даже охранитель не спасает от них.
Я нахмурился и задумчиво постучал пальцами по столешнице.
— А про запад слышно что? Про Карлово королевство?
— Ой, что-то такое было… — женщина задумалась на мгновение. — Говорят, король там сменился, теперь тоже Карл правит, — и рассмеялась над этим, словно это была забавная шутка. — В общем, сменился там король, и вроде к войне готовится. Поговаривают, что хочет он поход объявить против монстров, объединиться, но князья нос воротят, думают, что таким способом он лишить их земель хочет.
Больше разносчица ничего не знала. Судя по всему, с запада сюда люди почти не идут, а вот про монстров искажения я услышал ещё не раз и не два, причем не только от неё. Словно услышав слова разносчицы, парочка мужчин за соседним столиком тоже стали обсуждать монстров и даже спорить, кто сильнее, демоны ночные или монстры новые. К ним присоединился третий, который запугал их, сказав, что они дурни и нет никаких новых монстров, просто вера в Охранителя была слаба, вот и поплатились фронтировцы за то, что колдунов привечали.
Учитывая, что вся вера в Охранителя в итоге шла Шараку, подобные разговоры мне не нравились, но пытаться сейчас в чем-то их переубедить было бы попросту глупо. Поэтому я просто допил принесенный напиток и снял себе комнату на ночь. День уже перевалил за полдень, светового дня осталось часа три-четыре, не больше, так что не было смысла отправляться дальше. Лучше заночую здесь, а на рассвете продолжу путь, заодно картой и одеждой попробую обзавестись.
Комната, которую я снял, была маленькой каморкой, в которой даже окна своего не было, а дверь запиралась на задвижку изнутри, но учитывая сумму, которую я заплатил за это, такие условия — сущая мелочь. Всё равно оставлять тут я ничего не собирался, так что огляделся, да и вышел в город. Найти местный рынок оказалось проще простого, и там я быстро нашел торговца одеждой и прикупил теплый тулуп, шарф, шапку и варежки. Идею сменить ботинки я даже не рассматривал, те, что на мне, отлично согревали и были удобными, а надевать одни на другие, как я собирался делать с тулупом — верх маразма.
Приодевшись и больше не вызывая заинтересованных взглядов окружающих, я отправился на поиски карты. И тут, как ни странно, пришлось потрудиться. Ни у кого из опрошенных карты не нашлось, торговцы зачастую ездили уже привычными маршрутами и отлично знали дорогу на память, через какие деревни ехать и по какому тракту.
А на вопросы про Кёнигсберг мне чаще всего разводили руками и говорили про «далече больно». Но я всё-таки смог выцепить купца, который признал, что бывал там, и маршрут знает. Пришлось проставиться ему на постоялом дворе и баньку оплатить, зато тот, пусть и немного запутанно, но рассказал примерный маршрут, задав направление.
После этого я отправился спать, и по правде сказать, спал как убитый. Вроде и несильно утомился, напротив, тело и разум требовали действия, но стоило лечь на постель, как я тут же отключился. Проснулся от стука в дверь, хозяин по моей просьбе разбудил на рассвете. Выбравшись из комнаты, заказал завтрак в виде овсяной каши с черствым залежалым хлебом. Не умели тут готовить, но я не собирался тратить время на поиски места, где кормят получше. Подкрепился, прихватил с собой немного вяленой колбасы и сухарей в путь и покинул Москву.
Первой моей остановкой стало Серпейское, небольшое село в паре дней пути от Москвы. Я старался держаться рядом с трактом, чтобы не заблудиться, но при этом шел чуть в стороне, где мог свободно использовать триплексы, что сильно экономило мне время. Благодаря магнитному полету я преодолевал расстояние со скоростью, сравнимой с ездой на автомобиле, поэтому там, где обычный путник потратил бы целый день, я укладывался в несколько часов.
В Серпейском я переночевал на постоялом дворе, послушал местные сплетни и двинулся дальше. Следующей точкой стала Вязьма, потом Смоленск. Чем дальше на запад, тем больше разговоров было о новом короле Кёнигсберга и его странных порядках. Кто-то говорил, что он колдун, кто-то — что он святой, посланный, чтобы избавить мир от демонов ночи. Мнения расходились, но одно было ясно: в Кенигсберге происходило что-то необычное. И эти новости меня очень радовали. Получается, что несмотря на мое отсутствие, они продолжают вести мое дело. В тавернах и на постоялых дворах я также слышал рассказы о том, что творится на востоке. Купцы, что ходили саратовским трактом, рассказывали страшные вещи: твари, трещины в земле, красное зарево на горизонте. Многие торговые пути на восток были перекрыты и раньше, то из-за эпидемии, то из-за нападения жутких монстров из костей. Кто-то в самом деле начинает говорить о том, что скоро наступит конец света и лишь те, кто веруют в Охранителя, спасутся под сенью его защиты.
И в чем-то они действительно правы. Если тот прорыв искажения не остановить, то миру и впрямь настанет конец. Оно будет разрастаться как раковая опухоль и поглощать всё, до чего способно будет дотянуться.
На восьмой день пути я добрался до границы бывшего Карлова королевства. Тут уже чувствовалось напряжение иного рода. Деревни были полны слухами о грядущей войне, правда, непонятно с кем. Солдаты хранили молчание, но силы наращивали. Скорее всего, Карл полагал, что его отец попробует отправить против нас армию. На дорогах появились патрули и вооруженные отряды, проверяющие каждого путника.
Меня остановили дважды. В первый раз я просто показал несколько серебряных монет, и меня пропустили без лишних вопросов. Во второй раз патрульный оказался более настырным, начал допытываться, кто я такой и куда иду. Пришлось немного надавить, совсем чуть-чуть, просто дать понять, что со мной лучше не связываться. Триплексы, которые закружились вокруг моей руки, оказались достаточно убедительным аргументом. Тут демонстрировать силы я не стеснялся, напротив, так, возможно, слухи о маге, управляющем металлом, доберутся до Кёнигсберга раньше, чем сделаю это я сам.
На десятый день я увидел вдали шпили Кёнигсберга.
Город выглядел иначе, чем я его помнил. Стены были укреплены, на башнях виднелись дополнительные орудия, причем их я отлично узнал. Это были мои артиллерийские орудия, которые я создал незадолго до моего пленения. Видимо, Эрго и остальные мастера продолжили их создавать даже без моего участия.
У ворот толпился народ, торговцы и путники ожидали своей очереди на досмотр. Дым от сотен печных труб поднимался в серое зимнее небо, смешиваясь с низкими облаками. Я ускорил шаг, чувствуя,
