Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 120
— Мистер Нелл? Доналд Нелл?
— Да.
— Говорит Джеймс Норман. Вы случайно меня не помните?
— Как же, — тотчас отозвался голос. — Пирожки с секретом. Твоего брата убили… ножом. Жалко. Милый был мальчик.
Джим ткнулся лбом в стекло кабины. Напряжение вдруг ушло, и он почувствовал себя этакой тряпичной куклой. Он с трудом удержался, чтобы не выложить собеседнику все как есть.
— Тех, кто его убил, так и не поймали, мистер Нелл.
— Я знаю. У нас были ребята на примете. Если не ошибаюсь, мы даже устроили опознание.
— Имена при этом не назывались?
— Нет. На очной ставке к подозреваемым обращаются по номерам. А почему вас сейчас это интересует, мистер Норман?
— С вашего разрешения, я назову несколько имен. Вдруг какое-нибудь из них покажется вам знакомым.
— Сынок, прошло столько…
— А вдруг? — Джиму начинало отказывать самообладание. Роберт Лоусон, Дэвид Гарсиа, Винсент Кори. Может быть, вы…
— Кори, — изменившимся голосом сказал мистер Нелл. — Да, помню. Винни по кличке Сенатор. Верно, он проходил у нас по этому делу. Мать доказала его алиби. Имя Роберта Лоусона мне ничего не говорит. Слишком распространенное сочетание. А вот Гарсиа… что-то знакомое. Но что? Ч-черт. Старость не радость. — В его голосе звучала досада.
— Мистер Нелл, а можно отыскать какие-нибудь следы этих ребят?
— В любом случае сейчас это уже не ребята.
— Вы уверены?
— А что, Джимми, кто-то из них снова появился на твоем горизонте?
— Не знаю, как ответить. В последнее время происходят странные вещи, связанные с убийством брата.
— Что именно?
— Я не могу вам этого сказать, мистер Нелл. Вы решите, что я сошел с ума.
Реакция была быстрая, цепкая, жадная:
— А это не так?
Джим помолчал и ответил коротко:
— Нет.
— Ну хорошо, я проверю их досье в полицейском архиве. Как с тобой связаться?
Джим дал свой домашний телефон.
— Вы меня наверняка застанете вечером во вторник.
Вообще-то он вечером всегда был дома, но по вторникам Салли уходила в гончарную студию.
— Чем ты занимаешься, Джимми?
— Преподаю в школе.
— Ясно. Тебе придется, вероятно, подождать пару дней. Я ведь уже на пенсии.
— По голосу не скажешь.
— Ты бы на меня посмотрел! — раздался смешок в трубке, — Ты по-прежнему любишь пирожки с секретом, Джимми?
— Спрашиваете. — Это была ложь. Он терпеть не мог всяких пирожков.
— Приятно слышать. Ну что ж, если вопросов больше нет, я тебе…
— Еще один. В Стратфорде есть Милфордская средняя школа?
— Не знаю такой.
— Но я своими глазами…
— С таким названием у нас есть только кладбище — туда ведет Эш Хайтс Роуд, и, насколько мне известно, из стен этой школы еще никто не выходил, — смех у мистера Нелла был сухой и напоминал громыхание костей в гробу.
— Спасибо вам, — сказал Джим. — Всего доброго.
Мистер Нелл положил трубку. Оператор попросил Джима опустить шестьдесят центов, что он и сделал автоматически. Затем он повернулся… и увидел обезображенное, расплющенное о стекло лицо, увидел неестественно белый плоский нос и такие же белые суставы пальцев, заключавших это лицо в подобие рамки.
Это ему улыбался Винни, прижавшись к кабине телефона-автомата.
Джим закричал.
Урок. Класс писал сочинение. Все потели над своими листками, натужно выдавливая из себя какие-то слова. Все, кроме троих. Роберта Лоусона, сидевшего на месте сбитого машиной Билли Стирнса, Дэвида Гарсиа, занявшего место выброшенной из окна Кэти Славин, и Винни Кори, восседавшего за партой ударившегося в бега Чипа Освея. Не обращая внимания на лежащие перед ними чистые листки, все трое откровенно разглядывали учителя.
Перед самым звонком Джим тихо сказал:
— Вы не задержитесь на минуту после урока, мистер Кори?
— Как скажешь, Норм.
Лоусон и Гарсиа громко заржали, все остальные отмалчивались. Не успел отзвенеть звонок, как ученики бросили сочинения на стол преподавателя, и всех их словно корова языком слизала. Лоусон и Гарсиа задержались в дверях, и у Джима неприятно потянуло низ живота.
Неужели сейчас?
Но тут Лоусон бросил Винни:
— Увидимся позже.
— Ладно.
И эта парочка вышла. Лоусон прикрыл дверь, а Дэвид Гарсиа заорал: «Норм жрет птичий корм!» Винни поглядел на дверь, потом на Джима и улыбнулся:
— Я уж думал, вы не решитесь.
— Вот как?
— Что, отец, напугал я вас вчера в телефонной будке?
— Никто уже не говорит «отец». Это давно уже не шик-модерн, Винни. Так же как само словечко «шик-модерн». Весь этот молодежный сленг приказал долго жить. Вместе с Бадди Холли.
— Как хочу, так и говорю, — буркнул Винни.
— А где четвертый? Где рыжий?
— Мы разбежались, дядя, — за нарочитой небрежностью сквозила настороженность, и Джим это сразу уловил.
— Он ведь жив, не так ли? Потому его и нет здесь. Он жив, и сейчас ему года тридцать два — тридцать три. И тебе было бы столько же, если бы…
— Этот зануда? — оборвал его Винни. — Было бы о ком говорить. — Он развалился за учительским столом, изрезанным всевозможными художествами; глаза заблестели. — А я тебя хорошо помню во время очной ставки. Я думал, ты со страху обделаешься, когда ты увидел меня и Дэйви. У меня ведь, дядя, дурной глаз.
— Я не сомневаюсь, — сказал Джим. — Шестнадцать лет ночных кошмаров тебе мало? И почему сегодня? И почему я?
На какой-то миг Винни растерялся, но затем лицо его озарила улыбка:
— Потому что с тобой, дядя, мы тогда не разобрались. Зато сейчас мы тебя сделаем.
— Где вы были? Где вы были все это время?
Винни поджал губы:
— А вот об этом помалкивай, усек?
— Тебе вырыли яму, Винни, ведь так? Три метра под землей. На Милфордском кладбище. Среди других…
— Заткнись!
Винни вскочил на ноги, переворачивая стол.
— Вам со мной будет не просто, — предупредил Джим. — Я постараюсь, чтобы вам со мной было не просто.
— Мы тебя сделаем, отец, чтобы ты сам все узнал про эту яму.
— Убирайся.
— А может, и твою женушку сделаем.
— Тронь только ее, поганец, и я тебя… — Джим слепо пошел на него, испытывая одновременно ужас и свою беспомощность перед этой новой угрозой.
Винни ухмыльнулся и двинулся к выходу.
— Расслабься, папаша, а то пупок развяжется, — хохотнул он.
— Только тронь ее, и я тебя прикончу.
Винни улыбнулся еще шире:
— Прикончишь? Меня? Ты разве не понял, что я давно мертвый?
Он вышел из класса. Эхо его шагов еще долго звучало в коридоре.
— Что ты читаешь, дорогой?
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 120
