Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 200
— Есть везти в общежитие! — заулыбался Парсыкин. — А мне назад возвращаться?
— Не надо, я все равно здесь до утра пробуду, если что — вон, на лавке прикорну. А ты Лопареву помоги устроиться, покажи, где там и что. А утром доставишь его сюда. Все понятно?
— Так точно!
— Тогда исполняй. Да, зайдите в оружейку, пусть сдаст автомат… — Заметив, как дернулся Нанас, начальник охраны буркнул: — Не навсегда, до завтра. Ты не внутренник, чтобы с оружием по городу шляться.
Когда пошатывающийся от усталости Нанас вышел из теплого помещения на холод, сонливость слегка отступила. Во всяком случае, достаточно для того, чтобы вспомнить о Наде. Парня даже бросило в жар, несмотря на вполне ощутимый морозец: как же он мог так надолго забыть о любимой?!.. А ведь она-то наверняка переживает сейчас о нем, беспокоится… А если еще Надя догадалась обратиться на пост и ей ответили, что его отправили драться с варварами, — вообще сейчас с ума сходит!..
— Костя, — обратился он к Парсыкину, — давай сначала съездим к Наде? Пожалуйста!
У водителя, который как раз открывал дверцу машины, лицо сразу сделалось очень кислым.
— Ну куда мы ночью поедем? Она, поди, уже спит давно…
— Не спит, — принялся уговаривать его юноша, — она меня ждет! Она ведь не знает, что со мной, как… Ну давай съездим легохонько! Очень тебя прошу!
— А, ладно!.. — махнул рукой Костя. — Поехали. Только быстро. Покажешься ей — и назад. Я тоже, между прочим, спать хочу. А до утра не так долго осталось.
— Вот спасибо-то тебе огромное! — заулыбался Нанас.
— Садись, давай, — буркнул водитель. — Или ты от радости пешком побежишь?.. Да, и говори, куда ехать.
— Я ведь уже сказал: к Наде.
— На деревню к девушке?.. — хмыкнул Парсыкин. — Ты точно спишь уже, Колян! Адрес говори.
— Как это?.. — заморгал Нанас.
— Ну, так, ртом. Улица, дом, квартира… или что там — комната, если это общага.
— А я… — испуганно сглотнул парень, — не знаю улицу… и дом… Я думал, ты знаешь…
— Я-то откуда могу это знать?
Нанас почувствовал, как его снова объяло жаром. Ему вдруг на миг показалось, что он потерял Надю навсегда. Впрочем, саам тут же подумал, что город — это не дремучий лес; тут человек просто так потеряться не может. Во всяком случае, мэр Сафонов точно должен знать, где теперь живет Надя, ведь именно он обещал предоставить ей жилье.
— Но ведь кто-то же должен знать, — озвучил он вслух свою надежду. — Сафонов, например…
— Ты предлагаешь поехать разбудить мэра? — фыркнул Костя. — Я даже догадываюсь, какой он тебе на радостях адрес скажет.
— Какой?..
— Трехэтажный. Слушай, брось дурить, поехали спать! Завтра будешь решать свои семейные проблемы. В любом случае твоя Надя сейчас не на улице мерзнет. В отличие от нас, кстати.
Резону в этих словах было куда больше, чем в его совершенно бредовых уже от волнения, усталости и недосыпа мыслях, поэтому Нанас обреченно кивнул и полез в машину.
* * *
Как и куда вез его Костя, Нанас не видел — вырубился сразу же, как только опустился в мягкое кресло автомобиля. И как они вошли в двери какого-то здания — помнил с трудом. Вроде бы в нем было много этажей — больше двух точно, — и в одном из окон нижнего горел свет.
Очнулся он лишь, когда услышал грубый женский голос:
— Э-э!.. А это еще кто с тобой?!..
Нанас проморгался и увидел, что перед ними с Костей стоит, уперши руки в боки и загородив собою проход, высокая грузная женщина в длинной синей юбке, толстой серой кофте и пушистом, тоже сером платке, из-под которого выбивались темные, с густой проседью, пряди.
— Это новенький, — сказал Парсыкин, пытаясь обойти женщину. — Сошин велел коменданту сказать, чтоб его поселили…
— Ночью, что ли? — раскинула та в стороны руки, не оставив Косте ни малейшего шанса. — Пусть утром приходит. Михалыч спит давно.
— Где же он до утра-то будет, Анна Александровна?.. Человек вторую ночь уж не спит, а сейчас только с разведки вернулся, «языка» привел. Герой, можно сказать, а вы… Нажалуюсь ведь Сергею Викторовичу! Он злой сейчас.
Неизвестно, что больше произвело впечатления на женщину — жалость к геройскому парню или страх перед возможной нахлобучкой, но она все-таки опустила руки и проворчала:
— Иди тогда сам Михалыча буди, мне его матюки неохота выслушивать. А этот пусть здесь пока ждет. Герой…
— Я сейчас, — повернулся к Нанасу Костя, — я быстро! Жди меня тут. — И он, протиснувшись между Анной Александровной и стенкой, умчался вдаль по коридору.
