Я достал из рюкзака аптечку, нашел в ней пластинку с красными круглыми таблетками, две из них протянул Ане.
— Выпей, легче станет.
Она запила таблетки, почти сразу приободрившись.
— Легче?
— Да, немного.
— Постарайся сегодня больше не использовать свою телепатию, хорошо? Препарат-то наркотический.
— Ты дал предельную дозу?
— Нет. Но лучше тебе глотать его поменьше.
В разговор вмешался Шелест:
— Вы очень мило беседуйте, но давайте продолжим это где-нибудь в другом месте? — он сказал это с саркастическим оттенком, но все же без издевки.
— Ты прав, — согласился я. — Аня, идти сможешь?
— Да, конечно.
— Шелест, бери тыл, я иду первым, Аня — посередине. Уходим отсюда.
Как бы абсурдно это не звучало, но мы не нашли дороги назад. Просто не нашли.
На самом деле дорога была перед нами, но пройти по ней было невозможно — она была сплошь усеяна аномалиями. Сколько мы не кидали болты, гайки, куски щебенки и асфальта, не проверяли детектором, но отойти от главного здания в сторону военных складов мы так и не смогли. Единственный выход шел по направлению к ЧАЭС и городу Припять.
Сквозь стену аномалий мы видели все строения Выжигателя, но мы нигде не видели людей. Кое — где валялись трупы, стоял подбитый БТР с задранным кверху пулеметом, но мы не увидели ни одного живого человека в месте, где еще полчаса назад полыхал бой. Большинство бойцов Монолита и Свободы, защищавших территорию, скорее всего, погибли. Но где в таком случае военные и долговцы? Наткнулись на стену аномалий, решили, что дальше хода нет и отошли восвояси?
— Ну что там? — спросил Шелест, сидя на одном из бетонных блоков, когда я решил еще раз проверить поле аномалий на наличие прохода.
— Дело дрянь — ответил я, пряча в карман детектор «Велес». — Связь так и не появилась?
— Нет.
— Придется идти отсюда в сторону ЧАЭС и найти место для ночевки.
— Если идти отсюда в сторону станции — сказала Аня, сидевшая на другом блоке напротив Шелеста, — то через пару километров будет старая водонапорная башня. Там живет Лесник, у него переночевать можно.
Других вариантов для ночевки все равно не предвиделось, поэтому возражать никто не стал, и мы двинули в путь.
Часы на КПК показывали половину пятого, сумерки начинали окутывать Зону. В ноябре вообще солнце заходит рано, а тут еще и день пасмурный. Хорошо еще снег не идет, как вчера, иначе бы вообще темно стало.
Нам надо было преодолеть два километра по Рыжему лесу. Мало того, что в Зоне прямых путей нет — это каждому новичку известно — и метры порой приходится обходить километрами, сумерки усложняют эту задачу в несколько раз.
В лесу стоял не очень густой туман, окутывающий, однако, все видимое пространство. В такое время суток, да еще и в тумане ходить паршиво — вроде бы и светло, но в то же время и темно. Фонарик включать — только батарейку тратить. В такой обстановке мы и шли втроем по сумеречной Зоне, порой тихо переговариваясь между собой.
В сумерках, да еще и в тумане мертвые деревья цвета ржавчины выглядели черными, на них не было листвы. Голые ветви причудливо торчали вверх, словно руки, тянущиеся к небу в непонятной мольбе. Удручающая картина. Под ногами шуршала редкая, жухлая трава, кое — какие листья. Интересно, откуда они здесь взялись? Деревья-то ведь давным — давно мертвые.
Видно было метров на 10–15 впереди, и захоти сейчас какая-нибудь тварь напасть на нас, элемент внезапности был бы ей гарантирован.
Но, к счастью, никто не нападал. Иногда из тумана слышалось невнятное бормотание зомби, но те не проявляли к нам интереса. Наверное, туман мешал потерявшим рассудок сталкерам увидеть нас.
Через полтора часа такой ходьбы мы наконец вышли к забору, за которым стоял старый строительный вагон. Рядом довольно ярко горел костер, словно приглашая присесть к нему. Возле костра сидели четверо сталкеров, рядом с одним из них лежала гитара.
Чуть дальше виднелась водонапорная башня, в одном из окон горел свет. Это и было жилищем Лесника.
Сидящие у костра повернулись в нашу сторону, помахав нам в знак приветствия. Было уже темно, поэтому я не сразу понял кто это. Позже я сильно удивился, узнав в них знакомых долговцев.
— Здорово, Клен. — Карась поднялся, и пожал руку мне и Шелесту, кивнул Ане. — Как вы тут оказались?
— Так же как и вы, наверное.
