читал, но, живя с Таней долго под одной крышей, нельзя не выучить сюжет наизусть. Обиженная жизнью девушка-изгой внезапно в последний момент спасается героем, который в её глазах — самый настоящий принц. Он её спасает от травли, защищает и возносит на уровень своей принцессы. Женское романтическое фэнтези…
…Тень-одиночка, доживает последние дни из-за травли неспящими. Она практически обречена, но в последний момент её спасаю я. Быстро обогнавший её в развитии герой, создающий свою фракцию. Место, где она будет принцессой.
— Постой, Сивилла, я правильно понимаю, что она едва не погибла из-за собственного желания? И она сама — причина охоты на неё неспов и спуска на второй уровень?
— Она опытный пробуждённый, умеющий выживать, — пожала плечами сказочница. — Кто знает?..
— Прошу прощения, это… — встрял Лёха. — Хотел ещё вот что спросить. Тут была упомянута та, кто спит под Несбывшейся…
Я удивлённо посмотрел на него. Значит, его волнует эта тема? Простого посыльного, каким он себя позиционирует, такие вещи интересовать не должны бы.
— Она — одна из тех, чьи судьбы были нарушены чередой событий, родившихся из граней одержимости бога воды, основавшего Трибунал. Хозяйка мёртвой магии поглотила её судьбу. А судьба — это множество миров, которые никогда не будут воплощены. Они как забытые истории и случайно стёртые книги. Богиня Саринфа, отбросившая божественность ради любви, чтобы стать Рин, и затем — падшей, Нисарин. Богиня с несбывшейся судьбой, поглощённой великим чудовищем. Или единственный в городе архи-стиратель, созданный из сущности бога.
Где-то на этом месте я окончательно перестал понимать, о чём она, но Лёху ответ похоже удовлетворил.
— Так путь кого из братьев ты выберешь?
— Если ты так ставишь вопрос… меня пока устраивает путь главного героя.
— Хорошо, — кивнула Сивилла. — В конце концов, зачем изобретать то, что давно опробовано твоими старшими будущими коллегами среди Вечных? Когда вы оба сможете прожить жизнь с детства, ни один сценарий Города не помешает вам найти друг друга и создать новую судьбу. Для этого тебе не нужна моя сказка.
— Спасибо за разговор, — сказал я искренне. — Многое прояснилось.
Сивилла улыбнулась и едва заметно кивнула, прикрыв глаза.
— И тебе спасибо. Было интересно. И спасибо за музыку, — добавила она Лёхе. — Ты можешь забрать этот инструмент с собой.
— Чё, правда?
— Он именно для тебя здесь и стоял, — кивнула она.
— Кстати, это твой постоянный адрес? Можно будет иногда заходить в гости на чай? У меня одна подруга была бы счастлива с тобой познакомиться.
— Адрес… это мерцающий район, Полярис. Если сможешь его найти — пожалуйста.
— Что значит мерцающий район?
— Улица Влада Котомирова находится на границах между Городом и Несбывшейся. Порой она оживает и становится частью Города, как любая другая. На улицы выходят соседи, а во дворе играют дети. Порой она, как сейчас, становится частью Несбывшейся и спит долгим сном. А порой, зависает отдельным осколком, и тогда она становится недостижимой. Иногда это случается даже внутри одного круга…
Внизу вдруг забили часы. Пёс Сивиллы резко подскочил с дивана и гавкнул в сторону выхода.
— Вам пора, — тихо сказала сказочница. — У меня назначена ещё одна небольшая встреча на сегодня. Так что, если захотите продолжить наш разговор, приходите в другое время.
Я кивнул и спорить не стал.
Шагнул на лестницу вниз, хотя головой всё ещё был в уютной теплице на крыше дома. Мимо проскользнул пёс, спеша к двери, встречать нового гостя.
Мы снова прошли через уютный книжный коридор, устланный коврами, диванчиками и подушками. Внизу послышался лай и звук открытой двери. Похоже, что мы и правда уходим в последний момент.
Это получается у Сивиллы сплошной поток посетителей. В прошлый раз, когда мы виделись, к ней тоже кто-то приходил. Только не могу вспомнить, кто.
Сегодняшний гость, увидев впереди людей, поплотнее надвинул капюшон и опустил голову, скрывая лицо. Одежда — бесформенная ветровка и обычные голубые джинсы, затёртые не модой, а долгим ношением. Но, когда незнакомка поравнялась с нами, я почувствовал очень знакомый цветочный аромат. Точно не кто-то из отдела аномальщиков, но запах определённо знакомый. Будто цветочное разнотравье с лёгким, ускользающим ароматом свежей выпечки.
Обернулся девушке вслед, но та поспешила скрыться на лестнице вместе с пушистым проводником.
Мы с Лёхой вышли на улицу. Дождь благополучно закончился, и мы увидели последние лучи заката. На Город опускалась ночь.
— О-фи-геть! — по слогам продекламировал Лёха. — Я просто в шоке от сегодняшнего дня. Не знаю, как тебя благодарить, Полярис.
Я ухмыльнулся.
— Ты же понимаешь, что за разглашение личной информации мне придётся тебя убить?
Лёха усмехнулся.
— Да забей, я умею хранить секреты. Кстати, вы чё, о нашей Танюхе говорили? Или есть какая-то крутая вечная тёзка?
— О нашей, — вздохнул я.
— Интересный у тебя вкус, шеф. А Марта?
— Город принудительно поменял нам предысторию. Марта тоже в курсе. Но в головах у окружающих уверенность, что мы встречаемся. А тут ещё эта социальная хренотень на этом круге. Если мы официально «расстанемся», нам обоим часы эфира урежут.
— Но мы же… ну, не первоуровневые нпс, чтобы нам промывало мозги? Разве так может быть?
Я снова вздохнул и покачал головой.
— Добро пожаловать в первую неприятную правду о нашем Городе. Ты же, вроде бы, весь разговор присутствовал, я думал, ты понял.
— Тот, у кого выше уровень инкарнации — тот и главный герой?
— А, тогда ты всё правильно понял. Это было желание Тани. Но я обошёл её по уровню инкарнации, и её желание перестало работать на меня. В обоих случаях это не был мой выбор. Однако есть и хорошая сторона у этой механики. Город никогда не подписывает тебя на то, что бы тебе не понравилось.
— Теперь понимаю, — кивнул Лёха. — Надеюсь, моё желание мне столько проблем не создаст.
— Желания, которые связаны с жизненными целями, а не с конкретными людьми, как видишь, работают намного вернее.
— Ещё раз спасибо, что взял меня с собой, Полярис.
Я пожал плечами. Может быть, это даже и не моя заслуга…
— И тебе спасибо за клубок, — кивнул я. — Теперь идём отдавать его Вечной Лее?
25. Забытые боги
Клубок вёл нас по улицам так же, как вёл сюда. Золотистый шарик со светящейся нитью
