Как ни странно, мобильный Кирсанова оказался включён, и через несколько гудков тот соизволил ответить.
— Ах, это ты, жадная крыса! — обрадовался Гелеонт, едва услышав голос Бориса. — А я всё гадал, когда ты, тварь, позвонишь…
— Как ты себя чувствуешь? — саркастически поинтересовался Падерин, не понимая, с чего бы это коллекционеру ждать его звонка.
— Твоими молитвами, — прошипел Кирсанов. — А ты, ушлый малый, умеешь заметать следы! Признаться, я не ожидал от тебя такого.
— Спасибо, — усмехнулся студент, теперь уже окончательно недоумевая, зачем бы заказчику разыскивать его, если флейта и так досталась ему.
— Ну, что ты хочешь за мощи Святого Реазарха? Я готов заплатить!
От удивления Падерин едва не выронил мобильник. Неужели флейтой завладел кто-то, помимо Гелеонта???
— Надо подумать уж, — замялся парень, стараясь не выдать своего волнения. — После инцидента на кладбище как-то не хотелось бы снова вляпаться в историю…
— Ты сам виноват, — подметил Кирсанов, стараясь говорить в шутливой манере, словно они с Борисом давние друзья. — Так что насчёт моего предложения?
Парень вспомнил о Павлове и о том, что тот передал для Гелеонта послание. Судя по всему, у этих двух шизофреников какие-то нерешённые вопросы между собой. На мгновение мелькнула мысль, что, может, стоит помочь им в этом нелёгком деле?
— А что, ты можешь заплатить больше? — полюбопытствовал Падерин с коварной улыбкой, глядя в своё отражение в зеркале.
— Безусловно! Говори цену, я согласен!
От такой сговорчивости Гелеонта Борис пришёл в восторг. Подумать только, ещё позапрошлой ночью он не желал и слышать ничего о повышении гонораров. А сегодня вдруг передумал. Хотя это могло быть очередным блефом лживого коллекционера. Лишь бы выманить непокорного паренька к своим зубастым верзилам.
— Если всё серьёзно, то можно встретиться сегодня, — сказал Падерин, нервно бродя по комнате. — Только на этот раз на моей территории и на моих условиях.
— Ну и? — поторопил Кирсанов.
— Ну, например, сегодня в полночь в поместье Гординских. Знаешь такое?
На какое-то мгновение коллекционер замолчал, и Борису показалось, будто бы тот догадался о подвохе. Но Гелеонт, подумав, согласился.
— Твоя цена? — уточнил он.
— Миллион, — усмехнувшись, ответил Падерин. — И давай без своих кусачих амбалов. Увижу, что ты не один, сделка сразу же будет отменена!
— Хорошо-хорошо, — на удивление быстро согласился Кирсанов. — В полночь в Гординском. Получишь свои денежки.
Несмотря на то, что Борис сомневался в искренности заказчика, ему всё равно понравился стихийно разработанный план. Гелеонт прикатит на встречу к Павлову, ничуть не ожидая подвоха, и пусть эти двое разбираются друг с другом столько, сколько им обоим хватит сил. Правда, это не снимает вопроса о том, где же сейчас ганлин. Если он не у Кирсанова и не остался на кладбище, тогда кто мог подобрать его? Был только один способ узнать об этом — посетить погост заново. Так что отлёживаться после страшной ночи в лесной яме Падерин не стал, быстро собрался и поехал на место.
Примерно так же быстро пришла в себя и Женя, лёжа на полу в антикварном салоне. Было темно и холодно. Болела спина. Кажется, девушка прилично ушиблась при падении. Но уже радовал тот факт, что руки-ноги целы. Поблизости никого не наблюдалось — ни скелета Сергея, который до обморока невесть каким образом появился на лестнице, ни антиквара Сундука. Вспомнив причину потасовки, Евгения схватила свою сумку и нервно выпотрошила её содержимое. Слава богам, золотистая тряпица оказалась на месте. Но в следующий момент Дольсон поняла, что флейты внутри уже нет.
— Эй, верни её! — закричала она на весь подвал и поспешила подняться на ноги.
Салон занимал довольно внушительную площадь, заваленную всяким барахлом. Кажется, у Сундука копить рухлядь получалось гораздо лучше, чем избавляться от неё. На всякий случай Женя вытащила газовый баллончик и направилась вглубь зала. Ей-богу, антиквар заслуживал получить по своей наглой морде! Что с ним вдруг случилось, оставалось для девушки загадкой. Раньше он никогда так себя не вёл. Может, всё дело в этой чёртовой флейте? Ведь перед тем, как впасть в приступ сумасбродства, Сундук пытался сыграть на ней. Что, если дьявольская дудка действовала на всех по-разному?
Обойдя рабочий стол антиквара, Дольсон засомневалась, что её знакомый всё еще здесь. Он вполне мог убежать куда подальше. Художница вернулась к лестнице, поднялась по ней до самой двери и обнаружила, что та заперта. Причём заперта изнутри на мощную щеколду. Странно, ведь кроме девушки никого в подвале вроде не было.
— Е-е-есть! — донеслось откуда-то снизу, и Женя поняла, что это скелет Серёги.
Она быстро спустилась и осмотрелась. В помещении стоял полумрак. Горели лишь несколько настольных ламп на столе Сундука, и где-то в задней части пробивался дневной свет от узенького окошка.
— Е-е-есть! — раздался страшный хрип сбоку, и Евгения увидела череп, лежащий в углу.
Рядом беспорядочно валялись окровавленные кости. Чуть дальше от лестницы нашлась и кисть руки. Видимо, Серёжа рассыпался, упав с лестницы вместе с нерадивой подругой. Что ж, в таком состоянии он казался куда безвреднее. По крайней мере, не сможет теперь незаметно подкрасться к девушке сзади.
— Е-е-есть! — продолжал требовать череп, клацая зубами, но Женя решила не обращать на него внимания.
Где-то здесь должен прятаться и антиквар. Если дверь закрыта на щеколду, уйти отсюда он ещё не успел. Что же тогда он задумал? Стащил флейту и решил отсидеться в тёмном уголке своего салона, что ли?
Дольсон покрепче сжала баллончик, намереваясь прыснуть газ прямо в наглую морду Сундука. С таким настроем она прошагала до самого дальнего конца подвала и развернулась. Куда он мог забраться?! Достав мобильник, девушка включила на нём фонарик и направилась в обратную сторону мимо пыльных стеллажей и шкафов. Наверняка парень залез в один из них. Пришлось открывать каждую дверцу и проверять. Какого только мусора не содержалось внутри — всякие кастрюли, самовары, старые телевизоры, даже огромные треснутые вазы. Вот только самого антиквара нигде не было.
— Е-есть! — твердил череп Сергея, заметив возвращение художницы.
— Да-да, я тоже бы пожрала, — согласилась Женя, выключив фонарик, как вдруг сзади на неё что-то упало.
— И-и-и!!! — заверещал кто-то на лошадиный манер, и девушка испуганно отпрянула в сторону.
На пол упал скелет, только уже совсем другой — с кусками одежды на ребрах и ногах. Запахло кровью и серой. Художница отбежала подальше от внезапного явления, хотя и подозревала, что это мог быть разыскиваемый антиквар.
