его Годарт внезапным вопросом. — У меня есть сомнения, что «капитан» — это подходящее звание для обороны целого города. Где вышестоящие чины?
— Сбежали с мэром и ведущими учёными, — зло оскалился Эльдон. — Примерно за два часа до налёта фишисов. Это автоматически сделало меня главным, воитель. Есть возражения?
— «Ведущими учёными», — повторила Вета. — Значит всё же университет?..
— Лишь подозрения, — капитан пожал плечами. — И сейчас это не важно. Последний гонец, полчаса назад, сообщил мне, что из моря перестали выползать твари. Это значит, что мы достигли… э-э… финала, — неуклюже махнул он руками. — Я планирую подождать ещё немного, позволить фишисам набиться на площадь поплотнее. А потом ударить, максимизировав ущерб.
В полумраке комнаты его лицо казалось вырезанным из старого дерева — глубокие тени под глазами, резкие складки у рта. Чувствовалась усталость и лёгкое, — а может и нет, — безразличие. Он даже говорил скорее как бухгалтер о прибыли, чем солдат, столкнувшийся с опаснейшим врагом.
— Силы хватит? — напрямик спросил я, нарушая тягостную паузу. — Десяток фишисов, превращённых в фарш, не то же самое, что тысяча.
— Моя сила Прóклятого — Резонанс, — с толикой гордости заявил Эльдон. — Такая позволит уничтожить даже скалу. Если достаточно нагнетать.
— И нам предстоит выиграть это время, — скептично хмыкнула Вета. — Нет, мы предполагали, что всё так и будет, но…
— Я не жду подвигов, — слабо улыбнулся ей капитан. — Сделайте столько, сколько сможете. Я буду нагнетать силу в точке университета, растягивая область на свой максимум. Площадь большая, времени понадобится много. Если увижу Аурой, что вы сдаёте, ударю раньше. Если будете держать улицу, то приторможу.
— Погоди, — прищурился Годарт. — Уж не планируешь ли геройство сам?
— Последняя атака? — осознал я. — Капитан!..
— Придётся выложиться на полную, — не убирая улыбки, добавил он. — Ударить на сотню-другую метров, да так, чтобы всё в месиво… Я никогда такого не делал. Запретный Плод чётко ставит перед владельцем лимиты… Вы, как понимаю, не владеете подобной силой? Тогда бы знали.
— Не у всех Плодов есть ограничения, — дипломатично заметил я. — У меня имеется знакомый, обладающий подобной силой. Он ничего такого не рассказывал, а мы довольно близки, чтобы делиться подробностями.
Вета бросила на меня короткий насмешливый взгляд.
— Может и так, — пожал Эльдон плечами. — Я или выдержу, или превращусь в кровавую взвесь вместе со всеми фишисами и грёбаным университетом.
Чтоб тебя! Ещё один человек, готовый сгореть ради этого сраного города. Атрахар таких не заслуживает.
— В лучшем случае станешь мёртвым грузом, который придётся отпаивать зельями, — поморщился Годарт, а потом закопался в небольшую поясную сумку. — На, капитан. Держал для себя или кого-то близкого, но раз так повелось… — протянул он зелье. — Найдётся тот, кто сможет дать его тебе, если останешься в живых?
— Найдётся, — благодарно кивнул Эльдон, бережно приняв ценную алхимию. — Спасибо тебе, воитель.
— Не я собираюсь жертвовать жизнью, — буркнул майор Железной Армии.
— Ваши действия на данный момент, — капитан выпрямился, куда более цепким взглядом оглядев каждого из нас, — занять позицию возле центральной улицы. Самой опасной.
Где фишисы бегают, словно у себя дома, — мысленно дополнил я.
Глава 24
Боги и демоны
— Если сдержите пытающихся сбежать тварей, мы победим, — постановил Эльдон, хотя здесь, очевидно, лукавил. — На центральной улице сейчас лейтенант Ирвин. Скажите ему, что я направил вас лично. Скажите… Скажите, что я в него верю.
— Это лучше бы тебе сказать самому, — Вета отвела взгляд. — Прозвучит солиднее.
Эльдон лишь развёл руками.
— Я пошлю гонца, если понадобится помочь другим направлениям, но надеюсь, что фишисы и дальше будут пользоваться лишь одним направлением, которое напрямую ведёт от моря к университету.
— Возможно их кто-то направляет, — нахмурился я. — Иначе твари не разделились бы и не перекрыли ворота.
— Если и направляет, то очень ограниченно, — на миг задумавшись, возразил капитан. — Ведь мы всё ещё живы.
Ну да. Будь у фишисов хоть какое-то управление, то даже ничего не понимающий в тактике человек уже давно зачистил бы весь город. Уж точно не собирал бы всех монстров в центре!
— Когда конкретно хочешь ударить? — спросил я.
— Через полчаса. Через час, — неопределённо сказал Эльдон. — Я отслеживаю площадь возле университета, появление новых фишисов и уход старых. Пока прибывает больше, чем уходит. Я бы сказал: почти никто не уходит. И пока так будет продолжаться, целесообразно ждать.
Мухами я оценил ситуацию с воздуха. Подавляющая масса тварей собралась в центре, но немало было и тех, что разбрелись, оставаясь без свидетелей. Их я могу добить сам. Лучше телепортом и врукопашную, чтобы не оставлять следы атаки мух или, тем более, воронов. Однако основная масса продолжала стекаться к университету.
Что же…
— Баррикады ведь ещё нет? — уточнил я то, что и так знал.
— Непростая задачка, верно? Поэтому я и послал на неё лейтенанта Ирвина. Парень головастый, уже точно придумал какой-то план.
Штаб мы покинули нагруженные неприятными откровениями.
— Прятаться какое-то время, потом умудриться построить баррикаду, попутно отбивая фишисов, желающих сбежать с университетской площади. Или прорваться на неё. — Вета скептично поджала губы. — План просто охуительный!
— С силами этого Эльдона звучит как что-то реальное, — задумчиво пробормотал Годарт.
— Тогда не будем терять время, — хрустнул я пальцами. — Сержант, капрал, вы с нами? Или Эльдон дал какое-то иное поручение?
Он не давал, но я предоставил людям выбор.
— С вами, — мрачно кивнул сержант. Капрал, на миг задумавшись, поступил также.
Лейтенанта Ирвина мы нашли в узком проулке между двумя полуразрушенными домами. Удачное место — фишисы сюда вряд ли сунутся, слишком тесно для их туш, зато имелся хороший обзор на центральную улицу.
Сам Ирвин оказался моложе, чем ожидал. Лет двадцать пять, не больше. Худощавый, с острыми чертами лица и нервным взглядом. Руки ему будто бы мешали, он то совал их в карманы, то за пояс, то хватал рукоять меча или упирал в бока.
С ним было шестеро. Все выглядели так, будто уже написали завещание.
— Подкрепление? — Ирвин вскинул голову, когда мы появились. Глаза расширились. — Сержант Вазнак, капрал
