Другой рукой он крепко сжимал рукоять Древнего Меча, поглаживая одним пальцем знаки, которые спасали его от бушевавшей вокруг магической стихии.
Камень в перстне Сдалерна сиял, как никогда, ярко – вот что было важным, и Сенор хотел это запомнить. У него не было возможности поразмыслить о значении артефактов, – но в действительности лишь сияние камня, Древний Меч и маячивший впереди силуэт слепой собаки не дали ему заблудиться или сойти с ума.
Гнев Гугенубера не уничтожил его – Сенор еще был нужен Хозяевам Башни для последнего похода и решающей битвы. Он прошел испытание и был допущен к Ритуалу.
* * *
Он оказался в узком коридоре, в дальнем конце которого темнела только одна дверь; он понял, что это дверь в ТУ САМУЮ КОМНАТУ.
Сенор оглянулся и увидел, что теперь за ним тянется ритуальная свита из священных белых гиен, светящихся змей и роя волшебных насекомых, Переносчиков Знаков.
Преодолев зеркала, которые он вспарывал лезвием меча, Сенор остановился перед Комнатой и прикоснулся ладонью к двери, испещренной древними символами. Прошлое ждало, манило и звало объясниться отступника Башни…
Он толкнул тяжелую дверь.
И увидел именно то, что ожидал. Здесь ему была обещана встреча.
Посреди комнаты находился мерцающий во мраке саркофаг, у изголовья которого стоял Хозяин Башни.
Впервые Сенор увидел лицо Великого Мага, ибо тот откинул капюшон. Лик Гугенубера оказался необыкновенным и отталкивающим. Его серая кожа выглядела старой, как омытый дождями камень. У него были нечеловечески правильные черты и голубой правый глаз, сверкавший нестерпимо и неправдоподобно ярко.
Левый глаз был совершенно другим. Огромный, выпученный и круглый, со множеством зрачков, мертвый до времени, темный и спящий – чудовищное око для иного мира и для иных видений.
Искрящийся рой Переносчиков Знаков заполнил комнату и скрыл от Сенора ее стены и потолок. В последний раз взвыли священные гиены, а затем улеглись и покрыли своими белоснежными тушами пол, превратившись в ковер из шкур. Сенор бросил взгляд на крышку саркофага. И на ней тоже были древние знаки.
– Значит, ты, человечек, пришел узнать то, от чего я так долго оберегал тебя? – загремел в его голове чужой голос. – Ты настаиваешь на этом, не зная, что тебя ожидает? А ведь ты можешь оказаться по ту сторону смерти, превратиться в животное, которым был когда-то, или в нечто такое, чего даже не в состоянии представить. Это тоже не пугает тебя?..
– Я должен пройти Ритуал. Таково мое условие, – хриплым голосом сказал Сенор, ощутив внезапную слабость.
– Иначе ты не отправишься в Тень? – с издевкой спросил Гугенубер и рассмеялся. Смех его лишь частично напоминал человеческий. – Брось! Это дешевый ход.
– Тебе незачем мешать мне, – сказал Сенор. – Хуже от этого уже не будет.
– Верно, но чем кончится наступление Тени? И кто сумеет спастись?
– Спастись?! Ты говоришь о каком-то спасении? – Сенор приложил все силы, чтобы выглядеть удивленным, хотя в этом было мало смысла.
– Я говорю о возможности бегства. Зонтаг уже рассказал тебе достаточно. Кто мы – неизвестно, но это не наш мир. Далекое прошлое Хозяев Башни скрыто от нас Завесой Мрака. Нам дана возможность провести Ритуал, но не дано участвовать в нем и воспользоваться Преображением… Этот мир пожирает Тень. Теперь уже бессмысленно скрывать от тебя что-либо – вся тяжесть судеб лежит на Древнем Пророчестве, зашифрованном в этих знаках. – Гугенубер положил шестипалую руку на холодно мерцавшую крышку саркофага. – Возможность бегства заключена в тайне самой Башни. Зонтаг прав в одном: с появлением Завесы было нарушено Великое Равновесие. Боги, создавшие Завесу, тем самым создали Тень. Она существует как противоположность свернутым пространствам Завесы, и в ней перемешаны все миры и все времена. Может быть, это последняя попытка Безликой Природы, сопротивляющейся насилию богов, восстановить былое соответствие между тем, что принято называть Мертвым и Живым, Хаосом и Порядком. О каверзное и непостижимое дитя, созданное на горе своим Творцам!.. Но я вижу, все это слишком сложно и длинно для тебя. В Кобаре дело обстоит немного проще. Зонтаг не хочет понять, что природа Тени безлична. Смертному не справиться с теми слепыми силами, которые действуют внутри нее. Сомневаюсь, что даже боги сумеют их преодолеть. Можно лишь сбежать от Тени. В другой мир. На время.
– Только на время?
– Существование – все равно постоянное бегство. Ты, конечно, уже почувствовал это на себе. Ведь, по сути, ты всю свою жизнь убегал от Хозяев Башни.
– Но теперь мне незачем бегать от них.
– Незачем, – согласился Гугенубер и вновь рассмеялся. – Потому что вся магия Башни сосредоточена здесь, в этой комнате. Она – призрак, готовый вселиться в твое тело и свести тебя с ума. Она – ускользающая тень за твоей спиной, и демоны уже делят добычу. Она управляет тобой – даже теперь, когда тебе кажется, что ты свободен, АБСОЛЮТНО свободен. Но кто внушает тебе необходимость твоих поступков? Думал ли ты о том, кто отпирает двери за мгновение до того, как ты постучишь и войдешь в них; кто создает звук, на который ты поворачиваешь голову; кто соткал миражи, к которым ты стремишься; кто воздвиг замки, которые ты хочешь покорить? И если ты умрешь сейчас, кто завершит начатое не тобой?
– В любом случае я должен пройти Ритуал, – твердо сказал Сенор. – Иначе все было бессмысленно, по крайней мере для меня. Пророчество не может не сбыться, иначе этот меч – никчемная игрушка. Скажи мне только одно. Я знаю, почему Зонтаг хотел уничтожить меня. Теперь он думает, что я служу только ему. Но зачем я понадобился тебе?
– Великие Маги в чем-то схожи с тобой, Придворный Башни. Но ты – всего лишь случайная жертва, потерявшая память. Мы – существа древней расы, неведомо как оказавшиеся здесь, забывшие свое прошлое, а сейчас нам грозит гибель. Я хочу узнать самую важную тайну. Это касается Башни – ведь каким-то образом она когда-то оказалась здесь, а значит, может и исчезнуть. Вместе с ней исчезнем и мы. Если раньше Тень не уничтожит Кобар. Пророчества и Установления…
– Где записаны Установления? – перебил Сенор. Его давно интересовал этот загадочный свод неизменных законов, которого никто никогда не видел.
Гугенубер покачал головой.
– Ты хочешь слишком многого, – сказал он после долгой паузы. – Уповаю на то, что они были созданы нами, иначе многое приобретает иной и гораздо более страшный смысл. Не хотел бы я оказаться противником Магов, для которых я – дрессированный зверек. Ты никогда не узнаешь полного текста Установлений. Тебе достаточно того, что я сказал. Древнее Пророчество и Установления убеждают меня в одном: судьбу Башни можно изменить, используя человека, который владеет Древним Мечом.
