Ознакомительная версия. Доступно 4 страниц из 23
У нашего гостя на бедре неуклюже болтыхался нож. Насколько я могу судить и насколько позволяет слабенькое освещение, оружие у него было не простое – самодельное, но с ножнами, как полагается, поэтому мне была видна лишь довольно короткая для такого, судя по чехлу, ножа, рукоять. Она была из черной резины с какими-то символами, понятные только членам этой секты.
Именно такой персонаж заглянул сейчас к нам в камеру. Сделав пару шагов ко мне, я все еще лежал на полу, он остановился и окинул нас взглядом. Ну, наверное окинул. Ведь из-за маски лица-то не видно. Забыл отметить, что с собой он еще принес какую-то сумку – разглядеть подетальнее в полумраке, тем более глаза еще не совсем привыкли к свету, было практически не реально. Да я и не горел особо желанием. Меня, как заключенного, больше интересовал вопрос: зачем он пришел? Неужто уже казнь?
Молчание и бездействие пришлого длилось отнюдь не долго. Секунд десять, а то и меньше, после чего он попросту разжал кисть руки и сумка, издав негромкий хлопок, плюхнулась на землю.
Сектант резко развернулся и, выйдя из камеры, закрыл дверь на замок. Раздались щелчки механизма и топот удаляющихся ног.
Между собой не говорили еще долго и к сумке притрагиваться не хотели вовсе. И кто знает, сколько бы это все продлилось, если не снова прозвучавший вопрос от барышни, которую я до сих пор не видел:
– Как думаете, что там?
Вопрос был риторический, поэтому я просто ответил, что не знаю.
– Так может, проверим? Вдруг там что-то важное или полезное.
– Ага, – насмешливо ответил я, – ключи оставил. Добрый Абориген!
Сарказм был так себе, конечно, но девушка хихикнула. Это хорошо, что она не падает духом. Скорее всего, барышня испуганна лишь тем, что ее держат взаперти, она даже и не догадывается, что они делают с теми, кого поймали. Хотя, девушка же знает кто они… Возможно ей и известны их методы борьбы с, так казать, неверующими.
– Хорошо, – сдался я, – проверю сумку, но вы будете отвечать на мои вопросы. Договорились?
После некоторого молчания девушка ответила:
– Я попробую. Надеюсь это не личное?
Она пыталась поднять дух и это мне нравилось. С таким настроем можно и спастись…
Я встал на четвереньки и пополз туда, где еще недавно стоял сектант. Нащупал сумку, затем молнию. Открыл. Нечего подозрительного. Ни запаха, ничего не выпрыгнуло. Странно. Что же там?
– Так что с вами случилось? – Спросил я дабы не чувствовать себя одиноким.
– Я не помню…
– То есть как? – Я гипнотизировал то место, где предположительно лежала сумка, никак не решаясь залезть туда рукой.
– Ну, вот так. Помню, только как шла по Темному лесу, потом все закружилось, завертелось, почувствовала боль, потеряла сознание. Очнулась уже здесь. Тут вы. Все.
Я не особо ее слушал – концентрировал внимание на сумке и прикидывал, что там могло быть. Но через несколько минут я уже плюнул на все и, задержав дыхание, опустил руку внутрь. Ничего не произошло. Лишь только моя правая конечность нащупала какую-то пластиковую чашку. Даже не одну, несколько. Теперь, предо мной стояла новая задача – узнать, что внутри. Тем временем девушка прекратила вещать свою историю и вновь задала вопрос:
– Что там?
Нащупав в полной темноте крышку на чашке, я резким движением сорвал ее и принюхался.
– Ну что же там? Не томите! – Девушка все не унималась.
Я про себя счастливо улыбнулся и ответил:
– Еда!
* * *
Наше заключение длилось довольно долго. От этого я даже потерял счет времени. Еще бы! Постоянно находиться в темноте. Так и свихнуться недолго, не то, что во времени потеряться. Сектант с сумкой проведывал нас регулярно, оставляя в камере еду на двоих. Жаловаться на пищу не буду. В сравнении с тюремной баландой эти, скажем так, угощения были просто восхитительны. Но одного я все же никак не мог понять: зачем? Зачем они кормят нас? Нельзя что ли просто взять и убить? Принести в жертву или что они там делают? Хотя, если вдуматься, то прежде чем принести жертву Богам, узников сперва откармливали, давали привести в божеский вид и уже тогда…. Ладно, хватит об этом.
Все шло своим чередом. Мы ели, спали, ходили в туалет, но прежде чем покинуть камеру нам завязывали глаза, в общем – не жизнь, а сказка. И в один прекрасный момент все изменилось.
Раздался хорошо знакомый мне скрип открывающейся двери, и я подумал, будто господа из секты вновь принесли нам знатный ужин. Как бы ни так…
Вошедший ни слова не говоря подошел ко мне и, грубо схватив за руку, рывком поднял с пола. Теперь мы стояли лицом, точнее лицом и маской, друг к другу и я начал питать психологическое воздействие. Сектант дал мне черную повязку, и я завязал глаза. Насколько понял, та же процедура происходила и с девушкой, чье лицо до сих пор не видел, только вынос сопровождался нецензурными криками и явным сопротивлением. Но у бойца были стальные нервы – за все это время он не проворонил ни слова.
Дальше что-либо описывать лишено смысла. Предо мной была сплошная темнота. Выйдя из камеры меня кто-то жестко схватил за плечо и, как бы толкая, вел меня вперед, силой давая понять, где следует повернуть или остановиться.
Я постоянно спотыкался, под ногами на каждом шагу что-то валялось, но сектанта это не раздражало и мне даже на миг подумалось: а вдруг он реально вовсе не человек? Что? Такие случаи известны на стороне Периметра и неоднократно.… Разве можно иметь такую выдержку? Обычные бандиты уже давно бы стали пантоваться, размахивать стволами, угрожать и все такое. А эти нет… Кто они, черт подери?
Идти пришлось не очень долго. За все время пешего шага мы повернули раза три то вправо, то влево. Несколько раз открывались двери и мы снова шли и шли. Большая база…
Рука на моем плече резко сжалась, приказывая мне остановиться. Я повиновался. Снова раздался скрип открывающейся двери, но сейчас вдобавок к ним добавились звуки передергивания затворной рамы автомата.… Уже казнь?
В лицо подул свежий ветер. Ого, значит мы уже почти снаружи. Как же я давно не дышал чистым воздухом. На время, забыв о казни, я полной грудью вдыхал кислород и неукротимо радовался этому выпавшему шансу. К сожалению, длилось это не долго. Могучая рука толкнула меня в плечо, и я пошел вперед, повинуясь силе.
Теперь мы шли, как я понял, по лесу. Под ногами шелестела опавшая листва, гадкие вороны, сидя на ветках что-то каркали, глядя на узников, мелкий дождь начал свою барабанную дробь по моей голове и меня вдруг посетило удрученное состояние скорой кончины.
В этот раз шли долго. Около получаса. Ноги гудели, во рту пересохло, и я уже попросту не мог передвигаться.
Ознакомительная версия. Доступно 4 страниц из 23
