Олег Евсюнин - Экспериментальный полет

— Есть вероятность, что после выброса его из звездолета, он прошел через тот же переход, что и сам «Ассоциативный», его точно так же отбросило на некоторое время назад, далее, пройдя еще через несколько дыр он вынырнул прямо на пути пассажирского Ганимед-Земля. Но такая вероятность исчезающе мала. Это даже не один на миллиард или триллион. Так что мы считаем, что это своего рода предупреждение, от тригорианцев. Они не желают повторно видеть нас у себя в системах Гелиос. Ну а мы… Лично я тоже не желаю встречи с ними.

— И тогда что?

— Тригорианцы как ни странно, завидуют нам. Потому что они — исчезающая нация, вид… Добившись всего, что только могли пожелать, они уперлись в стену, остановились в своем развитии. Обеспечив себе длинный, по нашим меркам практически бесконечный, срок жизни большинство из них забыло о потомстве, потому что оно стало им не нужно, и теперь они вымирают. Сейчас их не более десяти тысяч. Конечно, с таким возрастным цензом они протянут еще достаточно долго, и, возможно, даже переживут нас, но это будет растительное существование просто ради самого существования. Так что нам с ними не по пути. Зато нам удалось отследить траекторию, вернее ее исходную точку, того самого шара, с которым вам, вашим клонам пришлось столкнуться в самом начале своего полета. Будем искать. И ваша команда для этого самая подходящая. Звездолет уже находится на финишной стадии постройки.

— Только не разрешайте воякам давать ему имя, — тускло улыбнулся Альберт. — «Ассоциативный» — это же так по-солдафонски.

— Обещаю, выбор названия останется лично за вами. Все.

— И все-таки вы гады, — успел вставить свое Парнишкин.

— Согласен.

Брылеев коротко кивнул и вышел из комнаты. Собрание членов команды было закончено. Виктор Карлович прислонился спиной к косяку двери, тяжело выдохнул. Ему предлагали помощь, но на этот разговор он пошел один. В память о своем друге Кольке и его отце дяде Николае.

Рязань

Декабрь 2014 — сентябрь 2015