Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 64
– А куда ж без него? Без него никуда. Ага, вот, нашел. Кремацию производил Вася Каткевич. – Директор поднял на Машу взгляд. – Вы его сегодня уже видели.
– Тот парень с чекушкой?
– Да.
– Могу я с ним побеседовать?
Директор улыбнулся:
– Да без проблем. Сейчас я его вызову.
– Можно я поговорю с ним наедине?
– Наедине? Да легко.
Пять минут спустя Василий Каткевич сидел в кабинете начальника, в его вертящемся кресле, а сам Илья Игнатьевич удалился по делам.
Маша решила не тратить время на долгое вступление и сразу перешла к делу:
– Василий, год назад вы кремировали тело девушки по имени Эльза Багирова.
Парень, сидевший напротив, посмотрел на Машу исподлобья.
– Я много кого кремировал, – сказал он. – Хотите, чтобы я запомнил всех?
– Эту вы должны были запомнить.
– Это почему же?
Мария пошла ва-банк.
– Потому что в тот день случилось чрезвычайное происшествие, – отчеканила она, пристально глядя парню в глаза. – И вы не стали докладывать о нем директору. Если вы сейчас подробно мне обо всем расскажете, я тоже ничего ему не скажу.
Некоторое время парень сидел неподвижно, словно громом пораженный. Потом зашевелился, промычал что-то невразумительное, после чего нагнулся вдруг к мусорной корзине, достал ополовиненную чекушку, свинтил крышку и приложился к горлышку.
Сделав пару глотков, он отнял бутылку от губ, вытер рот рукавом и сказал:
– Уф-ф… – Потом посмотрел на Марию хмурым взглядом и проговорил с угрюмой усмешкой: – Надо же… Значит, все-таки пронюхали. Если хотите знать, я ни в чем не виноват. Я не сторож и не охранник. Мое дело тихое и мирное – сжигать людей.
– Звучит неплохо. Итак, что произошло с телом Эльзы Багировой?
Парень хотел снова приложиться к бутылке, но передумал.
– Оно пропало из бальзаматорской за четыре часа до кремации.
– Как пропало? – проговорила Мария, удивленно моргнув.
– Да вот так. Исчезло. С концами. Словно его и не было. – Работник посмотрел на Машу подозрительным взглядом. – А вы разве не знали?
Любимова, уже полностью оправившаяся от удивления, сдвинула брови и строго сказала:
– Продолжайте.
– Ну… – Парень пожал плечами. – Я тогда сильно запаниковал. Случай-то экстраординарный. Ни раньше, ни потом такого не бывало. Терять работу из-за пропавшего тела мне не хотелось. Ну, я и решил это дело затихарить.
– Значит, вы сожгли пустой гроб?
– Ну да. А что еще мне оставалось?
Маша нахмурилась.
– У вас разрешено родственникам присутствовать на кремации?
– Да. Для них есть специальная комнатка за стеклом.
– Кто присутствовал на кремации Эльзы Багировой?
– Только ее брат.
– Он пришел заранее?
Парень подумал, помотал головой:
– Да нет. Пришел впритык, даже опоздал на пару минут. Но я его дождался.
– Кто, по-вашему, мог похитить тело?
– Да какие-нибудь извращенцы. В наше время этой швали полно развелось.
– И зачем извращенцам мог понадобиться труп?
Василий усмехнулся:
– А вы не понимаете? Красивая, молодая… Охотников пруд пруди.
Мария прищурила недобро замерцавшие глаза:
– Вам самому не омерзительно то, что вы говорите?
– Нет. А должно быть? – Он снова усмехнулся. – Мария… как вас по батюшке?
– Александровна.
– Мария Александровна, я каждый день сжигаю в этой печи по десять человеческих тел. И вы думаете, что я способен испытывать чувство брезгливости или омерзения? Вы ведь там у себя работаете с патологоанатомами. Много среди них брезгливых людей?
Маша молчала. Столкновение с ничем не прикрытым цинизмом всегда выбивало ее из колеи. Парень посмотрел на ее лицо и сказал:
– По-моему, вам надо выпить. Хотите? Здесь еще остался глоток.
– Спасибо, не хочу. Скажите, как отсюда можно вынести тело? Разве крематорий не охраняется?
– Охраняется. Но есть масса разных способов и лазеек. Покойников никто особо не сторожит. Они ведь не могут сбежать. Хотя… как выяснилось, могут.
Маша молчала, покусывая фильтр дымящейся коричневой сигаретки и о чем-то размышляя.
– Это все? – спросил парень.
– Что?
– Это все вопросы?
– Да.
– Тогда я пойду. Вы обещали не рассказывать ничего Вострецову.
– Да, я помню.
– В таком случае: всего доброго. Надеюсь, вы никогда не станете моей клиенткой.
– Я тоже на это надеюсь, – сказала Маша с хмурой рассеянностью. – Если вы понадобитесь, я с вами свяжусь.
Едва Мария покинула мрачные чертоги крематория, как в сумке у нее зазвонил телефон. Звонил Глеб Корсак.
– Я проверил алиби Багирова, и оно трещит по швам, – раздался из трубки его мягкий, спокойный голос.
– А конкретней?
– Девушка, с которой он проводил время, сильно увлекается алкоголем. И обожает Багирова.
– Неприятное сочетание.
– Смотря для кого. Она не помнит даже того, что было сегодня утром, зато готова сделать все, что ей прикажет ее возлюбленный.
– И как вам удалось добыть такую ценную информацию?
– Я умею втираться в доверие к людям. Кстати, Маша, вы сейчас не слишком заняты?
– А что?
– Мне дали номер телефона одного специалиста по мифологии народов мира. Фамилия – Милетинский. Он работает в фонде «Доверие через океан», а офис фонда расположен в двух шагах от Петровки. Время от времени фонд проводит открытые лекции для всех желающих, и сегодня как раз очередь Милетинского. Я записался. И вас записал.
– Вот как. Значит, решили за меня.
– А вы против?
– Еще не знаю. Во сколько начинается эта лекция?
– Она уже идет. Если поторопимся, можем успеть к ее окончанию.
– Хорошо. Диктуйте адрес.
Когда Мария и Глеб вошли в офис, где проходила лекция, слушатели уже вышли, а Милетинский, чернявый и носатый, как старый грач, сидя за лекторским столом, собирал в портфель бумаги и слайды.
– Здравствуйте, Давид Арсеньевич! – поприветствовала его Маша.
Он вскинул голову, посмотрел на вошедших и картаво проговорил:
– И вам того же. С кем имею честь?
– Меня зовут Мария Александровна Любимова. Я – майор уголовного розыска.
– Вот как? – Милетинский иронично хмыкнул. – И что я натворил?
– Надеюсь, что ничего. Я пришла к вам за помощью.
– Хотите, чтобы я повесил на себя какое-нибудь дело, чтобы улучшить статистику по «глухарям»?
Мария слегка опешила.
– Откуда такая прекрасная осведомленность о методах нашей работы?
– Кино люблю смотреть.
– Кино – плод воображения сценаристов и режиссера.
– Вот как? Ну хорошо, верю. Итак, вот он я, перед вами. Подсаживайтесь и излагайте!
Маша и Глеб уселись за переднюю парту.
– Давид Арсеньевич, вы – один из лучших знатоков мировой мифологии в нашей стране, – начала Любимова.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 64
