Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 97
– Как, однако, ты здорово ориентируешься, – заметил Артем. Ему вдруг показалось, что его заманивают в ловушку.
Ладейникова, видимо, догадалась о подозрениях нашего героя. Она хмыкнула:
– Никак струхнул?
– Чего мне бояться, – обиделся Артем. – Просто все уж больно гладко получается. Пришли, нашли…
– Пока еще ничего не получилось, – отозвалась профессорша, как показалось Артему, с некоторой неуверенностью. – Давай, шагай шибче… Я замерзла.
Они шли вдоль забора, отстраняя лезущие в лицо ветви елок.
– Где-то здесь… – сказала Ладейникова. – Да вот она!.. Пришли наконец.
Утопая в мокром снегу, путники прошли еще метров пятьдесят и наконец приблизились к входу. Одно из окон первого этажа было освещено.
Где-то в глубине дома гулко бухнули напольные часы. Артем машинально взглянул на светящийся циферблат своего «Ориента». Ровно двенадцать.
С последним ударом раздался голос Ладейниковой:
– Стучи!
Артем неуверенно ударил кулаком в дверь.
– Не так. Громче! У тебя что, сил не осталось? Ногами поработай…
– Кого там в полночь черт принес? – послышалось из-за двери недовольное старушечье шамканье. Марья Ивановна, экономка, опознал голос Артем.
– Пустите погреться, – жалобно заговорила профессорша. – Мы, несчастные странники, сбились с пути. Замерзаем, матушка… Отвори, голубушка, дверцу. – Ладейникова хихикнула в кулак.
– Никого пущать не велено, – отозвалась Марья Ивановна, – хозяин строго-настрого запретил.
– А ты, милая, пойди, испроси у него разрешения. А мы уж подождем. Не откажи, сладкая… Совсем прозябли… Рук-ног не чуем.
Из-за двери послышалось невнятное бормотанье и звук удаляющихся шагов.
– Не пустят, – заметил Артем. – Зря ехали. Нужно к машине возвращаться, а то совсем околеем.
– Погоди, не суетись. Сейчас она вернется и откроет… – уверенно заявила Агния.
Так и случилось. Минут через пять звякнули запоры, дверь отворилась, и на путников повеяло теплом.
– Заходите, хозяин разрешил. Сам хочет на вас посмотреть, – заговорила экономка. – Эге, да это личности известные. Ты, голубка, давненько здесь не бывала, а вот молодец покинул нас не далее как вчера. Снимайте вашу обувку, надевайте тапочки, и к самому. Эге, парень, да ты ножки-то застудишь. Погоди, я тебе носки выдам. – Она вытащила из стоявшего в прихожей шкафа и заставила надеть пару шерстяных носков грубой вязки.
Все происходящее никак не походило на преддверие стремительной атаки, которую предполагал Артем. Носки, тапочки… Наконец опознание Марьей Ивановной профессорши возродило в Артеме угасшие на время подозрения.
– А эта псина тоже с вами?! – изумленно спросила экономка. – Не пущу! Пускай у порога дожидается.
Сенбернар издал тихий, но грозный рык, и Марья Ивановна попятилась.
– А, делайте что хотите! – махнула рукой она. – Вижу, не с добром пришли. Ступайте за мной.
Артем, а за ним и остальные проследовали по коридору и очутились в той самой комнате с аквариумом, в которой Артем уже бывал. Только сейчас наш герой обнаружил, что здесь действительно имеется камин. В нем потрескивало несколько здоровенных поленьев. У камина за низеньким столиком сидели два человека. В полумраке лица были плохо различимы, однако Артем тут же понял: один из присутствующих – хозяин дома, а второй – его верный клеврет Иван Николаевич.
– Ага-ага, – не здороваясь, воскликнул Трофим Петрович. – Гости пожаловали, да какие!.. Наша знаменитая ведьма, собственной персоной. Конечно же, я ждал твоего визита, вот только не в полночный час. Однако, согласно канонам жанра, ты как раз вовремя. А твой спутник?.. Он-то какими судьбами?! Почему вы вместе? Я считал вас антагонистами. Однако неисповедимы пути… э-э… И животное… А его зачем притащили? Довольно странная у вас компания. Какова цель визита? Бить меня будете?
– Для начала не мешало бы предложить нам сесть, – спокойно заметила Ладейникова.
– Это всегда пожалуйста. – Трофим Петрович поднялся и придвинул к столу два стула. – Устраивайтесь. Вы, наверное, замерзли? На дворе непогода. Мы тут с коллегой пьем глинтвейн. Присоединяйтесь. – Он достал два высоких стакана, наполнил их из стоящего на столе тяжелого серебряного ковша. – Прошу вас, господа.
Добрый глоток какого-нибудь крепкого пойла, по мнению Артема, оказался как нельзя кстати. Он глотнул из своего стакана. Напиток был непривычен (горяч и чересчур прян), но в целом неплох, тем более что составитель явно не пожалел хорошего коньяка.
– Итак, с чем пожаловали? – поинтересовался Трофим Петрович после паузы.
– Ну… – протянула Ладейникова, – нужно прояснить некоторые моменты.
– А чего тут прояснять, и так все ясно. Твои возможности мы наблюдали. Увы, они чересчур преувеличены, а точнее, и вовсе не присутствуют. Суета и вздор.
– Зачем ты убил Манефу?
– Да, собственно, просто так. Можно сказать, защищаясь. Ведь она бросилась на меня… – Трофим Петрович хохотнул. – Прямо как собака. В горло хотела вцепиться. До чего преданное существо! Ну, я ненароком…
– А карты?
– Что – карты?
– Разве они принадлежат тебе?
– А кому же? Может, это твоя собственность?
– Естественно, моя.
Только теперь Артем разглядел, что черная шкатулка с пятиконечной рубиновой звездой стоит на столе.
– Ты у меня их украл!
– Ну, так верни назад… если сумеешь.
При этих словах Иван Николаевич поднялся во весь свой гренадерский рост и угрожающе навис над Агнией.
– Мы, – сказал он, – так понимаем… Никто не может требовать того, что принадлежало не ему. Да и вообще… Зачем вам карты?
– А вам зачем?
– Объясняю. Ради поднятия на щит великой идеи. Идеи, которая втоптана в грязь.
– Интересно, что ж это за идея? – равнодушно спросила профессорша.
– Объясняю. Тринадцать лет назад из жизни ушел величайший человек всех времен и народов. С того скорбного часа оппортунисты извратили сущность великого учения… Пошли на поводу у империалистов всех мастей… Проще говоря, пустили идею на распыл…
– Пусть так. Но при чем тут карты?
– С их помощью мы вернем из небытия дух великого вождя. Не знаю – как, не знаю – где, но… Трофим Петрович обещал! И я ему верю!
В зыбких отблесках пламени Артем увидел: щека у клеврета нервически задергалась, лицо перекосилось и стало похоже на шутовскую маску. Артем перевел взгляд на Трофима. Тот как ни в чем не бывало потягивал глинтвейн.
– Я всю жизнь был материалистом и скептиком, – продолжал вещать клеврет, – но Трофим Петрович убедил меня, я заблуждался. Инфернальные силы существуют, и можно заставить их служить великой идее.
При этих словах пес поднялся и сделал несколько шагов к клеврету. Тот не обратил внимания на передвижения собаки. Как токующий тетерев, он настолько упивался собственной значимостью, что не замечал ничего вокруг. Однако Трофим Петрович оказался не столь прост.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 97
