Ярослав Питерский - Ленин жЫв

– Батенька… не надейтесь, когда Вы пр-р-роснетесь, всё будет по-прежнему… в нашей стр-р-ране, мать её… по-другому быть пр-р-росто не может… это говорю Вам я… Они так и будут ждать до бесконечности мудрого, справедливого и доброго царя! Царя в головах их не хватает! Вот в чём беда!

Кирилл зажмурился и завыл, как волк. Он выл долго, долго, пока не почувствовал, что вокруг лишь одна пустота… Колющая глаз безбрежная темнота с пропастью неизведанного впереди, страх и ничего более вокруг… темнота, пустота и страх…

И вдруг перед ним возникло лицо той старухи из парка… той старухи с клюкой…

– Бенталь – дело не шуточное! Только вот не пей сразу большую дозу, не пей. Вот тебе к бальзаму листья Сакуры. Это особая Сакура, особая! – прокаркала старая карга.

И вновь пустота и темнота…

Возможно, он уже умер… но быть уверенным в этом не позволяет последняя надежда, да и кто может сказать, что там, за чертой, называемой границей жизни и смерти. Что значит этот рубеж? Так или иначе, но ему показалось, что ОН первый, кто попал в середину этой границы, словно на контрольно-следовую полосу, причём идёт он по ней и вдоль неё, не пересекая… ОН тот Колумб в измерениях человеческого сознания, ступавший наугад по мягким облакам границы жизни и смерти… Это была страна… сказочная страна… сознания. Где больше хотелось смерти, чем жизни…

«Interim» – между тем, Временное решение, или соглашение (лат.).

Bental – глубина (лат.).