еще больше.
6. Не привлекает ли вас мысль написать для «Этногенеза» еще какую-нибудь серию? Или вы видите себя исключительно автором «Маруси»?
Не хочется ничего загадывать. Могу сказать только одно — мне интересней живые люди, пусть даже и вымышленные. Интересно подкидывать этим героям самые необычные ситуации. Скажем так, для меня есть два вида фантастической литературы. Та, где фантастика-фантастика, и та, где узнаваемые и понятные персонажи сталкиваются с чем-то невероятным. Они не разговаривают сложными предложениями, у них нет энциклопедических знаний, у них есть страхи и пороки, они могут испугаться, могут некрасиво поступить, могут казаться глупыми — но в них очень легко узнать себя или своих близких знакомых. Читая фантастические истории, которые происходят именно с такими людьми, очень просто представить себя на их месте. «А что если вдруг со мной случится такая история?», «А что, если бы я нашел такой предмет?» и так далее. Конечно, для этого надо обладать самоиронией и не считать себя самым умным, самым смелым и самым правильным.
Я не говорю, что серьезные люди, которые любят серьезные книги чем-то хуже — нет. Они просто другие. Я пишу то, что понравилось бы лично мне. В некотором смысле, Маруся — это я. Мы с ней «легкомысленные дурочки» и давно смирились с тем, что некоторые могут нас не любить (хотя до сих пор искренне удивляемся этому факту!).
7. Многих читателей (и читательниц) интересует дальнейшая судьба Алисы Сафиной. Почему вы уделили этому яркому персонажу так мало внимания? И не собираетесь ли рассказать ее историю в других книгах?
В этой книге мне хотелось сконцентрироваться на Марусе. Происходят очень важные для нее вещи — новое осознание и понимание матери, отца, друзей, добра, зла, мира, в конце концов. «Легкомысленная дурочка» взрослеет на наших глазах. Мне очень хотелось передать это ощущение. Без лишнего пафоса, без миллион раз отыгранных во всех книгах и кинофильмах сцен героизма. Смотрите, у нее практически так ничего и не получается. Она сталкивается с ситуацией, где ничего не может сделать. Все рушится, погибают (как она думает) близкие и любимые люди, происходит что-то страшное, а она не может их спасти. Она даже не знает, кого пытаться спасти первым?
Но, кажется, я отвлеклась, и вопрос был про Алису! Алису я очень люблю и с удовольствием вернулась бы к ней. Кроме того, уже сейчас существуют наброски ее истории.
8. Вероятно, немало читателей разозлится на вас за то, что в конце книги Маруся умирает. Не жалко ли было убивать полюбившегося всем персонажа? И есть ли шанс, что Маруся еще вернется во вселенную «Этногенеза»?
Маруся не погибает. Она впадает в кому из-за передозировки элементов. В книге объясняется, что после инъекции, человек становится здоровее, сильнее, выносливей и у некоторых даже открываются новые способности. Но есть один побочный эффект — при окончании действия элементов, человек словно бы отключается до следующего введения препарата.
В книге мы сталкиваемся с такими людьми даже за пределами базы арков. Это старик в трамвае или партнер Гумилева по бизнесу — помните, они удивляются, что он внезапно отключился в спортзале, хотя был здоров, как бык.
Так вот с Марусей произошла та же история, только она ввела себе очень большую дозу. Она смогла совершить невероятное, но, потратила на это так много сил, что практически сразу же отключилась и впала в кому. Сможет ли она выйти из этого состояния и вернуться в проект — вопрос, не требующий ответа. Как говорит сама Маруся, «я безнадежно бессмертная».
9. Думаю, многие ждали от третьей книги про Марусю любовной линии. Но ее здесь нет. Это было сделано сознательно или просто так получилось?
Сразу видно, что этот вопрос задавал мужчина. Не хотелось перебарщивать и скатываться в сплошные эмоции. На мой взгляд, тут всего достаточно. Главная тема любви здесь раскрывается, как ни странно, не к мальчишкам, а к родителям. Мне показалось это важным.
10. Как бы вы определили для себя главную тему книги?
Что такое хорошо и что такое плохо.
Полина Волошина
Новелла по мотивам серии «Маруся»
Месть
Не спалось. В номере было слишком холодно, и никакой климат-контроль не помогал. Возможно, он был сломан или неправильно настроен, но повышать температуру выше заданных 16 градусов категорически отказывался. А может быть у них тут так положено? Может быть, японцы считают, что температура выше 16 градусов вредит здоровью, или именно в таких условиях им лучше засыпается, кто ж знает. Странные они, эти японцы… Маруся вынула руку из-под одеяла, дотянулась до спинки кресла и стащила с него тонкий шерстяной свитер. Быстро влезла, оставив, словно капюшон на голове длинный ворот. Даже уши замерзли, что ж такое?
Можно было позвонить администрации, вызвать горничную, пожаловаться, в конце концов… Но тогда придется вставать, приводить себя в порядок. Не появляться же в таком виде перед незнакомыми людьми. Нет, на это у нее точно не было сил.
Яркие лазерные лучи прорезали ночное небо и упирались в облака. На этой высоте казалось, что облака совсем рядом. Казалось, что если распахнуть окно и отойти, задумчивое токийское облако осторожно подползет к краю, вежливо заглянет внутрь номера и, поклонившись… да, обязательно поклонившись, медленно вползет внутрь. Konichiwa!
Маруся поежилась и пошевелила пальцами ног — они совсем онемели. Если так пойдет дальше, то к утру Хитоми обнаружит в номере окоченевший труп. И то, если приедет, а если нет? Нужно было немедленно согреться!
Так-то лучше. Маруся лежала в ванной, наполненной горячей водой и чувствовала, как постепенно оттаивает. Она представила, как каждая клеточка ее тела, забирает тепло и тут же передает его другой клеточке, как эстафетный огонь, та передает следующей и так далее, пока они не распределяют тепло по всему телу, оживают, веселятся… веселятся? Клеточки? Богатое воображение рисовало симпатичную рожицу похожую на приплюснутый шар, рожица улыбалась и прыгала на тонких ножках, растущих прямо из головы. Это все японцы! За пару дней в Токио ты привыкаешь, что у всего одушевленного и неодушевленного есть глаза, рот и ножки… и не только ножки. Маруся резко открыла глаза и поняла, что нечаянно задремала. Тело расслабилось до такой степени, что она перестала его чувствовать. Только шею и голову, лежащую на мягкой силиконовой подушке. Захотелось перевернуться на бок и продолжить сон, но лучше, все-таки, это сделать в кровати.
Маруся встала, набросила на плечи мягкий халат и осторожно выбралась на коврик. Спать-спать-спать… Быстрее уснуть, пока внутри так тепло и
