До полуночи, Пересвет учил их применять силу. Требовалось всё средоточие и внимание. Один раз, отвлёкшись на пролетевшего низко филина, Александр сильно травмировал щиколотку, придавив её камнем. Благодаря Мельхиор всё обошлось – она приложила к распухшей ноге руки, и через несколько минут Горин уже стоял на ногах.
За полночь всплеснуло озеро, и на берег вышел Триян. Подойдя к костру, он протянул руки ладонями к огню и замер. С накидки пошёл пар, и спустя пару минут, он стоял совершенно сухой, лукаво улыбаясь командорам.
– Тебя не было четыре часа, – Матвей глянул на наручные часы. – Как там, на том берегу?
– Не знаю, – продолжал улыбаться волхв. – Я там не был.
И совершенно спокойно выложив на освещённую костром землю камни и ракушки, стал спокойно их перебирать.
– Успокойтесь, – усмехнулся Велеслав. – Под водой можно быть минуту-две, а можно и жить. Помните сказку великого Пушкина:
Где-то вздуется бурливо
Окиян, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснётся в шумном беге,
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.
– Александр тогда знал, о чём писал, – сказал Пересвет и улыбнулся. – Черномором это он Трияна назвал.
– Да, было дело! – молодцевато приосанился Триян.
– Подводный спецназ, – мечтательно протянул Матвей.
– Я уже ничему не удивляюсь, – отрешённо проворчал Чагатай.
– И правильно, – повернулся к нему Триян. – До рассвета я научу вас находиться под водой сколько угодно.
На рассвете следующего дня Котов, облачённый в старьё, тянул в сопровождении двух таких же оборванцев самодельную тележку к ближайшему блокпосту. Без оружия. Хотя сам Матвей был опаснейшим оружием, да и его сопровождающие были рукопашниками высочайшего класса. В тележке лежало около сорока килограммов свежевыловленной рыбы, прикрытой двумя мешками грибов. Вооружённый боец внимательно досмотрел их и пропустил за шлагбаум. Двое других в это время держали их под прицелом автоматов. Пулемётчики с двух сторон дороги внимательно оглядывали видимую часть улицы. Из БТРа доносился негромкий разговор.
– Да, с дисциплиной тут порядок, – пробормотал сопровождавший Котова боец.
– А как иначе? – усмехнулся Матвей. – Любая оплошность здесь реально несёт за собой смерть. Вот такая простая мотивация.
– А дальше нам куда? – озадаченно спросил второй сопровождающий, проходя блокпост.
– Тихо, – прошипел Котов. – Не хочу, чтобы они догадались, что мы пришли впервые. Задолбят проверками.
– А куда рыбу девать?
– Разберёмся, – Котов уверенно толкал тележку по улице.
Они шли по улицам в сторону центра, внимательно глядя по сторонам. Людей встречалось немного, но те, кто попадался навстречу, удивляли. Добротно одетые, все куда-то целеустремлённо торопились. Котов отметил, что жители города чувствовали себя уверенно и в безопасности. Несколько раз проходили вооружённые патрули. Один раз их досмотрели, отпустив дальше. Окна домов, мертвенно пустые по окраинам, здесь радовали чистотой и занавесками. Срезая путь, пошли дворами и увидели работающий детский сад. Малыши копошились на игровой площадке под бдительным присмотром воспитательниц. На молодых женщин поглядывали охранявшие периметр автоматчики.
– Во как! – восхитился боец, которому Матвей передал тачку. – Жизнь налажена основательно.
– Это и вдохновляет, – подтвердил Котов.
Вышли к Пассажу, и бойцы порадовались смекалке Котова. Торговый центр оказался единой торгово-обменной площадкой Москвы. Здесь бродяги меняли свой товар, приобретая у жителей города самое необходимое. По рядам ходил седой администратор, следя за порядком и разрешая споры. Три десятка бойцов охраняли порядок на торговых площадях. Котов грустно улыбнулся, вспоминая былое величие торгового центра, роскошь его магазинов. Сейчас это напоминало средневековый базар.
Недолго торговавшись, они обменяли рыбу и грибы, получив взамен одежду и большие ножи из хорошей стали. Немного побродив по рядам, они вышли на Красную площадь и направились к давно пустовавшему мавзолею. Кремль почти не пострадал от стихий, прочно попирая землю древними стенами.
Горин и Чагатай материализовались, когда Матвей со спутниками проходили кремлёвскую стену. Оба, согласно плану, были укутаны в белые просторные плащи с накинутыми капюшонами. Почти монашеский вид портили солнцезащитные очки и кроссовки. Но эта дисгармония была изначально предусмотрена.
