мне Крипер, формируя в своей руке дымчатый изогнутый меч. — Убил Аврелиуса. Разрушил матку.
— Матку? — переспросил я, примерно понимая, о чём говорит этот ублюдок.
Небожители переглянулись.
— Он не знает, что это, — хохотнул Версус. — Расскажем ему перед тем, как сдохнет?
— Матка — главная Башня, рассадник. В него мы с Версусом так усердно вливали энергию, — оскалился Крипер. — Так долго работали над этим. А ты, сучёныш, пришёл и всё разрушил. Убил её на корню, скотина.
— Вас ждёт та же участь, твари, — приготовился я, закрывая собой Воробья.
Ладно бы я один против этих сволочей вышел, а теперь смотреть, чтобы его не задело. В общем, я отдал приказ Брум, чтобы она создала вокруг нас мощные щиты. И троллиха что-то забормотала себе под нос.
— Тебе не помогут твои астральные друзья, — оскалился Версус, показывая такие же акульи зубы, как и у Крипера. — Никто не поможет.
Он воздел руки к куполу и над нами начал образовываться чёрный как смола торнадо. Вокруг зашумело, листья сорвались с деревьев, закручиваясь вокруг нас.
— Ты покусился на Башню! — закричал Крипер. — Но мы сохранили её энергию! И теперь она разорвёт тебя на куски! Вся твоя сила станет кормом для матки и её выводка!
Я не стал долго думать. Вызвал Гоба, который выкинул Пожирателя мне в руку и сразу же натравил Кусаку. Летучая мышь почти вцепилась в лицо Версуса. Но толстяк лишь раскрыл ладонь, с которой сорвалось тёмное облако. Оно врезалось в Кусаку, испепеляя его.
Гоб завизжал, бросаясь под ноги Версусу и подрезая ему щиколотки.
— Ты серьёзно? — небожитель упал на колени, засмеявшись. — Думал, так просто, ахр-р-бл-л…
Гоб добрался до горла толстяка, перерезая его. Но рана моментально затянулась, толстяк зарычал, протянул руку к воронке над головой. Оттуда выскочила чёрная длань, накрывая зеленомордого. От него остался лишь прах, который затянуло в чёрный смерч.
Брумгильда отчаянно закричала, выскочила из ментальной пещеры, выстреливая искрящимися иглами. Крипер успел поставить заслон, но иглы прошили Версуса. Толстяк выкатил глаза, захрипел. Он упал на землю, начиная раздирать на себе кожу и визжать от боли.
Воробей выпрыгнул из-за спины, трясущимися руками взмахнул мечом, с которого сорвался сноп пламени. Он ударил в барьер Крипера, не причиняя ему никакого вреда.
— Не лезь, Федя! За спину! — зарычал я.
Нас с Воробьём окружила сияющая энергия, когда на Брумгильду обрушилась очередная чёрная рука, сжимаясь в кулак. Троллиха рассыпалась в прах, который также исчез в крутящейся воронке.
Что меня поразило — я не чувствовал связи с ней, и с Гобом. Вообще. Они будто бы окончательно умерли.
Ну всё, твари! Пора с вами заканчивать.
Крипер между тем открыл портал, из которого повалили ящероподобные твари с щупальцами. Воробей принялся их сжигать своих мечом.
Версус в это время добрался до своих глаз и визжал, выдавливая их. Этот уже готов, надо всего лишь добить.
Я вызвал чёрных рыцарей, указывая цель. Всадники разорвали на части толстяка, части которого затянула воронка.
Ну а Крипер расчертил в воздухе перед рыцарями замысловатый знак. Те замерли, успевая лишь поднять мечи. Две чёрные руки из смерча растворили их, сжимая в своих объятьях.
Искра! Её надо вставить в пирамиду. Я достал артефакт, который мне оставил Гоб, нашёл в кармане каплю и попытался закинуть её в паз. Но фрагмент выпал из рук, затерявшись в траве.
