реальную и серьезную, основательную и благоприятную перспективу.
Вот ведь какая интересная получается история. Если уровень мудрости хотя бы чуть-чуть выше среднего, то это оказывается не просто некоторым количественным отличием, а, в первую очередь, качественным. И даже более того: принципиально иным. И с точки зрения перспективы развития (более быстрое и более основательное) и с точки зрения реальных возможностей уже в своем нынешнем статусе. Многое из того, что может человек с уровнем гармонии (или одухотворенности) чуть выше среднего, остается за гранью возможного для девяноста девяти процентов остальных людей. О высоком уровне гармонии и одухотворенности, в данное случае, речь вести не стоит, ибо это тема для большого и отдельного разговора, принципиально выходящего за рамки конкретной работы.
Духовная диалектика жизни имеет свои особенные и специфические правила и законы, принципиально отличающиеся от привычной мирской логики. Но, для постижения даже этой отдельной и даже далеко не самой сложной истины у девяноста процентов людей, как показывают тридцать лет наблюдений и исследований автора, а также двести фундаментальных трудов классиков философии и психологии, не хватает ни ума, ни воли, ни мышления, ни мудрости. Что же говорить об истинах, во много раз более сложных? Нам всем кажется, что, если бы именно мы оказались на месте Марии при ее общении с Иисусом, то мы повели бы себя аналогичным образом. И добросовестно наполнились бы мудростью Иисуса. Всем приятно тешить свое самолюбие подобного рода иллюзиями.
Но общение автора с пятидесятью тысячами людей показало, что девятьсот девяносто девять человек из тысячи принципиально не готово к восприятию даже самых элементарных истин психологического или духовного характера, если они хотя бы на десять процентов (о пятидесяти-семидесяти речи вообще не идет…) отличаются от привычных для них мнений и представлений, принципов и убеждений, правил и законов.
Иначе говоря, имея возможность личного выбора, эти девятьсот девяносто девять человек из тысячи предпочли бы вообще не общаться с Иисусом по собственному желанию. Было бы это для них полезно – это уже другая сторона медали. Но то, что банальный рационализм взял бы верх над прочими их рассуждениями – это, несомненно. Ибо, все, что не может дать быстрый и конкретный результат, особенно ощутимый практически, для рационалиста имеет минимальный смысл и ценность. А, следовательно, раз и навсегда. Вот такая специфическая логика.
Мария, условно говоря, выглядела и выглядит в настоящее время буквально «белой вороной» среди прочих людей. Настолько сильно отличается ее подход к жизни, к себе, к гармонии, духовности и многим другим классическим ценностям. Марфа предпочла мирскую суету духовному общению. Но что она при этом выиграла? Это еще очень и очень большой вопрос. Выигрыш от такой логики всегда был и всегда будет нулевой, а вот проигрыш может быть гигантской величины. Обесценивая все мирские радости и удовольствия в принципе.
