Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 39
Ленточники медленно подошли к краю платформы и, подсаживая друг-друга, стали карабкаться на неё. Не веря тому, что всё это произошло, Анатолий устало сообщил мавру:
– Ну и псих же Вы, Ваше Величество.
После этого он рубанул мечом по рукам забирающегося на платформу ленточника. Анатолий понял, что ему сегодня очень везло и так не могло продолжаться слишком долго. Осознание скорого конца, как не странно, добавило ему бодрости. И почему-то ему не было страшно в чудной компании обезбашенного мавра и голого диггера.
Король рванул к группе ленточников, взобравшихся на платформу. Ленточники его быстро окружили и убили арбалетным выстрелом в спину. После этого они двинулись к Антончику и Анатолию. Они отошли к углу, образуемому жилищами ленточников, установленными на платформе. Они дрались каждый со своим оружием, но в унисон друг-другу, выстроив перед усталыми ленточниками плотную стену, сотканную из траекторий меча и двух секачей. Сколько длилась эта схватка – Анатолий не помнил. Отчётливо помнит то недоумение, которое испытал, увидев ленточников аккуратно спрыгивающих или сползающих с платформы и удаляющихся по туннелю в сторону Парка Челюскинцев. Ленточники могли их просто расстрелять с арбалетов, или навалиться гурьбой и зарубить мечами. Но не сделали этого: может быть удовлетворились убиением самого агрессивного врага – мавра. А может не пожелали подвергать бесполезному риску своих хозяев.
Они валились с ног. Хотелось спать, но ещё больше есть. Подошли к затухающему кострищу. Заглянули в большой чан. Подавив брезгливость, руками соскребли пригоревшую картошку со дна и набили ею животы. Потом залезли в одну из хижин верхнего яруса и завалились прямо на кучи тряпья, оставшуюся от живших здесь ленточников. За всё время не проронили не слова.
Антончик и Анатолий не стали друзьями – это определение было бы здесь не уместно. Они не считали себя должными друг-другу. Они никогда потом не «поминали былое». После Великого Боя они встречались считанные разы, да и то почти не общались. Они не рассказывали друг про друга кому-то ещё. Просто для двух молодых людей разных культур и разного мировоззрения, прошедших плечом к плечу через горнило смерти длинной в сутки, но не знавших друг о друге ровным счётом ничего, жизненной аксиомой стало абсолютное доверие друг-другу. Доверие, не засорённое не одним словом о доверии, дружбе и преданности. Они прекрасно понимали, что жизненные пути перед ними лежат разные, может быть диаметрально противоположные. Но, если бы случился новый Великий бой, каждый из них принял бы его со спокойствием, только бы оказаться в этом бою рядом друг с другом.
Великий Бой – самое кровопролитное сражение в истории Муоса. В смертельной схватке погибли каждые девять из десяти вступивших в бой землян, а это – почти половина мужского населения Центра, Америки, Партизан, Нейтральной и независимых поселений, принявших участие в бое. Половину выживших остались инвалидами.
Начавшись в гараже, бой продолжался в пригаражных проходах у диггерских заслонов. Самая большая часть отступавших ленточников прорывалась по подземному проезду к гаражу, там где их встретил заслон Гапона. Стоявшие в заслоне диггеры были обречены. Пять сотен ленточников, застряв на время перед заслоном, отчаянно рубились с преградившими им путь диггерами и поджимающими сзади основными силами землян. Именно в этой схватке потерял руку, и почти сразу ногу, Владимир Пруднич. Через пятнадцать минут ленточники прорвались. Они не оставили в живых ни одного диггера, заплатив за это сотнями трупов носителей усеяли проезд.
По мнению землян уйти из гаража удалось около полутысячи ленточников. По заранее разработанному плану, земляне не должны были дать им опомниться и закрепиться на станциях. Ещё неделю более или менее организованные группы преследования, подобные той, которую собрал и возглавил король Мавритании, осуществляли зачистку бывших гнёзд ленточников, а также одиноких групп и поселений в неметрошной части Муоса.
Победа землянами была добыта очень дорогой ценой. Наиболее трудоспособные мужчины пали в бою. Не было даже сил, времени и решимости найти и похоронить героев: тела начали разлагаться, в гараж и пригаражные проходы рвались хищники и падальщики. Поэтому часть трупов, найденных вне гаража, перетащили внутрь и гараж замуровали со всех сторон, превратив его в братскую могилу для погибших в бою землян и ленточников.
