в черное марево беспамятства.
Глава 80 Где мы?
Я плыла по реке, у которой недавно стояла, в которую рухнула на своей машине, спасаясь от мужа.
Тихо, медленно, плавно. Вода журчала, переливаясь через небольшие камешки, неся свои воды в густой туман, видневшийся вдалеке. Никаких звуков слышно не было, лишь голос реки, упрямо утекавшей в неведомую даль.
Я оглянулась по сторонам, тут же обратив внимание, что сижу на плоту, плавно двигающемуся по неторопливому течению.
Вокруг стоял полумрак, позволявший немного осмотреться. Впереди, в точности на таком же плоту — сидел Сергей, в позе турецкого султана, смотрящий куда-то вдаль, совершенно не обращая ни на что внимания. У его ног неподвижно лежит огромный пес, лишь его уши были развернуты в мою сторону, он словно прислушивался к едва уловимым острым слухом шорохам, неслышимых мной.
Тишина, сумрак, плеск воды о брёвна, чуть дрожащая лунная дорожка по спокойной поверхности реки. Вот и все, что можно было увидеть. Очертания берегов прятались в густом белесом тумане, который, плотной стеной начал подниматься из воды, казалось, до самого неба.
Стало так страшно, что того и гляди, можно в любой момент завизжать от ужаса.
«Нельзя!» — прошелестело, словно в воздухе, и я, судорожно сглотнув, не выдержав, тихо позвала, подавшись чуть вперед: — Бо-о-ор!
Волк шевельнулся, приподнял морду со скрещенных передних лап и замер, снова прислушиваясь.
— Серый! — не унималась я, услышав тут же тихий стон или скулеж в ответ. — Любимый! — позвала чуть громче, стараясь победить отчаянье, разрастающееся в душе.
Волк поднялся на лапы, вглядываясь в туманное марево впереди, но, не оборачиваясь назад, словно не понимал, что я у него за спиной.
— Бор, муж мой! Я здесь! Обернись! — закричала что есть мочи, падая на колени. Теперь точно была уверена в том — кто передо мной.
Мощное животное вздрогнуло, обернулось. Огромная пасть ощерилась, обнажая белые клыки, и волк, подобравшись, прыгнул, отталкиваясь от плота, на котором продолжал все также безучастно сидеть Сергей, даже не заметивший, что теперь он остался совсем один.
Я протянула руки навстречу оборотню, а он, мягко приземлившись рядом со мной, схватил меня огромной пастью тут же поперек тела. Я чувствовала, как острые клыки животного прорезали тонкую ткань одежды, вдавливаясь в мою нежную кожу. Огромный волк свободно оторвался со своей ношей от плота, делая новый прыжок, слегка задрав морду, приподнимая мое тело над водой.
Слезы покатились по щекам, я видела, как бывший муж уже скрылся в густом тумане, а мы все пытались выбраться, безуспешно перепрыгивая с лодки на плот, затем на следующий и снова на следующий. Они начали спускаться по реке плотным потоком, плывя в одном направлении, приближаясь к концу, скрытому за густой пеленой.
— Бор, подожди! Так неправильно! В наших сказках на волках только верхом ездят. Ты так просто упадешь без сил. Позволь мне перебраться тебе на спину! — зашептала, чувствуя, что ничего у нас не получается. Животное выбивается из сил, перепрыгивая с плота на плот, чтобы при этом не сдвинуться с места ни на метр.
Мощное животное замерло, выплюнув меня на очередной плот, рядом с какой-то старой женщиной, даже не заметившей незваных соседей.
Я быстро перебралась на спину мужа, ухватившись за холку, прижалась к нему всем телом и прошептала: — Я готова! — зажмурилась, боясь, что ничего у нас не получится.
Звенящая тишина, затем свист ветра в ушах, громкий хлопок и истошный крик мужа: — Лера!
Я делаю глубокий вдох и распахиваю глаза, встречаясь взглядом с тем, ради кого готова была жить и также легко отдать свою жизнь.
— Ты меня напугала! — Кричит он так громко, что у меня закладывает в ушах, вызывая счастливую улыбку на губах.
— Никогда так больше не делай! — Продолжает Бор, а я повторяю за ним шепотом, сил ни на что не осталось. — Никогда! Не буду!
— Серый! Все хорошо! Дай ее мне, ты не справишься. — Откуда-то слышится голос Филиппа.
— Нет! Сам! — рычит муж и подхватывает на руки, а мне остается только обвить его своими, крепко ухватившись за мощную шею, утыкаясь носом куда-то в ухо и прижимаясь губами к судорожно бьющейся вене, с наслаждением вдыхая такой родной запах.
— Я тебя люблю! — говорю, как мне кажется, так громко, что все вокруг замолкают.
— И я! — слышу в ответ, снова проваливаясь в совсем уже нестрашное забытье, чтобы очнуться от горячих прикосновений настойчивых губ мужа.
Дорогие мои, не успеваю! Следующие главы опубликую в понедельник, полностью завершая книгу, так что готовимся)
А пока визуал.
Глава 81 Ты любишь воду?
— Лера, очнись! — шепчет Бор, покрывая мое лицо поцелуями, — Скоро дети прибегут, а нам еще помыться нужно! Негоже родителям в таком виде на люди выходить. Напугать можем.
Боже! Мне ничего не хочется.
Не могу понять, то ли я жива, то ли нет. Вот еще немного полежать, подставляя кожу под нежные мужские губы, получая от этого наслаждение и все! Потом готова буду. Потом! Все потом.
— Лера, идем. — Настойчиво вторгается в сознание голос мужа. — Я тебе спинку потру. — Мурлычет он.
А я машу отрицательно головой, боясь открыть глаза, вдруг все сразу же закончится? Я же видела, как он горел в том кошмарном пламени без единого шанса на спасение.
— Ты жив? — шепчу, крепче прижимаясь к нему, скользя немеющими пальцами по его спине, ощупывая кожу, боясь почувствовать под ними липкие от крови раны.
Бор довольно хмыкает, целует куда-то за ухо и хрипло шепчет: — Да! Доказать?
Слезы хлынули из глаз, омывая щеки, а его горячая, живая, шершавая ладонь уже скользит по моей ноге, поднимаясь все выше и выше, зажигая во мне пламя непреодолимого желания.
— Докажи! — выгнулась, подставляя под живительные поцелуи губы. — Прямо сейчас! Я видела, как ты погиб.
Воспоминание чудовищное, вызывает спазм в груди, блокируя воздух, не позволяя сделать даже короткий вдох.
— Хорошо! — хмыкает довольно муж, впиваясь в мои губы огненным поцелуем, требовательно раздвигая языком, немеющие от предвкушения уста.
«И пусть весь мир подождет» — вспыхивает в голове избитая фраза, наполненная теперь магическим для меня смыслом.
Муж все-таки доказал и не раз, что он жив и полон сил. Его уверенные руки, жадные губы и сводящие с ума, гхм, слова сделали свое дело, я поверила, что жива.
Нет, неправильно! Мы живы! Что мы оба живы.
Я горела в пламени, оживая, возносясь к небесам и падая вниз, чтобы все начать заново.
— Ненасытная! — прошептал муж, утыкаясь
