на миг вышел к нам, дать ответ, как в него влетела Лаксазия. А ведь она стояла практически у входа в портальный зал, возле двухстворчатой двери, и преодолела расстояние за один шаг. Более того, я её движений даже разглядеть не смог с телом Полубога. Это… ожидаемо, но была некоторая надежда, что мой текущий уровень позволит сделать хоть что-то, если всё пойдёт по плохому сценарию. Вывод: надо в дипломатию, силовой метод точно не поможет.
Эти мысли пролетели у меня в голове, пока Толика оторвали от земли и прижали к объёмной груди, как плюшевую игрушку. Парень сипел, махал ногами и пытался что-то сказать, но Лаксазия его чуть ли не душила. А ещё тёрлась щекой о макушку и приговаривала:
— Я скучала, отец! Тебя так давно не было! Почему ты оставил нас⁈ И где ты был⁈ Ты непременно должен рассказать мне, чтобы я записала твои новые приключения и добавила их в библиотеку храма!
Весь этот набор слов она выдала пулемётной очередью. И судя по реакции Лакси, она приняла Толика, что не может не радовать.
— З-задушишь! Отпусти!
— Ой! — смутилась Лаксазия и аккуратно поставила недовольного парня на пол, пригладила ему волосы. — Хм, странно. Ты пахнешь смертным, отец. Но ещё и пахнешь Богом. Что ты сотворил на этот раз, переродившись в этом мальчике?
— Так, стоп! — выставил Толик руку вперёд, скривился, как от мигрени, и посмотрел на меня. — Костя, чтоб тебя, объясни ей! У меня башка раскалывается, надо отдышаться, а тут эта… чуть не задушила, блин! Вот же силища!
Драконица моргнула и задумчиво уставилась на парня, а затем перевела задумчивый взгляд на меня. Первые эмоции прошли, всё же долгая служба наложила свой отпечаток, Лахима погиб и давно здесь не был, ну и плюс — Лакси женщина, тем более драконица. Это немаловажный факт.
— Лакси, — обратился я к ней радушно, улыбнувшись. — Понимаю, ты сейчас в некотором замешательстве, но позволь я всё объясню. Только не перебивай, хорошо?
Вот же ж. Ей больше двух с половиной тысяч лет, а приходится общаться, как с юной девушкой. Будто по минному полю идти готовлюсь. Но вот она кивнула и вперила в меня требовательный взгляд.
— Я — Талион, ты узнала меня? — ещё один, медленный кивок с её стороны. — А это Толик, он мой друг и потомок Лахимы. Твой отец… — пришлось пересказать краткую версию, чтобы она лучше понимала всю картину. И под конец она жалостливо вздохнула, в уголках глаз появилась влага, но драконица не пролила слёз. — … как-то так, Лакси. Мы здесь за Мантией Звёзд, она нужна Толику, чтобы…
— Стабилизировать дар, устранить энергетический изъян в третьем, пятом и восьмом медианах ядра, а также использовать её, как катализатор для слияния осколка души моего отца и этого мальчика. Я поняла тебя, Талион, нет смысла объяснять мне такие банальный вещи.
Ну вот, теперь она стала собой. Занудной, щепетильной, но довольно доброй и отзывчивой.
— Ты поможешь нам? — задал я самый важный вопрос.
Лаксазия ответила не сразу. Она крепко задумалась, взглянула на Толика, который до сих пор потирал виски и болезненно кривился.
— Всё не так просто, Талион, — вздохнула она. — Я не имею доступ к сокровищнице, это вотчина брата, а он… ему эти годы дались хуже, чем мне. Мы не общаемся.
И замолчала, всей позой дав понять, что объяснений не будет. Ах, да, забыл сказать — она ещё упёртая!
— То есть, мы зря сюда пришли, что ли⁈ — выдавил из себя Толик, его глаза покраснели от лопнувших капилляров. — В чём проблема⁈ Раз ты признала во мне Лахиму, то и он тоже примет!
— Я же сказала: всё не так просто! Вы чем слушали⁈ — поджала она губы и махнула рукой. Двери портальной залы распахнулись. — Проще показать. Идите за мной.
Мы с Толиком переглянулись и двинулись вслед за драконицей, оказавшись в длинном коридоре. Белый мрамор — классика от Лахимы, весь храм состоял из него. Стены, пол и потолок до сих пор хранили в себе силу Бога, подпитываясь от алтаря на нижних уровнях.
Но вот мы вышли к окнам без стёкол, из которых открывался вид на заснеженные горы, пики которых касались облаков. Не было ощущения разряженного воздуха и давления, мы вообще не почувствовали перепада, но храм находился именно в горах. Очень высоко.
Но не это главное. Я по прошлому посещению храма хорошо помнил, что вон там, чуть дальше, должна быть ещё одна гора. Но сейчас её не было. Вместо неё огромный кратер, занесенный снегом, словно туда упал метеорит!
— Это был первый раз когда Мовран сорвался, — сухо сказала Лакси. — Отец не появился в назначенный час, он выместил злобу на этой горе. Идём дальше.
Я уже догадывался, что нам хочет показать драконица и с какой целью, но даже я не ожидал, того, что увидел чуть позднее. Мы вышли через Зал Зеркал, точнее прошли мимо него, и оказались там, где ранее был Снежный Сад. Лахима гордился своей коллекцией редких растений и деревьев, чего уж тут, только в этом храме росли редчайшие Ледяные Яблоки, которые даже в моей прошлой жизни было не найти.
— Твою мать… — пробормотал Толик, рассматривая открывшуюся картину. — Что здесь произошло?
Вместо сада перед нами предстали всё те же беседки, скамейки и фонтаны со статуями, но земля… она была абсолютно чёрной, ничего не росло. Деревья высохли и скрючились, словно страдали в агонии, трава пожухла и выцвела, а ветер разносил запах разложения.
— Я смогла восстановить сад, но мне не хватило сил излечить землю. Растения отца погибли, его прекрасный сад, где мы с братом играли, когда были ещё маленькими, перестал существовать. Ранее вы видели гнев. Теперь узрели обиду. Желаете продолжать? — в голосе драконицы звучал холод, под стать мёртвому саду, но ещё и затаенная боль. Но ещё я отчётливо услышал в нём отчаяние, которое всеми силами она пыталась не показать.
Я нахмурился и молчал. Всё выходило так, что Мовран всё же слетел с поводка. Лахима исчез, сдерживающего фактора не осталось, а вот обиды на отца ещё как сохранились. Не удивлюсь, если он узнал о смерти Бога Луны, но не рассказал сестре. Что-что, а Лаксазию он любил, она его родня, и тот всегда оберегал её от всего.
А что может