Федька продолжал усердно сжигать монстров, но не он представлял угрозу для Крипера. Небожитель переключился на меня.
Он поднял руки, и две тёмных секиры сформировались из смерча. Свистнули в воздухе и внезапно изменили направление, срезая мои ноги выше колен.
Я рухнул на культи, стиснув зубы от нахлынувшей боли. Затем поискал в траве каплю. Камешек был где-то здесь! Да! Вот сюда же упал!
Кровь, покидающая мой организм, замедлилась. Руна регенерации с трудом справлялась с поставленной задачей.
Крипер расхохотался, затем замельтешил руками в воздухе, и перед ним появился огромный топор. Его чёрное лезвие хищно поблёскивало.
— Теперь тебя покинут руки! — завизжал он.
Топор опустился на плечо, отрубая мне правую руку. Я не обращал внимания на боль. Только не сейчас. Время ещё есть.
Валяясь на земле в собственной крови, я нашёл каплю, затем нащупал артефакт, и щёлкнул её в гнездо.
«Руны! Усиление всех рун!» — направил я ментальный приказ вспыхнувшему артефакту, который превратился в концентрированную энергию.
— Даже искры тебе не помогут, свиное дерьмо! Ты обречён! — зарычал Крипер, меняя свою форму. Он начал увеличиваться в размерах, глаза полыхали огнём, руки удлинялись, прекращаясь в лапы. — Как тебе это⁈ Знаком с Горгоном⁈ Скоро узнаешь, что это такое!
Я истекал кровью, а затем всё изменилось. Энергия хлынула в моё тело. Руны вспыхнули. Конечности притянулись на свои места, а кровь вернулась в моё тело.
Я не стал мелочиться. Накинул покров и сразу пять рун «родэ». Успел лишь подхватить Пожирателя, а затем рванул с места словно ракета.
Крипер лишь успел раскрыть глаза от изумления. Он вновь поднял руки, которые я и отрубил, затем врезал Пожирателя в грудную клетку небожителя. Клинок с жадным чавканьем моментально втянул в себя всю костную ткань жертвы.
— Ф-ф-ф-ка-а, — выдохнул из себя Крипер, когда он сдувался, превращаясь в бесформенную массу.
Портал с тварями исчез, торнадо распался на мелкие фрагменты, растаял в пространстве. Серый ограждающий купол над нами заколебался. Тысячи голосов ворвались в голову, зловеще шепча, взвизгивая, обещая страшные муки.
— Отрицаю скверну! — выкрикнул я, теперь уже понимая, как пользоваться «Отрицателем». Направил энергию искр, бурлящую во мне, в эту способность. И всё сразу же исчезло.
Воробей лежал в стороне без сознания. Целы и невредимый, сжимая в руке меч пламени.
— Подьём, сударь, мы победили, — похлопал я по его щекам.
— А? Что? — замотал головой Воробей, затем прополз на четвереньках пару метров и вскочил, выставляя меч перед собой.
— Спокойно, Федя. А то и меня сожжёшь, — засмеялся я.
— Кто это? Это ведь были тёмные маги! А твари? Сколько я их сжёг! Ты прикинь⁈ — кричал он, ища глазами цель. Но её не было.
— Мы справились. Фёдор, опусти меч, от греха подальше, — подошёл я к нему.
— Как… Я видел. Эти суки, они отрезали тебе ноги! — ошарашенно смотрел на меня Воробей.
— Но я ведь целый, как видишь, — улыбнулся я. — Может, почудилось?
— М-может. Я ж поэтому и вырубился, — Федька выдохнул, затем упал на землю.
Я сел рядом с ним на газон. Выдохнул, ещё раз ощупывая ноги. Это казалось невероятным, но ведь они сами притянулись ко мне. Как это бывает у Гоба, но гораздо быстрее.
— Мы
