Другой бы на его месте в один прекрасный день поменял бы все местами и просто начал завтрак с яблочного пирога. Но не таков был Гейб. Как человек, привыкший к порядку, он не мог допустить пренебрежения к положенному ходу вещей даже в таких мелочах, как завтрак. Начнешь с малого – не заметишь, как скатишься к чему-то крупному. А то и вовсе недопустимому. Море же промашек не прощает. Так что лучше не рисковать.
Правда, эта теория – как всякое достойное уважения правило – имела одно исключение. И касалось оно… правильно, женщин! Как всякий уважающий себя мужчина, в отношениях с дамами Гейб оставлял за собой полную свободу действий. Здесь его девизом была импровизация. Иначе он не мог. И именно поэтому узы брака воспринимались им скорее как оковы, да еще с чугунными шарами на концах цепей – то есть нечто такое, что лишает человека свободы, связывает по рукам и ногам…
Не изменив привычкам в том, что касалось приема пищи, Гейб закрывал за собой дверь кафе, спускался по двум ступеням и останавливался. Отсюда была видна стоящая на якоре «Звезда надежды», но возвращаться на борт он не собирался, разве что ближе к вечеру. А сейчас Гейб открывал специально приобретенный карманный туристический путеводитель и выбирал маршрут на нынешний день.
Так, действуя планомерно и целенаправленно, он осмотрел почти все достопримечательности Саутгемптона.
Начал, разумеется, с морского музея, который, как оказалось, был расквартирован в бывшем складе, где в четырнадцатом веке держали шерсть. Уплатив полтора фунта за вход, Гейб услышал захватывающий рассказ о тех счастливых временах, когда грузы – шерсть в том числе – перевозились через весь океан по так называемым трансатлантическим линиям. Перед тем как покинуть музей, Гейб долго стоял перед макетом знаменитого «Титаника», как известно, вышедшего из здешнего порта в первое плавание – к несчастью, оно же стало и последним.
Побывал Гейб и в небольшой крепости на Уинкл-стрит, в которой теперь размещался археологический музей, а в старину хранился пороховой запас, предназначенный для единственной городской пушки. Здесь Гейб не без любопытства осмотрел экспонаты – различные предметы, относящиеся к римской эпохе и к средневековым временам.
Потом забрел в местную художественную галерею. Вход был свободным, поэтому Гейб еще не раз возвращался сюда, чтобы побродить среди картин, статуэток и прочих композиций, которым трудно было подобрать точное определение. Больше всего ему пришелся по душе отдел гончарного искусства.
Следующим по списку числился «Тюдор хаус» – музей, содержавший многочисленные свидетельства о быте и жизни Саутгемптона и его обитателей, начиная с незапамятных времен. Здесь Гейбу очень понравился датирующийся шестнадцатым веком сад, разбитый во внутреннем дворике музея, который в свою очередь занимал дом, построенный в конце пятнадцатого века.
Когда «официальные» достопримечательности кончились, Гейб взял напрокат велосипед – в заведении, на вывеске которого красовалась выполненная разноцветными и словно пляшущими буквами надпись «Вольные колеса», – и принялся просто так раскатывать по городу, выбирая направление наугад.
Но и в ходе этих импровизированных экскурсий его ждало немало интересных открытий. Казалось, здесь нет уголка, где не нашлось бы каких-нибудь живописных развалин – остатков древних защитных укреплений, или старого монастыря, или просто интересного и тоже очень давнего строения с садом, за которым ухаживало не одно поколение наследников.
Наконец, хорошенько ознакомившись с городом, Гейб решил прокатиться к неисследованной окраине, туда, где, судя по карте, почти сразу за последними домиками предместья начинался тот самый знаменитый, овеянный легендами лес, где в старину охотились короли. В путеводителе о нем было сказано, что он занимает территорию более двухсот пятидесяти квадратных миль.
Разумеется, Гейб не имел намерений колесить по лесной чаще на велосипеде. В его планы входило лишь проехаться вдоль кромки зеленых угодий и – если удастся – полюбоваться пасущимися на воле овцами и лошадьми. Но больше всего ему хотелось увидеть пони. В его воображении засела яркая картина: на залитой солнцем лесной опушке, средь сочной зеленой травы пасется стадо миниатюрных лошадок.
И хотя Гейб осознавал, что скорее всего ничего подобного увидеть не посчастливится – ведь это не зоопарк, – его неудержимо влекло в лес. Вероятно, секрет заключался в том, что он, как человек, привыкший видеть вокруг бескрайние водные просторы, стремился, так сказать, ради перемены окунуться в иную стихию.
Так настал день, который Гейбу предстояло потом долго вспоминать. Однако утром он об этом даже не догадывался.
Правда, с самого начала все стало складываться как-то непривычно – вроде то же самое, но с другим оттенком.
Точно так же, как в предыдущие дни, проснувшись, обойдя судно и обменявшись парой дежурных фраз со старпомом, Гейб, захватив туристический путеводитель, сошел с борта «Звезды надежды». Велосипед он катил рядом с собой – сначала по трапу, потом по пирсу и так до самого входа в кафе «Докер». Здесь его пришлось оставить.
Усевшись за столик, Гейб поймал взгляд знакомой уже официантки Нэнси и получил в ответ улыбку.
– Сосиски с картофелем? – произнесла она, приблизившись.
Гейб на миг задумался.
– Нет, сосиски были вчера. Пожалуй, сегодня яичница с беконом.
– Что еще? Чай, кофе?
– Чай со сливками. И знаете что, – вдруг добавил он неожиданно для себя самого, – еще порцию яблочного пирога. Только положите в пакет, ладно? Я возьму его с собой.
Нэнси черкнула что-то в блокноте.
– Значит, яичница, чай и пирог на вынос. Понятно, минутку подождите, пожалуйста.
Когда она ушла, губы Гейба изогнулись в довольной улыбке. Все-таки он нашел способ отведать единственное здешнее лакомство. Главное, одним выстрелом я убиваю двух зайцев: во-первых, будет чем перекусить, когда ближе к середине дня проголодаюсь, а во-вторых, заодно пирог попробую. Как это я раньше не догадался захватить кусок с собой!
Спустя примерно четверть часа Гейб покинул кафе. Его желудок был наполнен, как и пакет, который он держал в руке. Пристроив заботливо упакованную порцию пирога на багажник и закрепив для надежности специальным зажимом, Гейб сел на велосипед и не спеша покатил к воротам порта. Миновав их, двинулся вверх по улице, с которой, по его расчетам, потом удобно будет взять курс на запад…
Сбрасывать набранный за последние дни вес Дайан принялась прямо с утра. Это занятие помогало не думать о том, как быть с вечеринкой по случаю объявления помолвки, которой больше не существовало в природе!
