Сергей Бузинин - Последняя песнь Акелы. Книга первая

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 71

Это мы уже проходили. И пусть я был равнодушен к самому себе и своей судьбе, это ничуть не лучше равнодушия к чужим судьбам. Радует только то, что этого пока нет. Пусть даже через призму убийства, но я вижу людей, а не безжизненные манекены. Вот только я хорошо понимаю, что однажды какой-нибудь не манекен, воспользовавшись моей толерантностью, может убить Дато, Колю, да вообще — кого угодно. И в такие моменты мне жутко хочется научиться видеть сквозь прорезь прицела не врагов, не абстрактные людские фигуры, а черные круги мишени. Но надеюсь, мне удастся этого избежать. Завтра нас ждет Пауль Крюгер, и даст бог, он поможет покончить с серией злосчастий, которые кто-нибудь по недоумию назовет приключениями. Так хочется отсюда убраться — сил нет. Но станет ли мне от этого легче, не знаю. Ведь с завершением африканской опупеи жизнь не закончится, и проблема выбора встанет предо мною снова. Пусть мне придется выбирать между чем-то другим, но придется. И что я выберу? Не знаю. Уверен в одном: стоит, исключив старушку-процентщицу, решить дилемму Раскольникова, все встанет на свои места. Когда я решу ее — неизвестно, но решу обязательно. Потому что по-другому уже нельзя, да и сам я не могу по-другому, даже если рухну нелепо, как падший ангел.

Вот только ангелы здесь не водятся.

— А все же как их президент на обезьяну похож! — удивленно всплеснул руками Троцкий. — Я в книжке картинку видел, написано «орангутанг», ну вылитый дядюшка Поль!

— А вы не считаете, Лев, — улыбнулся Арсенин, — что называть первое лицо хоть небольшой, но все же страны дядюшкой чересчур либерально?

— Да что вы, Всеслав Романович! — продолжал восторженно вопить Троцкий. — После того как он пообещал нас до Каира доставить, а там и до Одессы помочь добраться, я его и батюшкой величать готов! Это ж сколько мытарств мы вынесли, ума не приложить! Но ничего! Еще неделька-другая, ну, месяц от силы, и мы дома будем!

— Боюсь, мне придется слегка остудить ваши восторги, юноша, — проворчал Арсенин, настороженно вглядываясь в фигуру Кочеткова, целенаправленно двигающегося в сторону компании русских моряков. — Сдается мне, что ничего еще не закончилось, и все, что мы пережили, это только первый из рассказов о Маугли…

Разрази его гром (польск.).

Салат из яиц и лука.

Голубцы мясные.

Суп фасолевый.

Многослойные блинчики.

Сладкое, пряное блюдо из мацы и пряностей.

Видные деятели анархистского движения.

Черкеска.

Сорочка с воротником-стойкой.

Грузинский вариант слова абрек.

Друг.

Это невозможно.

Добрый вечер.

6,1 литра.

Лев Троцкий.

Танец с кинжалами.

Нет (швед.).

«Шарики» — жаргонное прозвище мальчишек, выполнявших черновую работу в порту. «В котлы гоняет» — заставляет работать кочегарами в котельной.

Прозвище полицейских.

Парень (грузинский).

От блатного выражения «купить плеть» — бежать из тюрьмы.

Здравствуйте.

Как поживаете?

Это действительно так.

Непереводимое ругательство.

Куруш — мелкая монета 1/100 лиры или пара.

3,1 литра.

Побочный продукт коксования угля.

Осенний праздник в Греции.

Черт, дьявол (турец.).

Бог тебя накажет! (турец.)

Ишачий выродок! (турец.)

Оторвем этому русскому голову! (англ.)

Самоназвание языка матабеле.

Тайное святилище гепарда, как божества.

Чужак на исиндебеле.

Священник, жрец на исиндебеле.

Полумифический заброшенный город.

Крупная неприятность (одесс. жаргон).

О мертвых или хорошо, или ничего (лат.).

Дом (одесс. жаргон).

Хозяина (одесс. жаргон).

Место для размещения багров и прочего инструмента на судне.

Сайлент-Хилл — тихие, безмолвные холмы (пер. с англ.).

Река в Южной Африке.

Городок в Трансваале.

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 71