Люди смеялись, пили пиво, болтали, словно на пикнике. Не подумаешь, что происходит нечто из ряда вон выходящее, если бы не четкая разделительная линия ворот – за ними было черно и тихо. А еще все собравшиеся принесли с собой оружие. Огнестрельное, правда, Барри увидел только у шерифа и охранника, зато многие держали молотки, бейсбольные биты и монтировки. Какая-то женщина сжимала в руке большой кухонный нож, ее собеседник помахивал бильярдным кием.
– Не нравится мне это, – прошептала Морин.
Барри тоже не нравилось. Очень неуютно видеть, как самые обычные люди – соседи, знакомые – готовятся сражаться с враждебно настроенной толпой.
– Идут! – крикнул кто-то.
Сквозь решетку ворот, поверх выстроившихся в ряд автомобилей виднелась цепочка огней. Огоньки приближались к Бонита-Висте. Барри вспомнились классические фильмы о Франкенштейне, где толпа разъяренных крестьян с вилами и факелами врывается в замок безумного ученого.
На этот раз, правда, не будет ни вил, ни факелов.
Разве что электрические фонарики.
И дробовики.
Толпа притихла, словно вдруг разом осознав серьезность момента. У Барри живот подвело от страха.
С той стороны к воротам начали подъезжать пикапы, старенькие «Шевроле», «Бьюики» и потрепанные джипы. Скоро их стало так много, что прибывающие машины уже не помещались на обочине и заняли всю проезжую часть.
Хитмэн с охранником, стоя возле будки, заряжали револьверы. Барри в который раз подивился, отчего шериф слушается ассоциацию домовладельцев Бонита-Висты, даже в ущерб служебному долгу. Он ведь не живет в поселке?
Или…
Барри сам поразился, как настолько очевидная мысль не пришла ему в голову раньше. Вот, например, Грег Дэвидсон – местный паренек, выбился в люди и переехал в Бонита-Висту. Что, если и Хитмэн?.. Это многое объясняет. Наверное, ему предложили здесь поселиться, еще и скидку сделали.
По ту сторону ворот захлопали дверцы машин. Один за другим замолкали моторы, хотя наружу никто пока не вышел. По толпе жителей поселка пробежал шепоток. Все повторяли одну и ту же фразу, однако говор заглох, так и не дойдя до того места, где стояли Барри и Морин.
Через минуту горожане дружно двинулись вперед. Плотная масса разъяренных фермеров, строителей, механиков и мелких предпринимателей намеревалась штурмом взять ворота. Барри узнал кое-кого в толпе. Хэнк. Джо. Лайл. Берт. Тошнота подступила к горлу, но, что ни говори, инстинкт самосохранения всегда берет верх над принципами. Если нападут – Барри готов защищаться.
Прав был Майк. Нельзя стоять в сторонке, когда твой дом в опасности.
Хочется только надеяться, что никого не ранят.
И не убьют.
Барри нашарил руку Морин и крепко сжал холодные пальцы. Жена дрожала всем телом. Рядом стоял тот самый красномордый тип, что орал тогда на рабочего-мексиканца. Пузан явно был в своей стихии – скалился во всю пасть, вытаскивая из багажника арбалет.
– Мои старые приятели, – заметила Морин, кивнув влево.
Чак Шей и Терри Эбби решительно шагали к воротам, размахивая битами.
Барри считал, что жители Бонита-Висты – слабаки по сравнению с горожанами. Изнеженные богачи против крепких, жилистых парней, закаленных физическим трудом. Пожалуй, мнение было неверным. Скорее уж горожане, при всем своем праведном возмущении, казались растерянными и слабоорганизованными, меж тем как жители поселка держались деловито и уверенно.
Что это, влияние ассоциации?
Пожалуй, нет, и это страшнее всего. Они и сами по себе такие.
Шериф и охранник заняли места возле каменных столбов по бокам от ворот. Между ними выстроились наиболее рьяные жители поселка.
Вдруг толпа затихла. Все словно оцепенели, глядя куда-то назад. Барри тоже обернулся. На самом краю освещенного круга стояли в ряд шесть старцев в черных мантиях, украшенных золотыми нашивками. Барри почему-то вдруг вспомнился суд, где решался вопрос об импичменте Билли Клинтона, когда старый осел Уильям Ренквист выступал в официальном облачении члена Верховного суда, оскверненном дурацкими золотыми полосами, словно из оперетки Гилберта и Салливана. Эти старики выглядели так же нелепо, только чувствовалась в них какая-то угроза. Словно за ними таилось что-то темное, грозное и чудовищно неправильное.
Все взгляды устремились на этих шестерых. Барри ждал, что они сейчас выступят вперед и возьмут на себя командование, но те продолжали неподвижно стоять на месте. Главным, по-видимому, был тот, что в центре. Наверняка председатель правления, знаменитый Джаспер Колхаун. Лиз говорила Морин, что во внешности Колхауна есть что-то неестественное. Барри показалось, что и остальные члены правления выглядят странно – слишком белые, ненатуральные лица, хотя, может быть, дело в освещении. Трудно судить издалека.
Между тем горожане подступили вплотную к воротам.
– Вы убили нашего сына! – выкрикнула женщина с опухшим от слез, искаженным яростью лицом.
Рядом с ней мужчина схватился за завитки чугунной решетки.
– Убийцы! – заорал он. – Убийцы!
Другие голоса подхватили. Посыпались угрозы и проклятия.
– Выпускайте добровольцев, – властно произнес председатель, перекрывая шум.
Он взмахнул рукой. Раздался щелчок бича. Из-за деревьев показалась марширующая колонна. Голые до пояса добровольцы шагали по три в ряд. Направляясь к воротам, они прошли совсем близко от Барри и Морин. Это были те же самые люди, что рыли бассейн и котлован под фундамент. Вблизи стало видно, что у многих не хватает кистей рук, у других были страшные шрамы на лице, а некоторые хромали. Барри невольно вспомнил повязку на глазу Кенни Толкина.
Мимо промаршировал Грег Дэвидсон, глядя прямо перед собой. Правая половина головы у него была выбрита, и с этой стороны не хватало уха. Толпа расступилась, пропуская добровольцев. У тех не было ни дубинок, ни клинков, ни ружей, зато была неумолимая решимость. Чувствовалось, что они ни перед чем не остановятся.
Армия Бонита-Висты, подумал Барри. Знают ли о ней другие жители поселка или появление добровольцев такая же неожиданность для всех, как для него самого? Люди пришли вооруженными – значит, готовились к бою, а выходит, они – всего лишь резерв на крайний случай. Основная сила обороны – добровольцы.
Барри не подозревал, что их так много. Идут и идут.
– Почему они такие? – дрожащим голосом спросила Морин.
– Не знаю.
– Как будто… под гипнозом.
– Их привлекли за неуплату, – произнес незаметно подошедший Фрэнк Ходжес. – Они не выплатили штрафы.
Рядом вдруг возник Нил Кэмпбелл с вечным планшетом в руках.