Юноша, вздохнув, остался стоять там, где стоял.
— Что, правда «языка» привел? — сменив тон на более добродушный и убрав под платок выбившиеся пряди волос, спросила женщина.
— Правда, — вяло кивнул Нанас.
— Какие они хоть, варвары эти?
— Обычные, — пожал плечами саам, — заросшие только легохонько.
— Легохонько? — усмехнулась Анна Александровна. — У меня свекруха так говорила, царствие ей небесное!.. — Женщина зачем-то потыкала себя собранными в щепоть пальцами в лоб, живот и плечи и сказала чуть дрогнувшим голосом: — Много их там? Справимся?..
— Лично я только одного видел, — признался Нанас. — Ну, еще на экране у Сошина… Но, похоже, их много, да. Только я думаю, мы все равно с ними справимся… — Парень, не в силах побороть одолевающую его сонливость, вдруг широко, с прискуливанием, зевнул, и услышал, как сочувственно вздохнула его собеседница.
— И правда умаялся, сердешный!.. Иди, вон, пока в мою каморку посиди.
Но посидеть Нанасу не удалось. Где-то в конце коридора раздались тяжелые, с непонятным пристуком шаги и послышался голос, басовито бубнящий что-то неразборчивое.
Вскоре в поле зрения появился и тот, кто производил эти звуки. Это был крепко сбитый — почти такой же квадратный, как идущий рядом Парсыкин, — мужчина выше среднего роста и довольно преклонных лет. Во всяком случае, на это явно намекали глубокие морщины, избороздившие его широкое лицо, и абсолютно седые волосы. Непонятный же стук издавала его правая нога — удивительно тонкая ниже колена, словно палка. Приглядевшись, Нанас понял, что это и впрямь круглая деревянная палка с черной нашлепкой на конце. Увиденное поразило его настолько, что он даже забыл про сон.
— Чего уставился? — вывел его из прострации густой зычный бас. — Инвалидов не видел?
— Не видел, — честно признался Нанас. — Я даже не знаю, что такое инвалид. То, что вместо вашей ноги, да? А почему он там?
— Ты идиот или прикидываешься?.. — тяжело засопел одноногий мужчина.
— Прикиды… То есть, идио… то есть я… это… не это самое… — замямлил несчастный парень, не в силах расшевелить свои сонные мозги, чтобы ответить на кажущийся таким легким вопрос.
К счастью, на помощь ему пришел Костя Парсыкин.
— Александр Михайлович, он и правда не знает. Он еще неделю назад в дикар… в первобытном племени жил!
— Погоди, — задвигал бровями одноногий. — Так это его, что ли, сегодня поймали? Это и есть тот самый варвар… ну, который «язык»?..
— Нет, «языка» взял как раз он. Он не варвар, просто он жил в этом самом… как его?..
— В сыйте, — буркнул Нанас, которому такой разговор совсем перестал нравиться. — И я никакой не варвар. И не идиот! — сумел он ответить наконец на предыдущий вопрос. — Вот, у меня и справка есть… — Он полез за пазуху и достал из внутреннего кармана выданную мэром бумагу.
Непонятно хмыкнув, мужчина взял листок, развернул и, почему-то далеко отставив его на вытянутых руках, стал тщательно рассматривать.
— Ага… Николай Лопарев, стало быть… Место рождения — поселок Ловозеро… Погоди-ка, так ты что — лопарь?
— Я саам, — обиженно пробурчал Нанас. — И вообще-то родился не в самом Ловозере, а чуть дальше…
— Погоди… — опустив бумагу, повторил Александр Михайлович и будто погрустнел. — Я ведь тоже родился и вырос в Ловозере. У меня мать саамкой была, русский я только по отцу. Но и этого хватило… После этой катастрофы, едрить ее, там, в Ловозере, прыщ один выскочил, Силантий Ведерников… Главой администрации до этого работал, а тут на тебе — колдуном с какого-то ляду стал!.. И ладно бы так-то, каждый ведь по-своему с ума сходит, лишь бы других не трогал, а он против русских взъелся, стал саамов на бесчинства подбивать… Короче говоря, довелось мне хлебнуть дерьмеца. Ладно, хоть жив остался — сбежал вовремя. Сюда вот добрался, приняли.
— Как, вы говорите, его звали?.. — онемевшими враз губами прошептал Нанас. — Силантий?.. — Он хорошо помнил, что именно так главного его врага называл в подслушанном разговоре старейшина Ародан.
— Ну да, — удивленно посмотрел на парня мужчина. — Он потом себе какое-то дурацкое имя придумал. Солидол, Солидон… как-то так, не помню уже.
Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 200
