Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 193
Лейдекер сдержал свое первое обещание — он составил Ральфу компанию, молча просидев в углу кабинета помощника окружного прокурора. Но второе его обещание — угостить Ральфа кофе — оказалось, скорее, стилистическим приемом — ужасного вида варево из автомата, установленного в углу захламленной комнаты дежурных на втором этаже. Ральф сделал осторожный глоток и приободрился, поняв, что вкус этого пойла немного лучше, чем его вид.
— Сахар? Сливки? — спросил Лейдекер. — Или пистолет?
Ральф улыбнулся и покачал головой:
— Отлично… Хотя вряд ли можно полагаться на мой вкус. Прошлым летом я перешел на две чашечки в день, и теперь мне кажется вкусным любой кофе.
— То же самое у меня с сигаретами — чем меньше я курю, тем лучше они мне кажутся. Запретный плод сладок. — Лейдекер извлек из кармана коробочку с зубочистками, достал одну и зажал губами. Затем, поставив свою чашку с кофе на терминал компьютера, подошел к плакату с Дэмбо и стал вытаскивать кнопки.
— Не стоит делать этого из-за меня, — произнес Ральф. — Это же ваш кабинет.
— Ошибаетесь. — Лейдекер отклеил аккуратно вырезанную фотографию Сьюзен Дэй с плаката и, смяв ее, выбросил в корзину. Затем стал сворачивать и сам плакат.
— Да? Тогда почему на дверях табличка с вашим именем?
— Имя мое, но кабинет принадлежит вам и вашим коллегам-налогоплательщикам, Ральф. А также любому репортеру, который забредет сюда с камерой, и если плакат попадет в программу теленовостей, мне придется туговато. Я забыл его снять еще в пятницу вечером, а отсутствовал я почти весь уик-энд — очень редкий случай в моей практике, должен вам заметить. — Я понял, что не вы повесили его. — Ральф убрал какие-то бумаги со стула и присел.
— Конечно, не я. Неизвестные доброхоты устроили для меня что-то вроде вечеринки в пятницу. Полный набор с пирогом, мороженым и сюрпризом.
— Лейдекер, порывшись в столе, нашел резиновое колечко, надел его на плакат и, весело подмигнув Ральфу, бросил трубочку в корзину. — Мне презентовали набор трусиков с вырезанной промежностью, баллончик для вагинальных спринцеваний с ароматом клубники, подборку антиабортной сыворотки, выпускаемой «Друзьями жизни» — в нее входит и книжка комиксов под названием «Нежелательная беременность Денизы», — и этот плакат.
— Надеюсь, вечеринку устроили не в честь вашего дня рождения? — Нет. — Лейдекер, вздохнув, хрустнул костяшками пальцев. — Так мальчики отметили поручение мне особого дела.
Ральф видел слабые вспышки голубой ауры вокруг головы и плеч Лейдекера, но сейчас он не пытался расшифровывать их значение.
— Дела, связанного с приездом Сьюзен Дэй? Вы должны охранять ее во время пребывания в городе?
— Прямое попадание. Конечно, полиция штата тоже будет рядом, но в подобных ситуациях они слишком много внимания вынуждены уделять контролю за уличным движением. Приедут и представители ФБР, но они в основном занимаются тем, что шатаются повсюду, фотографируют и предъявляют друг другу секретные значки.
— Но ведь у этой дамы должны быть и свои телохранители, разве не так? — Да, но мне неизвестно ни их количество, ни качество. Сегодня я разговаривал с их представителем, он произвел на меня приятное впечатление, но к пятнице мы должны организовать и собственную охрану. Согласно приказу, нас должно быть пятеро. Я плюс четверо добровольцев. Нашей целью является… Секундочку… Вам это понравится… — Лейдекер, порывшись в лежащих на столе бумагах, нашел нужный листок и прочитал:
«…сохранять усиленное присутствие и высокую степень видимости».
Он положил бумагу на стол и улыбнулся Ральфу. Однако улыбка получилась далеко не веселой.
— Другими словами, — пояснил Лейдекер, — если кто-то решится застрелить эту телку или устроить ей кислотный душ, нам потребуется Лизетт Бенсон или другой репортер, чтобы, по крайней мере, зафиксировать факт того, что мы находились поблизости.
— Как вы можете так недолюбливать человека, которого никогда не видели?
— Я не просто недолюбливаю ее, Ральф; я ненавижу ее. Послушайте, я — католик, моя милая матушка была католичкой, мои дети — если они у меня будут — станут служками в соборе Святого Иосифа. Великолепно.
Быть католиком просто великолепно. Сейчас разрешается есть мясо даже в страстную пятницу. Но если вы считаете, что быть католиком автоматически означает быть противником абортов, то глубоко ошибаетесь. Видите ли, я католик, которому приходится допрашивать людей, избивающих своих детей или спускающих их с лестницы после веселенькой ночки, утопленной в ирландском виски.
Лейдекер, расстегнув ворот рубашки, вытащил золотой медальон и показал его Ральфу.
— Мария, мать Иисуса. Я ношу его с тринадцати лет. Пять лет назад я арестовал человека с точно такой же вещичкой. Он только что сварил заживо своего двухлетнего пасынка. Я рассказываю вам чистую правду. Парень поставил огромную кастрюлю с водой на газ, а когда та закипела, схватил мальчугана за щиколотки и опустил в кастрюлю, словно рака. Почему? Потому что малыш мочился в кроватку. Так он нам объяснил. Я видел тело, и я скажу вам, что по сравнению с этим фотографии, которые так любят показывать «Друзья жизни», не более чем детский лепет.
Голос Лейдекера слегка задрожал, выдавая внутреннее напряжение.
— Но больше всего меня поразило то, как этот парень плакал и как он, держась за медальон с изображением Святой Девы Марии, говорил, что ему необходимо исповедаться… Меня восхищают католики, Ральф… Но я твердо убежден, что не может священник стать истинным отцом для своей паствы, если он лишен права быть отцом собственного ребенка.
— Ладно, — кивнул Ральф. — Но что вы имеете против Сьюзен Дэй?
— Она расшевелила это чертово осиное гнездо! — закричал Лейдекер.
— Она приезжает в мой город, и я обязан защищать ее. Отлично! У меня есть надежные парни, и если нам повезет, мы проводим ее из города с головой, по-прежнему сидящей на плечах, и грудью, торчащей в нужную сторону, но как же насчет предшествующих событий? И того, что произойдет после ее отъезда?
Думаете, ее это интересует? Неужели вы думаете, что людей, курирующих Центр помощи женщинам, волнуют побочные эффекты!
— Не знаю.
— Защитники Центра ушли не намного дальше от насилия, чем «Друзья жизни». Знаете ли вы, с чего все началось?
Ральф порылся в памяти, припоминая свой первый разговор о Сьюзен Дэй с Хэмом Дейвенпортом. Ему почти удалось уловить суть, но она тут же ускользнула. Бессонница вновь победила. Он отрицательно покачал головой. — Разделение на территории, — пояснил Лейдекер и возмущенно расхохотался. — Все то же простое, старинное предписание о разделении на территории. Великолепно звучит. В начале этого лета двое наиболее консервативно настроенных членов городского совета — Джордж Тэнди и Эмма Уитон — подали прошение в Комитет по защите прав территорий с требованием пересмотреть границы территории, на которой находится Центр. Идея такова — с учетом новых границ получить возможность стереть это место с лица земли. Сомневаюсь, что я формулирую правильно, но суть вы уловили.
Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 193
