, я не могу позволить тебе рисковать зря.
— Ромео… Вот только мне поблажки не нужны, — ответила она строго, пытаясь скрыть смущение. — Это мой клуб, я отвечаю здесь за всех. К тому же я старше и опытней тебя.
— И всё-таки я настаиваю.
— Ценю твой порыв, но…
— Эй, вы там закончили обниматься или мы тут будем до темноты мёрзнуть? — ожидаемо, первым не выдержал Уизли. Лонгботтому на это не хватало наглости, а остальные предпочитали не вмешиваться в разговор старших. — Подбросьте галеон, посмотрите, что выпадет, да и пойдём. У меня точно ещё дела на сегодня есть.
— Слухи ходят, что Рональд сейчас встречается с Патил. Похоже, боится опоздать, — драматичным шепотом произнесла Клэр. Окружающим её было прекрасно слышно. — А то ведь индийские проклятья, они заковыристые, чёрта с два потом снимешь без последствий.
— С которой, нашей или с Гриффиндора? — уточнила Аманда.
— Так это же самое интересное. Говорят, то ли с обеими сразу, то ли они меняются, а он и не подозревает…
— Мы зря теряем время, — устало возведя глаза к потолку, маг вздохнул и сделал жест волшебной палочкой, добавив простую арию: — Депульсо.
Луч заклинания врезался в дальние двери, сбив с них изморозь и с треском вырвав замок. Одна створка вылетела наружу, другая повисла на ржавых петлях, перекосившись. Увлеченные чужой «любовной ссорой» ученики вздрогнули от грохота и обернулись на звук, схватившись за палочки и другое оружие, и как раз вовремя. В открывшемся проходе был виден