— В поле аномалий попали возле главного корпуса — ответил Шелест, переминаясь с ноги на ногу.
— Вы сумели пройти дальше главного корпуса? — спросил я.
— Да, и вели бой с отходившими отрядами. Те что-то тащили в сторону ЧАЭС, какие-то ящики эвакуировали. А потом завели какую-то фиговину, от которой сзади нас замерцал и наэлектризовался воздух. Ну это ты лучше с Профом поговори — Карась мотнул головой в сторону ученого. Тот тоже сидел возле костра, открыв забрало шлема. — Он тебе поподробней расскажет.
— Карась правильно сказал, именно наэлектризовался, — ученый шумно выдохнул — Моя аппаратура зафиксировала энергию, схожую с энергией Выброса! В стони раз меньшую, однако сумевшую породить поле аномалий. Ума не приложу, что могло сотворить такое. — Проф был в явной задумчивости.
— Да вы не стойте, присаживайтесь к костру — пригласил нас Карась.
— Давайте сначала к Леснику сходим — предложила Аня.
— Да, ты права, надо старика проведать. Все-таки в гости зашли, — я поправил рюкзак, и мы втроем пошли к водонапорной башне.
— Возвращайтесь — бросил Карась, снова усаживаясь у костра.
Мы подошли к башне и поднялись на второй этаж. Постучав в дверь с пошарпанной надписью «Диспетчерская», мы услышали голос. «Заходите, коли пришли» — послышался с той стороны голос деда, и мы вошли в комнату.
Она была небольшой, с подсобкой слева. Справа в углу комнаты стояла кровать, пред ней стол, за которым и сидел Лесник. На стене на деревянном щите висела голова химеры — опасного хищника, ставшего трофеем охотника. Сразу под ним висело ружье, из которого, наверное, монстра и подстрелили.
— Здорово, живая душа. С чем пожаловали?
— Здравствуй, Лесник — сказал я за всех, Аня и Шелест кивнули старику. — Мы ночь пришли у костра переждать, пустишь?
— Отчего ж не пустить? Только ты мне голову то не морочь, вижу, что душит тебя что-то, да и у дивчины вон какой взгляд тревожный. Я тут хоть и один сижу, да заходят ко мне часто, в людях разбираться-то умею. Расскажи старику, может, и помогу чем.
Мы переглянулись с Аней. Все-таки Лесник — сторожила Зоны. Кому, как не ему, знать, что такое Похититель Душ?
Аня начала рассказывать. Лесник и правда слышал про него много, даже видел в Рыжем лесу мерцание легендарного артефакта.
— Верно ты говоришь, — сказал Лесник, подвинувшись на кровати из желания сесть поудобней. — Был такой артефакт, помню я. Даже как существо живое, наверное. За ним правительство еще в 2007 настоящую охоту объявило. А Зона тогда еще нехоженая была, опасности непонятные. По ней бродили только редкие одиночки, но даже самые опытные из них редко захаживали дальше Кордона. И тут в эту самую Зону загоняют кучу срочников с автоматами и заставляют искать невесть что. Ох и много тогда полегло военных.
— Ты не заешь, нашли они что-нибудь? — спросил я.
— А ты как думаешь? Хвост псевдособачий они нашли, хе-хе. А Похититель Душ этот тоже кто-то отыскал, да только не военные это сделали.
— А кто? — голубые глаза Ани выразительно смотрели на Лесника, мне казалось, что в определенные моменты они прямо светились синевой. Но старик словно игнорировал взгляд, оставаясь хладнокровным по отношению ко всем.
— Этого я не знаю. Но могу сказать одно — если они попытаются создать еще пару — тройку таких Зон, то энергии, заключенной в шаре, им явно будет недостаточно.
— Им нужно в чем-то ее накапливать!
— Точно. И если такие накопители существуют, то искать их надо под Припятью, в подземных лабораторных комплексах.
— Знать бы еще, как туда пройти… — протянул Шелест.
— Я знаю — ответил ему Лесник и снова повернулся ко мне. — Клен, дай свой КПК.
Я отстегнул наладонник и протянул его Леснику. Тот довольно шустро начал вбивать данные, одновременно рассказывая:
— За Рыжим лесом, севернее моста на Лиманск, в одном из холмов прорыт тоннель, неказистый такой с виду. Раньше там еще бандиты обитали. Этот тоннель имеет длинное продолжение, по нему до ближайших лабораторных комплексов километров 10–12. Установки, которые вам необходимы, находятся только в одном из них — в центральном. Вот, держи, я тебе все отметил. Там кодовые двери будут, но цифры я тебе вбил, так что справитесь.
— Откуда ты все это знаешь?
— Я всю жизнь на этом месте живу. Было дело, как говориться, хе — хе.
