Версия 4. «Иностранные займы и инвестиции»
Эта версия относится к разряду достаточно редких. Некоторые наши историки порой столь плохо разбираются в экономике, что начинают путаться в трех соснах. Они приводят достаточно интересные факты и примеры участия различных западных компаний в строительстве различных индустриальных объектов. Это участие заключалось и в проектировании самих объектов, и в поставках оборудования, и в организации инженерного надзора на строительной площадке, и в пуско-наладочных работах. Авторы называют это участие по-разному: «помощь», «инвестиции», «содействие» и т. п. Но это не были ни «помощь», ни «инвестиции», ни «содействие». Это был обычный бизнес, в котором западные компании участвовали в качестве проектировщиков и консультантов, поставщиков машин и оборудования, подрядчиков, субподрядчиков и т. п. Иногда все это было в «одном флаконе». Тогда компания называлась «генеральным подрядчиком». В любом случае западные компании сами денег нам не давали, а зарабатывали их, получая их от заказчика, коим выступало советское государство.
Как раз накануне индустриализации в СССР были кое-какие иностранные инвестиции, преимущественно в виде концессий. Всего в 1920-е гг. насчитывалось до 350 иностранных концессий – как промышленных, так и торговых. Экономическая политика партии и правительства заключалась не только в проведении индустриализации, но и в ликвидации остатков капиталистических отношений. А концессии квалифицировались как капитализм в чистом виде. Однако процесс постепенной ликвидации иностранных концессий начался еще в 1923 г. и продолжался на протяжении всего десятилетия. К концу 1920-х гг. в СССР остались только 59 концессий, 6 акционерных обществ и 27 «разрешений на деятельность». Конец иностранным концессиям положило постановление Совета Народных Комиссаров от 27 декабря 1930 г., согласно которому все прежние договоры о концессиях были аннулированы (за некоторыми исключениями), а Главный концессионный комитет был низведен до уровня совещательного органа. К 1933 г. были ликвидированы все промышленные концессии[63], а к середине 1930-х – все торговые, кроме датской телеграфной концессии, а также концессий, полученных Японией на рыбную ловлю и разработку угольных и нефтяных месторождений на Дальнем Востоке.
Что касается действительно долгосрочных займов и кредитов, то их почти не было. Напомню, что с конца 1920-х гг. капиталистический мир переживал кризис, который затем перешел в экономическую депрессию и стагнацию. В этих условиях «длинные» деньги получить было крайне сложно. Тем более, что под такие деньги нужны были очень качественные обеспечения, которых у Советского Союза не было. Был, конечно, золотой запас, о котором мы упомянули ранее. Но при Сталине золото не использовалось в качестве обеспечения международных кредитов. Отметим, между прочим, что в годы Первой мировой войны Россия получала кредиты от Великобритании, но она требовала в качестве обеспечения кредитов золото. Часть золотого запаса Российской Империи была вывезена на территорию Великобритании в качестве обеспечения кредитов. После войны золото не было возвращено России, хотя она не успела использовать английские кредиты в полном объеме. Сталин хорошо запомнил этот урок.
Были краткосрочные государственные кредиты. В частности, после дипломатического признания Вашингтоном Советского Союза, начиная с 1934 г. Экспортно-импортный банк США (государственный банк) стал кредитовать экспорт американских компаний в СССР. Такое кредитование рассматривалось в качестве меры помощи американскому бизнесу в условиях кризиса. Были еще кредиты от Германии. Один был выдан в 1931 г. на сумму 300 млн. марок (связанный на четыре года), другой – в 1935 г. – на сумму 200 млн. марок: в общей сложности 500 млн. марок, или около 170 млн. долл. Были еще более скромные по размерам кредиты от Великобритании, Чехословакии, Италии и Швеции (последний был выдан уже в 1940 г.), а также размещения облигационных займов в США и Великобритании. Например, в начале 1934 г. Советский Союз от размещения облигаций в США получил 5 млн. долл.[64]
Серьезным препятствием для получения Москвой крупных кредитов и займов был отказ большевиков от погашения своих обязательств по кредитам и займам, полученным в свое время царским и временным правительствами. Об этом большевики заявили сразу после прихода к власти в 1917 г. В связи с этим, между прочим, по требованию Государственного департамента в марте 1934 г. было прекращено дальнейшее размещение советских облигаций на американском рынке. Основанием запрета был только что принятый Закон Джонсона, который запрещал выдачу кредитов и займов странам, не погасившим свои обязательства перед США по ранее выданным кредитам и займам. Непогашенные обязательства только по кредитам Временному правительству Вашингтон оценивал в 180 млн. долл. Таким образом, СССР подпадал под действие Закона Джонсона.
Тем не менее, решающего влияния на процесс индустриализации эти кредиты и займы не оказали. Как отмечает автор одной публикации по индустриализации, за счет иностранных кредитов в первую пятилетку было покрыто лишь 3,8% всех капитальных вложений в народное хозяйство СССР[65].
Обязательства по краткосрочным кредитам СССР закрывал быстро и с предельной аккуратностью. Согласно одному иностранному источнику максимальный внешний долг СССР имел на 1 декабря 1931 г. – 1400 млн. золотых рублей. К октябрю 1935 г. он снизился до 139 млн. золотых рублей, а в июле 1936 г. составил лишь 85 млн. золотых рублей[66]. Впрочем, имеется и более авторитетный источник. В интервью, данном корреспонденту «New York Times» в Москве Уолтеру Дарэнти (Walter Duranty) в начале 1934 г., Сталин сказал, что Советский Союз за последние два года уменьшил свою задолженность с 1,4 млрд. до 450 млн. руб.[67] О том, что в конце 1930-х гг. Советский Союз имел крайне незначительный государственный внешний долг, свидетельствует А. Г. Зверев, который с 1937 по 1960 г. возглавлял Наркомат (министерство) финансов СССР[68].
Небольшая задолженность СССР перед войной была связана с кредитами, полученными от Германии в марте 1935 г. (на сумму 200 млн. марок) и в августе 1939 г. (также на сумму 200 млн. марок). Это были, пожалуй, самые долгосрочные кредиты, полученные СССР в 1930-е гг. Кредит 1935 г. был предоставлен на 5 лет, к тому же на более выгодных условиях, чем прежние германские кредиты (5% годовых вместо 6%). Поставки советских товаров в покрытие кредита должны были начаться с конца 1940 г., а закончиться в 1943 г. Кредит 1939 г. давался на 5 лет под 4,5% годовых с правом заказов под него в течение 2 лет. В первый договорный год СССР имел право сделать германским фирмам заказы на 120 млн. марок, во второй год – на 80 млн. марок. Погашение кредита должно было начаться только с 1945 г. Таким образом, большая часть двух последних кредитов Германии так и не была погашена Советским Союзом. В совокупности долги СССР по этим кредитам были эквивалентны примерно 140 млн. долл.
