Светлана Беллас - Габи

Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 49

Наконец, зловещий кортеж останавливается на Гревской площади. Скопление людей, говорит, что все ждут зрелище. Габи сбрасывает с себя капюшон, спускается с телеги. Толпа зевак охает и ахает, кто-то посылает брань, кто-то слезно причитает, – Такая молоденькая! При этом стараются поближе рассмотреть узницу, подтягиваясь на носочках, вытягивая шеи, отстраняя локтем впереди стоящего соседа, с окриком, – В сторону!!!

Звучит барабанная дробь. Гвардейцы препровождают Габи к месту казни, сколоченному из досок высокому эшафоту, ведя её под руки. Они молча проходят сквозь оцепление из гвардейцев. Из толпы раздаются крики, – Ведьма! Накаляются страсти. Толпа ходит ходуном, гудит гулом. Гюго с сыном на руках, пробирается сквозь толпу, малыш начинает плакать, но его крик заглушает беснующаяся толпа, что скандирует, – Ведьма! Ведьма!

Два чиновника судебного ведомства в черной одежде, словно стервятники, вешают на шею Габи табличку с надписью – ВЕДЬМА! Габи смотрит вперед на зевак отрешенным взглядом. Толпа ревет, – Смерть ведьме!

Гвардейцы, стоя напыщенно в парадной форме, в напудренных париках, сдерживают карабинами напирающую толпу.

Чиновник судебного приказа зачитывает приговор…

Толпа немеет. Барабанная дробь резко прекращается. Наступает пугающая тишина.

Габи молча стоит у виселицы, подняв взгляд, она смотрит на толпу. Раздается плач ребенка. По лицу Габи бежит слеза, нерв, дает знать, что она еще жива, чувствует, любит. Она видит в толпе, стоящего с сыном на руках Гюго. Пристально смотрит ему в глаза. Про себя шепчет, – Он спасет! Он спасет!

Она с обречённостью закрывает глаза, по щекам ручьем бегут слезы, она их по инерции глотает вперемешку с каплями дождя, что внезапно начался, переходя в ливень. Она открывает глаза, смотрит в небо, на лице вымученная улыбка. Переводит взгляд на Гюго, смотрит на него с нежностью, тот от неожиданности вздрагивает, его пугает фатальная безысходность, он резко отворачивается. У Габи от обиды дрожат губы. Она вновь смотрит в небо, словно черпая оттуда силу духа, наконец, смирившись, принимает все, как есть. Лишь предательская слеза говорит, что ей очень страшно.

Гром, молния, ливень…

Габи стоит под ливнем, мокрая до нитки, шепчет молитву, сквозь капли дождя немое шлёпанье губ. Она понимает, что она Им, Господом прощена. У нее ясный взор. На нее набрасывают мешок…

Гюго со слезами на глазах, крепко обнимая сына, пробирается сквозь толщу толпы.

На следующее утро, Гюго отправил сына в монастырь, к своему другу, аббату, Отцу Бруно.

…За окном бушевал дождь, Гюго, очнувшись, выйдя из забытья, в который раз написал на клочке бумаги ГАБИ. Поцеловав его, прошептал, – Прости меня! Ты меня опять возвращаешь к жизни, чтобы помнить Вас. А ведь так спешу к Вам всем…

Все нам приходится расплачиваться при жизни. Какова, же цена за малодушие, нерешительность? Опять, же к слову, говорят, что за ошибки молодости, за отвергнутую любовь, отвечают дети. Так, ли это? Плата за гениальность для Гюго была завышенной: Старшая дочь погибла при крушении корабля. Гибель двух сыновей, сумасшествие младшей дочери, что не смогла принять гибель старшей сестры. Смерть жены Адель, смерть любимой женщины, друга, Жюльетты Друе. Что это? Расплата, чтобы остаться Гением в миру, чтобы пережить все чувства – радости, любви, боли, страдания, потери и принять одиночество, чтобы переосмыслить жизнь. Свой путь…

Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 49