пытался причинить вред его дочери. Похоже, он всегда меня ненавидел, даже после смерти моего отца.
- Так ты помогаешь мне или нет? - спросил Клейтон. - Время поджимает. Нам нужно двигаться, если мы собираемся ехать.
Фредди махнул рукой в воздухе.
- Черт с ним. Поехали за собакой.
Потребовалось много времени, чтобы очистить фургон. Он был доверху загружен мешками с мусором, старыми автомобильными запчастями и прочим хламом, которые Фредди кидал в кузов, вместо того чтобы выбросить. Мало того, что внутри фургона пахло, как в курятнике, так еще и по всему полу грузового отсека валялись перья. Тереза не стала спрашивать, почему весь пол фургона усыпан перьями, и никто из них не стал объяснять. Она решила, что это как-то связано с собаками, или, может быть, они устраивают в сарае петушиные бои.
Она снова задалась вопросом, почему она здесь, и куда вляпалась. И снова она сказала себе, что все будет хорошо, когда они закончат.
Когда все будет позади, все вернется на свои места.
Тереза не верила и полагала, что никогда и не поверит.
Около шести часов вечера они отправились в "Орлиное Гнездо". Клейтон держал шприцы, наполненные снотворным в полиэтиленовом пакете, как будто только что вернулся из магазина.
Фредди ехал за рулем фургона, и время от времени поглядывал в зеркало заднего вида на Терезу. Она предположила, что ему хорошо видны ее ноги и, возможно, платье. Она решила пусть смотрит. Поскольку ее ноги были прижаты друг к другу, она сомневалась, что он сможет разглядеть ее трусики.
Он ухмылялся, держа сигару зажатой между зубами. Несмотря на то, что все стекла в кабине были опущены, в фургоне все равно ощущался резкий сладковатый запах.
Никто не разговаривал. Тереза никак не могла перестать дрожать. Даже сквозь подол своего платья она видела, как дрожат ее ляжки. Неважно, сколько раз она вытирала потные ладони о ткань на животе, ладони все равно оставались влажными.
У нее заурчало в животе. Она чувствовала голод, но аппетита у нее не было, а тошнотворный страх внутри нее все нарастал. Она собиралась предать свою лучшую подругу ради Клейтона. Смириться с тем, что она собиралась совершить, было невозможно. Она пыталась лгать себе, стремясь придумать хоть какое-то оправдание, но от правды никуда нельзя было деваться.
Возможно даже, Эми никогда не узнает об ее участии в краже собаки. Но Тереза была уверена, что она все равно расскажет своей подруге о случившемся.
Тереза задавалась вопросом, сможет ли она когда-нибудь снова посмотреть в глаза своей подруге.
Наверное.
Не сразу. Потребуется некоторое время, но в конце концов она сможет забыть о том, что совершила. Она не в первый раз в жизни обманывала доверчивую Эми.
Ник.
В последние пару лет он был парнем Эми.
Сколько раз он оставался на ночь в ее квартире?
Много.
Но Эми так и не узнала. По крайней мере, Тереза так хотела думать. Порой Терезе казалось, что Эми что-то подозревает, но она никогда ни в чем ее не обвиняла.
Джаггер терпеть не мог Ника.
Ник не приходил в дом Эми из-за собаки, поэтому, если Эми хотела с ним увидеться, ей приходилось отправляться к нему. Но Эми никогда не оставалась на ночь у него дома. Эми, не хотела оставлять Джаггера одного на всю ночь, и соблюдала установленный ею самой график, который предоставлял Нику слишком много свободного времени и приносил массу ночных переживаний. Со временем все закончилось тем, что Ник в отсутствие Эми начал оставаться на ночь у Терезы.
Было здорово. Хотя по утрам она просыпалась с чувством вины, опустошающим ее, она продолжала трахаться с ним, пока не встретилась с Клейтоном в "Гудящей Фуре". С тех пор она трахалась только с ним. Когда колесо фургона угодило в выбоину на дороге, Тереза вздрогнула и ее подбросило на заднем сиденье. Она широко раздвинула ноги. Подняв голову, она увидела, что Фредди смотрит на нее в зеркало заднего обзора.
Судя по тому, что его глаза были прищурены, она решила, что он усмехается.
- Всего лишь бугорок, детка, - сказал он своим нежным женским голосом.
Тереза одернула вниз свое платье, заслоняя от него прекрасный вид на ее трусики. Закинув ногу на колено, она потянула за край платья и прижала его внутренней стороной бедра.
Фредди засмеялся.
- Почти приехали, - сказал Клейтон. Он повернул голову и посмотрел на нее. Хотя он улыбнулся успокаивающей улыбкой, его глаза оставались угрюмыми. - Скоро все закончится.
Тереза попыталась улыбнуться ему в ответ, но на ее лице отразилось смущение.
Он повернул голову, уселся поудобнее на сиденье и уставился вперед.
В задней части фургона не было окон, следовательно, Тереза не могла видеть, что находится по обе стороны от нее. Но через лобовое стекло она видела свисающие ветви деревьев, которые, как оказалось, росли вдоль линий электропередач. Подпрыгивание и раскачивание фургона на выбоинах дороги было хорошо знакомо.
Они приехали в "Орлиное Гнездо".
О, Боже...
Скорее бы все закончилось. Надеюсь, Джаггер находится снаружи. Так было бы гораздо легче. Тогда им не придется взламывать дверь.
В гараже "Джипа" Эми не было. Тереза немного расслабилась, увидев, что машины на месте нет.
Когда они проехали сбоку от гаража, минуя дом Эми, и оказались с тыльной стороны дома, Тереза сразу же увидела Джаггера. Находясь в ограждении, он наблюдал за их приближением. Его голова была слегка наклонена, уши приподняты. Она увидела, что он обнюхивает воздух. Не распознав запаха фургона, он разразился какофонией звонкого лая.
Зажав рукой рот, Тереза наблюдала, как мощные челюсти Джаггера клацают, издавая громкие щелкающие звуки, напоминающие треск медвежьего капкана.
Из его пасти толстым слоем летели брызги слюней. Она впервые заметила, какие большие и острые у него зубы. Она представила, как зубы собаки впиваются в ее руку, разгрызая кость. Почувствовала, как они смыкаются на ее шее.
- Тереза?
Она вздрогнула.
- Да?
Клейтон, повернувшись на сиденье, посмотрел на нее исподлобья.
- Готова?
- Я не знаю...
- Не вздумай паниковать, - сказал Фредди.
- Заткнись, - сказал Клейтон.
Фредди, держась обеими руками за руль, полуобернулся и пожал плечами.
Тереза наклонилась вперед, наблюдая, как Джаггер грызет тонкие прутья ограждения, словно хотел прогрызть себе путь наружу, а потом расправиться с ними.
- Я никогда не видела его таким раздраженным, - сказала она.
- Он чувствует обреченность, - сказал Фредди.
И улыбнулся.
- Собаки все чувствуют. Нужно научиться не