Встретившись, они вместе подошли к арке Спасской башни. На входе стоял подтянутый майор, за спиной которого расположился десяток автоматчиков. Горин и император шли впереди, медленно приближаясь ко входу. Котов с бойцами смиренно их сопровождали.
– Стоять! – незлобно рыкнул коренастый усатый майор, когда расстояние сократилось до пятнадцати метров. Безоружность и вид подошедших развеяли у него чувство опасности. – Кто такие? Чего надо? Сюда проход запрещён.
– Нам нужна встреча с главнокомандующим, – тихо, но твёрдо произнёс Чагатай, игнорируя вопросы вояки.
– Да пошли вы … – майор смачно сплюнул под ноги. – В зону Кремля доступ закрыт. С главнокомандующим встреча невозможна. – И добавил: – Особенно таким бродягам, как вы.
– Нам необходима встреча, – так же тихо, но настойчиво произнёс Чагатай.
– Майор, доложи о нас, – подтвердил Горин.
Военный расстегнул кобуру и сделал шаг вперёд. Тут же вскинули автоматы солдаты за его спиной. Горин и Чагатай сделали по шагу в разные стороны, и между ними тенями проскользнул Котов с бойцами. Двигались они так мягко и быстро, что их очертания размазались. Икнув, майор отлетел вглубь арки, сбив двух автоматчиков. Пока дальние бойцы передёрнули затворы и подняли стволы, пытаясь найти цель, ближние уже лежали, и у них самих оружие вырвали из рук. Котов с бойцами остановились, внимательно оглядывая поверженных. Солдаты медленно приходили в себя. Особых повреждений у них не было, но шок от произошедшего не прошёл.
– А теперь я повторяю, доложи о прибытии императора Монголии и договорись об аудиенции, – Горин грозно склонился над майором.
Тот сконфуженно поднялся на ноги, отцепил от пояса рацию и связался с начальником охраны. Через минуту раздался топот ботинок и два десятка автоматчиков ворвались в арку. Остановились, как вкопанные, увидев поверженную охрану и пятёрку невооружённых людей. Вперёд вышел поджарый полковник, к нему навстречу шагнул Горин.
– Здравствуйте, полковник, – голосом, каким учили говорить волхвы, начал он. – Мы безоружны и не представляем для вас никакой угрозы. Мой спутник, император Чагатай, прибыл для встречи с вашим главнокомандующим. Прошу Вас вести себя спокойно и организовать встречу в ближайшее время.
Полковник коротко встряхнул головой, сбрасывая лёгкое оцепенение, и, сделав знак бойцам, после чего они навели стволы на противника, коротко сказал: «Следуйте за мной шаг в шаг. Одно неверное движение и по вам будут работать снайперы». Резко повернувшись, он быстро пошёл во двор Кремля. Горину и спутникам пришлось поторопиться, чтобы не отстать от полковника. Они шли через двор в окружении автоматчиков.
В огромном кабинете их встречал Президент и верховный главнокомандующий России. Обстановка хорошо сохранилась и поражала роскошью и великолепием. Телохранители тенями перемещались, одетые в чёрные комбинезоны. Всё было, как прежде. Изменился лишь сам Президент. Совершенно седые волосы и изрезанное резкими морщинами лицо да уставшие глаза отличали его от бывшего моложавого и подтянутого сорокавосьмилетнего Президента, всегда стремительного и бодрого, с уверенной улыбкой на губах. Хотя и сейчас он стоял подтянутый, решительно вздёрнув подбородок.
Из всей делегации к нему допустили только Горина и Чагатая. Котов с бойцами остался под охраной в коридоре.
– Я Вас знаю, – Президент пригласил гостей к небольшому столику, окружённому тремя глубокими креслами, и заинтересованно смотрел на Чагатая. – Простите, не помню Вашего имени, но Вы были в свите Президента Монголии на заседании ООН по климатическим изменениям.
– Чагатай. Ныне император Монголии, – представился монгол. – Да, Сергей Михайлович. Мы с Вами дискутировали по вопросу принципов выживания в условиях глобальных климатических катастроф.
– Горин Александр, – скромно представился Горин, когда Президент перевёл взгляд на него.
– Император земель от Сахалина и вот, до Москвы, – серьёзно добавил Чагатай.
– Земли находятся в совместном управлении с императором Монголии, – поправил Горин. – И императором меня никто не назначал.
– Зато ты им фактически являешься, – Чагатай мысленно попросил друга не спорить и Горин промолчал.
