громкий голос:
— Где он!?
Всеволод спрыгнул сверху на песок с обнаженным мечом и покрасневшим лицом.
Вздохнув я вышел, в надежде разобраться с типом, который развалил семейство Ярослава.
— Один на один? — спросил я, выжидая.
Всеволод молчал, изучая меня. Он не подтвердил и не отрицал — явно мухлевать собрался. Как только напряжение ослабло, я понял, что пора действовать. Наши клинки встретились с противным скрежетом, а песок пропитался потом и кровью.
Оказалось, разбойничье вооружение было не очень хорошим. Грубые, тупые мечи, сделанные на коленке. Даже если сделать резкий удар, они застревали в плоти, вгрызаясь в жир.
У меня было мастерство, но противник не уступал ни на аршин. Но я дрался уже с многими и стал опытнее.
Бандюганы, которых Всеволод пригласил, замялись, смотря на нас.
Все же, пришлось мне немного повозиться. И я решил рискнуть, нанеся удар сверху. Без впечатляющей мускулатуры это было не легко. Я просто пытался имитировать свирепость, когда ударил вниз.
Мой клинок встретил меч Всеволода, где металл соединялась с рукоятью. К сожалению, мой меч — замотанный в тряпку, разломился на куски. Железо и дерево разлетелись во все стороны, осколки поразили нас обоих. Мы оба пошатнулись, почувствовав уколы на коже.
Теперь я остался безоружен.
Всеволод моргнул и оскалился акульей улыбкой, затем поднял свой клинок для удара.
После жарких тренировок с Радионом, моя уверенность возросла. Я бросился вперед, схватив рукоять его меча. Главарь, завопив от боли, попытался атаковать меня своим клинком. Но его рука была уже ранена утром, когда я пытался его прикончить.
Его захват ослабел, и я смог ухватиться за его руку с мечом. Мы оба упали на песок, борясь, как звери. Всеволод оказался наверху, но я не позволил своей силе ослабеть.
Несмотря на острую боль, я не сдался. Сломав ему мизинец, отшвырнул меч и с силой пнул его в измазанное кровью лицо.
Отлетев на пару метров Всеволод рухнул спиной на песок.
Наконец, я получил возможность двигаться. Подскочив, схватил меч, отброшенный на землю. Другие бандиты, поздно осознавшие ситуацию, подняли свои копья. Они явно не собирались драться честно. Это объясняло, почему Всеволод держал их в приготовленности.
Но было уже слишком поздно.
Я пронзил грудь Всеволода. Его ребра треснули, кровь брызнула. Он начал подергиваться в конвульсиях, пытаясь дышать. Схватив мою руку, он ощупывал мне шею. Но он был слишком слаб, чтобы даже сжать пальцы.
Все вокруг замерли.
Мой сокол приземлился за спиной и закричал, будто пытаясь выдать моё местонахождение. Значит дружина уже близко.
Я взглянул на толпу этих ублюдков. Они кружили вокруг меня, держа в руках свои гребаные копья. Но то, что они увидели заставило их замереть в ужасе.
Все их понты и принципы исчезли разом. Их босс склеил ласты, и они стояли там, как дебичи — не зная, рваться в бой или просто плакаться.
Но я видел, как их зубы скрипели от злобы. Их кровь кипела, как вода в кастрюле. Смерть их главаря лишь подлила масла в огонь их ярости. Они разбрелись зубоскаля, словно стая диких собак. Готовились к атаке, натягивая свои копья.
Даже один из них, извинился перед трупом своего босса:
— Наша честь велит нам отомстить, — пробормотал он.
Остальные ощетинились копьями и начали сужать кольцо окружения.
Подтянув плечи и уперевшись ногой в камень за спиной, я приготовился к бою.
