«Понтиак» казался крохотным суденышком в глубоком и бескрайнем холодном море, единственным островком света и тепла на тысячи миль вокруг.
— Ты, видимо, не поверишь тому, что я тебе расскажу, да это и понятно, — сказала Грейс.
— После того, что сегодня случилось со мной, я готов поверить чему угодно, — ответил Пол.
«А может быть, — подумал Пол, — именно это и являлось целью полтергейста. Может быть, все это для того, чтобы подготовить меня к рассказу Грейс. В самом деле, если бы меня не задержал полтергейст, я бы уехал из дому до приезда Грейс».
— Я попробую все рассказать как можно проще, — начала Грейс. — Но дело это непростое. — Она держала свою израненную левую руку в правой; кровь уже перестала течь и запеклась, образовав на ранах корку. — Это началось в Шиппенсбурге. В семействе Хейвенсвудов.
Пол мельком взглянул на нее, услышав вдруг знакомую фамилию.
Грейс смотрела вперед на мокрую от дождя дорогу, по которой они мчались.
— Мать звали Уилла Хейвенсвуд, а дочь — Лорой. Они не очень-то ладили между собой. Точнее, совсем не ладили. Виноваты в этом были обе, и причины их постоянных споров и пререканий не имеют прямого отношения к случившемуся. Важно то, что как-то раз весной 1865 года Уилла послала Лору в подвал делать генеральную уборку, хотя и прекрасно знала, что девочка до смерти боялась подвала. Это было нечто вроде наказания. Пока Лора находилась в подвале, наверху начался пожар. Лора не смогла оттуда выбраться и сгорела заживо. Умирая, она, должно быть, обвиняла свою мать в том, что та послала ее в эту могилу. Возможно, она даже считала, что пожар начался из-за нее, хотя это было и не так. Пожар начался из-за Ракели, Лориной тети. Лора могла даже подумать, что ее мать специально устроила пожар, чтобы отделаться от нее. Девочка была эмоционально неустойчивой и склонной к подобным идеям. У матери тоже было не все в порядке с психикой; она вполне могла способствовать подобным параноическим всплескам. Одним словом, Лора умерла жуткой смертью, и можно не сомневаться, что ее последней мыслью было горячее желание отомстить. Как она могла знать, что ее мать тоже погибла в этом пожаре?! «Так вот почему полиция ничего не выяснила про Хейвенсвудов, когда Кэрол наводила справки, — подумал Пол. — Чтобы что-то узнать про семейство Хейвенсвудов, нужно было возвращаться в прошлое столетие. Вероятно, в округе уже и нет сведений за это время».
Впереди из тумана показался медленно ехавший грузовик, и Пол стал его обгонять. В какое-то мгновение грязные брызги из-под колес грузовика забарабанили по боку «Понтиака», и Грейс замолчала, потому что из-за этого шума ее все равно не было бы слышно.
Когда грузовик остался позади, она продолжила:
— С 1865 года стремление отомстить не давало Лоре покоя на протяжении двух, а то и трех жизней. Это — перевоплощение. Пол. Можешь ли ты поверить? Можешь ли ты поверить, что в 1943 году Лора Хейвенсвуд была пятнадцатилетней девочкой по имени Линда Бектерман, которая в ночь накануне своего шестнадцатилетия пыталась убить свою мать, перерожденную Уиллу Хейвенсвуд? Это не выдумка. Линда Бектерман сошла с ума и пыталась зарубить свою мать, но получилось так, что они поменялись ролями и вместо матери погибла девочка. Так что Лоре не удалось отомстить. И можешь ли ты поверить в то, что Уилла вновь жива, и на сей раз это наша Кэрол? И Лора тоже жива.
— Джейн?
— Да.
Вместе Кэрол и Джейн убрались в домике за час пятнадцать минут. Кэрол с радостью отмечала, что девочка оказалась весьма трудолюбивой и получала удовольствие от тщательно выполненной, пусть даже и не очень приятной работы.
Закончив, они в качестве награды налили себе по стакану пепси и уселись в кресла напротив огромного камина.
— Еще рановато готовить ужин, — сказала Джейн. — И сыровато для прогулки. Так в какую игру вы бы хотели поиграть?
— Я с удовольствием поиграю в любую, какая тебе понравится. Посмотри все игры, которые у нас лежат в шкафу, и выбери сама. Но, мне кажется, сначала нам лучше провести лечебный сеанс.
— Мы будем продолжать даже здесь? — спросила девочка с явным беспокойством, которого раньше не наблюдалось, даже в день первого сеанса, позавчера.
* * *
— Конечно, нужно продолжать, — ответила Кэрол. — Раз мы уже начали, лучше продолжать работу, пытаясь хоть немного продвинуться дальше.
— Ну... хорошо.
— Давай-ка развернем эти стулья лицом друг к другу.
Пламя метнулось вбок, и на камине возникли пляшущие тени.
На улице дождь беспрерывно шелестел по листве и стучал по крыше, и Кэрол вдруг показалось, что он действительно больше напоминал по звуку огонь, как сказала Джейн, и они словно попали в окружение шипящего и потрескивающего пламени.
На этот раз ей понадобилось всего несколько секунд, чтобы ввести Джейн в транс. Но, как и во время первого сеанса, девочке понадобилось почти две минуты, чтобы вернуться к тому времени, где ее память оживала. Теперь длительное молчание уже не беспокоило Кэрол.
Наконец девочка заговорила голосом Лоры:
— Мама? Это ты? Это ты, мама?
— Лора?
Глаза девочки были крепко закрыты. Голос звучал тревожно, натянуто.
— Это ты? Мама, это ты? Ты?
— Расслабься, — сказала Кэрол.
Однако вместо этого девочка явно еще больше напряглась. Она несколько ссутулила плечи, сжала коленями стиснутые в кулаки руки. На лбу и в уголках рта появились напряженные морщинки. Сидя в кресле, она подалась немного вперед, в сторону Кэрол.
— Я хочу, чтобы ты ответила на несколько вопросов, — сказала Кэрол. — Но прежде ты должна успокоиться и расслабиться. Делай так, как я тебе говорю. Ты разожмешь свои кулаки. Ты...
— Нет!
Девочка резко открыла глаза. Она вскочила с кресла и, дрожа, встала перед Кэрол.
— Сядь, милая.
— Я не стану делать то, что ты мне говоришь! Мне опротивело тебе подчиняться, мне надоели твои наказания.
— Сядь, — мягко, но настойчиво велела Кэрол.
Девочка сверкнула на нее глазами.
— Ты сделала это со мной, — сказала она голосом Лоры. — Ты послала меня в это жуткое место.
Поколебавшись, Кэрол решила не останавливать ее.
— О каком месте ты говоришь?
— Сама знаешь. Ненавижу тебя.
— Где это жуткое место, о котором ты говоришь? — настойчиво спрашивала Кэрол.
— Подвал.
— А чем же он так ужасен?
Взгляд девочки был полон ненависти. Поджав губы, она зловеще оскалила зубы.
— Лора? Отвечай мне. Чем так ужасен подвал?
Девочка ударила ее по лицу.
Кэрол оцепенела от неожиданности. Удар был таким резким, сильным, неожиданным. В какое-то мгновение она даже не могла поверить, что ее ударили.