Сразу после окончания боевых действий, делегации поселений собрались на Площади Независимости. Была принята Конституция Республики – нового государства, объединившего в себе станции Центра, Партизан, бывшей Америки, Нейтральную и принадлежавшие Америке и Центру неметрошные поселения. Из числа землян только диггеры не захотели войти в Республику, пожелав остаться свободными племенами. Их независимость была безоговорочно закреплена в Конституции: земляне ещё помнили совершенный диггерами подвиг в обходных и задних пригаражных переходах. Ведь из всех вступивших в бой диггеров в живых осталось шестеро, один из них – Антончик.
По Конституции Республики раз в три года станции и разбитые на сектора неметрошные поселения избирали по одному депутату Собрания. Раз в три месяца, а при необходимости и чаще, депутаты сходились на Площадь Независимости, где принимали Законы, избирали Главу Администрации и Главных Администраторов, устанавливали поселениям налоги, принимали важнейшие решения об осуществлении боевых действий, выделении средств и сил на осуществление общих проектов.
Проблем и задач перед молодой Республикой стояло много: заселить и обжить отбитые у ленточников станции Московской линии, а также освободившиеся от вымерших леса и лесников станции Автозоводской линии; хотя бы до военного уровня поднять производство после потери половины мужских рук; добить всех ленточников, которые скрывались в неметрошных переходах.
Конституция отменила рабство и деление на уровни значимости. Как «временная» мера оставлен был возрастной порог для «осуществления почетного долга по выполнению наиболее опасных работ», иначе говоря, для отправки в верхние помещения. За счёт заселения отвоёванных у ленточников станций число живущих в верхних помещениях значительно сократилось.
Не смотря на понесённый в Великом Бою урон, земляне были победителями. Это, а также объединение в единый народ десятилетиями враждовавших кланов и наметившиеся перемены в жизни катализировали небывалый до сих пор в Муосе эмоциональный подъём, пользуясь которым власти Республики в первые послевоенные годы смогли сделать очень многое.
Для того, чтобы встретиться с Антончиком, следователь привёл Веру в Ментопитомник. Два дня, пока ждали прихода его бригады, Вера неприязненно осматривала это поселение диггеров с таким странным названием. Оно располагалось в бомбоубежище одного из факультетов Академии МВД в районе Степянки. По легендам курсанты милицейской академии, в большом количестве спустившиеся под землю в день начала Последней Мировой, сразу же принялись устанавливать законность в подземельях. Благо оружия у них было предостаточно. Они уничтожили несколько банд, поддерживали порядок и приостановили скатывание к дикости населения внеметрошных поселений этой части Муоса. Ко второму году они уже подчинили себе все поселения Автозаводского и Партизанского районов. Но со временем безмерная власть растлила новоиспечённых блюстителей порядка. Управление скатилось к деспотизму, порядок гипертрофировался в беспредел. Одними из первых они вышли из под контроля президентской власти. И уже через пару лет между экс-курсантами произошёл серьёзный раздор. Раздел власти между двумя группами перерос в открытый конфликт, и закончился тотальной перестрелкой прямо в бомбоубежище. Число блюстителей закона после этой войнушки сократилось в разы. Уставшие от милицейского беспредела поселения, воспользовавшись ситуацией, захватили бомбоубежище. Выжившие курсанты милицейского вуза бежали. В память о них осталось одно пренебрежительное название, которое потом стало просто названием без смысла. Ментопитомник переходил из рук в руки, и после поднятого Великой Марго сопротивления стал столичным поселением свободных диггеров.
Ментопитомник – длинное и узкое помещение. До Последней Мировой бомбоубежище использовалось как тир. Даже сейчас на стенах кое-где просматривались облупленные изображения устройства пистолета Макарова и надписей о правилах стрельбы из него. Ментопитомник был стационарным жилищем оседлых диггеров, а также временной стоянкой для диггеров кочевых. Постоянно здесь жили диггеры из числа ремесленников, фермеров, лекарей, а также те, кто ещё (или уже) не мог передвигаться в составе кочевых бригад по малолетству, старости, болезни, а также беременные и кормящие женщины. В посёлке имелись некие подобия лазарета с роддомом и детского сада, где до пятилетнего возраста жили дети уходивших в кочевья диггеров. В примыкающих к бывшему тиру помещениях располагались кузнечная и скобяная мастерские, ферма по выращиванию свиней, которых кормили собранными в переходах лишайниками.
Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 39
