никого не нашла, успокоилась и вернулась во флигель.
Заперев за собой дверь, она некоторое время стояла, прислонившись к ней спиной и успокаивая колотящееся сердце. Тимофей спал, раскинув тоненькие руки, и Аглая проверила углы, стараясь его не разбудить. Ничего не обнаружив, она все же сложила продукты в холодильник, напомнив себе расспросить Ирину о грызунах. Затем прилегла рядом с сыном и закрыла глаза.
Ее моментально сморило, будто накрыло с головой пуховым одеялом. Перед глазами замелькали призрачные образы, в которых Аглая узнавала то Бориса, то Ирину, то молодого военного, уступившего ей свое место в поезде. Она заворочалась, уткнулась в теплое плечико, вдохнула детский запах и наконец затихла.
Неизвестно, сколько прошло времени. Очнулась она от странного ощущения, словно рядом с ней кто-то стоит, и от этого осознания ее прошибло ужасом от макушки до пальцев ног.
Аглая медленно открыла глаза. Тимофей тихо посапывал, ее рука лежала поперек его живота. Сознание возвращалось с трудом, веки налились тяжестью. Аглая стиснула зубы и прислушалась к царившей вокруг нее тишине, но странное ощущение чужого присутствия не исчезало. Она медленно втянула носом воздух и заставила себя повернуть голову...
Глава 7
Двинская тайга, 1957г.
В молельной избе было жарко и душно. Толстые бледные свечи горели неярко, шипя и чадя вонючим дымком. От стены до стены толпились люди. Прасковья жалась к тетке Гале и постоянно зевала от нехватки свежего воздуха. Ей хотелось к матери, но та лежала в беспамятстве уже несколько дней, и Прасковья жила в избе вместе с другими женщинами.
Раскрылась дверь, люди расступились, образовывая проход. Галина с Прасковьей оказались в плотном кольце чужих тел. Теткины руки обхватили девочку за плечи и притянули ближе. Раздались первые шепотки, которые быстро переросли в монотонный гул:
— Батюшка... батюшка... благослови... милосердствуй!
Прасковья привстала на цыпочки, чтобы хоть что-нибудь разглядеть, но ростом она была мала, да и силенок удержаться не хватало. В животе заурчало, она сглотнула вязкую слюну и тяжело вздохнула. На службу следовало идти натощак, чтобы заслужить благословение. Это раньше ее кормили сразу с утра, а теперь она выросла и наравне со взрослыми должна вкушать пищу только после молебна. Прасковье исполнилось семь, как и белобрысому Лешке, который появился в их общине прошлой осенью. Однажды Прасковья увидела его, когда тащила огромный кабачок с огорода, и остановилась, разглядывая новенького, который растерянно озирался возле поленницы. Но тут появился дядька Федор — подручный отца Дементия.
— Иди, Прасковея, нечего зенки попусту лупить! — пробасил он и погрозил ей пальцем с толстым желтоватым ногтем.
Прасковья подхватилась и попыхтела дальше, испуганно вжимая голову в плечи. Не гоже девке лупиться на парня, чашу грехов своих полнить, так учила ее тетка Галина. Но потом, когда вся община собирала на поле картошку, Прасковья снова увидела мальчика.
— Тебя как звать? — перебравшись через несколько межей, присела она рядом с ним и стала складывать мелкие грязные клубни в плетеную из ивняка лохань.
— Леха, — пробурчал он.
— А ты чей?
Он поднял голову и в упор посмотрел на нее, хмуря белесые брови.
— Ничей!
— Так не бывает!
— Бывает, — сквозь зубы процедил он. — Отстань.
Прасковья оглянулась по сторонам, а затем хитро прищурилась:
— А я знаю, кто на болоте живет! Шишимора! Она такая маленькая, и у нее…
— Параскева! — гаркнул голос над ее ухом. — Ах, ты ж окаянная! Кличу ее, она не отзывается! Трется уже рядом с парнем, ты гляди-ка! Все отцу Дементию скажу, так и знай! Как же отмолить-то тебя, несчастную, коли ты уже испорчена! — пока тащила прочь, отчитывала ее тетка Галя. — Вся в мать, прости господи, вся в мать!
Прасковья бычилась, но семенила рядом. Так ведь и тумаков огрести можно было ни за что, ни про что. У тетки рука крепкая, задница потом огнем горит.
Галина затащила Прасковью в избу и велела:
— Поклоны бей да моли слезно, пока не вернусь! На вечерней службе отцу Дементию покаешься! Горе ты мое…
Хлопнула дверь. Поправив сбившийся платочек, Прасковья привычно встала на коленки напротив почти черной иконы. Прошептав молитву, опустила голову, но вместо того, чтобы ткнуться лбом о выскобленный пол, замерла, разглядывая маленького паучка. Он перебирал лапками, метался из стороны в сторону, испугавшись ее тени, и Прасковья выставила перед ним палец в надежде, что он на него взберется.
— Где шишимора живет, знаешь? — спросила она. — Не знаешь? А я знаю…
— Чад своих наперед выставьте, — разнесся по избе голос Дементия.
Прасковью вытянули из толпы, словно по воздуху, и оказалась она перед отцом Дементием вместе с другими подростками. Было их немного, всего пятеро. Галина с другими женщинами говорила, а Прасковья подслушивала, что бог их наказывает, призывая младенцев, потому как родители — грешники и никак не отмолят себе прощение. Что отец Дементий за них тяжелую ношу тащит, расчищает им путь, и следовать за ним надо, во что бы то ни стало.
Уважают отца Дементия, слушаются его, а Прасковье он совсем не нравится. Борода у него длинная, хоть и не старик вовсе, лицо гладкое, а глаза — темные, колючие, пробирающие до самых костей, от его взгляда спрятаться хочется.
Живет Дементий в избе на пригорке, а остальные ниже. Вокруг лес да топь, а у них здесь рай земной во спасение. Так люди говорят. Только какой же это рай, когда все разговоры только о тьме вселенской? И нет радости, все пустое, грех!
А радость есть! На днях корова отелилась — теленочек смешной, на ножках еле держится, к матери прислонится и стоит, дрожит, лупит огромными блестящими глазками под длиннющими ресницами. И молоком пахнет...
К избе, в которой теперь Прасковья с другими женщинами живет, другая изба пристроена — в ней коровы, козы да куры. А еще сенник есть — в него все лето сухое сено сгребают. Если подняться по деревянной, грубо сколоченной лестнице, да посмотреть вниз, кажется, что перед тобой настоящее грозовое облако. И пахнет оно так, что голова кружится! Лежать бы и лежать на нем, выискивая в сухой траве синие махровые головки васильков.
Стены в загоне крепкие, чтобы лесной зверь не пробрался. Прасковья помогает Галине кормить и чистить стойла, смотрит, как тетка доит, и переживает, что теленочку молока не хватит.
Бычок в отдельном стойле имеется, за ним особый пригляд нужен. Знает
