объясняя, как правильно собирать сонные бобы, чтобы не уснуть на неделю. Но такие походы были пока очень редкими. Отец сильно беспокоился за меня, постоянно повторяя, что магический лес смертельно опасен для того, кто не может защитить себя волшебной палочкой.
Вскоре наши путешествия перестали ограничиваться только лесом. Раз в неделю, а то и чаще, мы отправлялись в маггловский мир. Папа целенаправленно возил меня по всем окрестным городам и деревням, которых вокруг леса Дин оказалось великое множество. Он показывал мне этот мир, в котором я теперь жил. Особенно много было шахтерских поселков — угольные шахты были разбросаны по всей округе, и отец торговал с шахтерами охотнее всего.
Мы продавали излишки своих продуктов: яйца, зелень, овощи и фрукты, а также дары леса — ягоды и грибы в свежем и сушеном виде. Но основной доход приносило ремесло. Отец с помощью магии изготавливал огромное количество разных веревок — от тонкой бечевки из обычной опавшей листвы до прочных канатов из волокон лесных растений. Они пользовались постоянным спросом у нескольких проверенных покупателей. Та же история была с картоном и оберточной бумагой. Роб производил их из всего, что под руку попадется — та же листва, опилки, сено.
Хуже, но продавались и простые бытовые вещи из дерева — дверные и мебельные ручки, кружки, половники и ложки. Отец делал их, не применяя никаких инструментов, просто держа в руках кусок дерева и водя вокруг него палочкой. Я подозревал, что это была какая-то форма трансфигурации.
Через какое-то время я узнал, что длинными зимними вечерами отец примерно тем же способом производит и стеклянные вещи. Как простые — фонари, лампы, даже защитные очки для автомобилистов и пилотов, так и более сложные — фигурные вазы или елочные украшения. Постоянно он плел с помощью магии корзины. Изготавливал из лозы, шпона и соломы шляпы, циновки, короба, вазы, шкатулки. В городские магазины игрушек он сдавал шахматные наборы и резных лошадок разных размеров, а еще обычные кораблики и кораблики в бутылках. Но эти позиции продавались ни шатко не валко. На дворе ведь самый пик великой депрессии. Тем не менее, все эти ручейки вместе создавали вполне приличный по размеру доход.
Для магглов в округе он выполнял роль ветеринара, агронома и народного целителя. И на этой стороне мира занимался лечением животных, растений и изредка самих людей, продавая им лекарственные травы и сборы. Отец для обоих миров изготавливал свечи, продавал саженцы деревьев и кустов. Для обоих миров он производил бочки всех размеров, ведра, тазы, корыта. Делал кресла-качалки, детские кроватки и колыбели для обычных городских мебельных магазинов и зачарованные версии для магазина в косом переулке. Делал рамы для картин и фотографий. Помимо плетеных, собирал и наборные деревянные клетки для птиц и прочей живности. Как простые, тоже для сельских курятников-птичников, так и высокие, резные с узорами для зоомагазинов Кардиффа и Бирмингема. Мастера из обоих миров у него покупали подготовленные заготовки под музыкальные инструменты. Деревянные, костяные, керамические, выточенные магией из камней пуговицы он изготавливал и продавал в промышленных объемах.
В магическом мире дело обстояло еще интереснее. Там он продавал зачарованные деревянные игрушки типа моих зверей из шкатулки и фигурки для магических шахмат. А еще кораблики, способные к самостоятельному плаванию и даже к имитации стрельбы из пушек. Эти волшебные кораблики находились в постоянном движении, причем погода в бутылке зависела от погоды за окном. В дождь в таких бутылках разгорался настоящий шторм, а в солнечные безветренные летние дни и в бутылках стоял штиль. Получались магические метеостанции. Весь секрет таких поделок, помимо волшебных материалов самого корабля, состоял в использовании воды из правильного лесного источника. А еще в добавлении в такую воду секретного минерального состава, тоже собранного в нескольких местах в отдаленных лесных районах.
Видя все эти заработки отца, я понял, что он если не богат, то очень обеспечен, причем в обоих мирах.
— Пап, а мы богатые? — спросил я его однажды напрямую.
Он усмехнулся:
— Скажем так, сынок, мы можем себе позволить не думать о деньгах.
В селах и городах у Роба было полно знакомых женщин, которые явно с ним флиртовали при каждом нашем посещении. Вообще у отца были хорошие отношения со всеми окружающими. А еще я заметил, что он видимо как-то влияет на этих маглов — возможно, легкими заклинаниями. Конфундус? Потому что никто из них не реагировал на мой рост. Или может быть, он придумал какую-то историю про редкую болезнь?
Со временем я окончательно убедился, что отец действительно не брезгует внушениями. Мало того что никто не интересовался моим ростом — вокруг нас творилось множество других несуразностей, на которые тоже никто не обращал внимания. Мы с отцом путешествовали исключительно пешком, но для сокращения пути он во всю пользовался трансгрессией — просто исчезал со мной из одной точки и появлялся в другой, иногда за несколько десятков, если не сотен миль. Папа доставлял крупные, порой очень объемные партии товара без всяких лошадей, телег или автомобилей, просто перенося их в сумках и ящиках с чарами расширения и облегчения. То же самое происходило и с покупками — когда он приобретал туши свиней и коров, они просто исчезали в его дорожном мешке на глазах у продавцов. И никто на это не обращал внимания.
При этом путешествия наши были совершенно свободными и непринужденными. Каждая поездка была поводом пообедать в местном пабе или кафе, а для отца еще и пропустить пару кружек пива, поболтать с множеством знакомых по всей округе. Детям в шахтерских городках он жменями раздавал конфеты, деревянные свистульки и маленькие фигурки животных — обычные, немагические игрушки, но сделанные с таким мастерством, что дети были в восторге. И никто не замечал, что эти конфеты и игрушки появляются у него из воздуха прямо на глазах или что ни один карман в мире не вместит такого их количества. Никто не задавал вопросов. Все воспринимали это как должное, словно так и полагается.
Вообще отец со множеством окрестных жителей был в прекрасных отношениях. Он часто помогал им бесплатно в самых разных ситуациях: подлечивал захворавшую скотину, давал советы по урожаю, а иногда и просто выручал в трудную минуту — то продуктами поделится, то инструмент починит. Люди его любили и уважали, считали своим, надежным человеком. Наверное, поэтому его легкие чары внушения работали так безотказно — магглы и сами были расположены не замечать странностей и принимать на веру любые его объяснения.
За время,
