начнется метель.
Через минут двадцать мы въезжаем в деревню, и мне становится немного спокойнее. Почти сразу Роман находит нужный дом и останавливает машину.
Я выхожу, не дожидаясь, когда мне снова помогут. На этот раз справляюсь сама, спрыгнув с подножки.
— В следующий раз ждите, — подходит Роман. — Ждите, когда подойду и помогу. А то с вашей удачливостью можно что-нибудь себе да сломать.
— Иногда вы помогаете моей удаче, — отвечаю ему в тон.
И на это он лишь улыбается.
Подав мне руку, так как снега навалило немало, а тут, кажется, его и вовсе не чистили, мы подходим к калитке. Роман дергает ее, и та поддается, со скрипом открывшись.
В доме горит свет. Мы проходим к крыльцу, и Стрельцов пару раз стучит в дверь. Тишина. Лишь где-то со стороны начинает лаять собака.
Я испуганно оглядываюсь, пытаясь понять, где она. Но не вижу.
Роман снова стучит и дергает за ручку. Дверь тоже открывается.
— Неудобно без приглашения, — говорю я осторожно.
— Неудобно стоять и ждать у моря погоды, — отвечает он и проходит в дом.
Мы оказываемся в небольшом коридорчике. На ощупь мужчина находит еще одну дверь и открывает ее. Оказываемся на кухне.
— Здравствуйте! Есть кто дома? Хозяева? — зовет мужчина.
— Ой! Ой! — завопила старушка, наверное, испугавшись. — Ворье! Ой! А ну прочь! Сейчас полицию вызову! — выбегает щупленькая бабушка с веником и замахивается на Романа.
— Стойте, стойте, — теперь подаю голос я. — Мы за аквариумом! — протискиваюсь между Романом и бабулькой.
— Так мне женщина звонила! А тут мужик! Ну точно мошенники!
— Я вам звонила. А мужчина меня привез. Как я к вам в такую даль одна-то доберусь? — возмущаюсь.
— А, — тут же успокаивается бабка. — Ладно. Только внук еще не пришел.
— И сколько его ждать? — спрашиваю.
Пожимает плечами.
— Значит так, ждать нам нет никакого резона. Показывай, бабка, аквариум, если всё хорошо, мы покупаем. Если нет, всего доброго.
— А я не могу без внука.
— А я могу, — напирает на нее Роман.
— Мы в такую даль ехали к назначенному вами времени, — говорю я как можно спокойнее. — Просто так что ли? Нас дети дома ждут. А нам еще ехать обратно в такую метель.
— Хорошо, проходите, только обувь снимите, — говорит она.
Мы, разувшись, проходим за бабулькой в комнату. На полу стоит аквариум. По размерам будто то, что нужно.
Роман его разглядывает.
— Вроде цел, — делает вывод.
— Тогда берем, — лезу в карман за телефоном. — А вам можно переводом? — спрашиваю.
— Да каким переводом, милочка?
— У меня есть наличка, — тут же достает нужную сумму из кармана Роман и кладет на стол. — Вот. Забираем, — подхватывает аквариум и идет на выход.
Мы обуваемся.
— Спасибо, — благодарю бабку.
— Иди-иди, — чуть не подталкивает меня к двери. И, выйдя на крыльцо, слышу, как за спиной закрывается дверь и щелкает замок.
Удивляюсь такому поведению старушки.
— Надя, — зовет меня мужчина, и я тороплюсь по его следам к машине. — Помоги багажник открыть.
— А как?
— Вот, под знаком нащупай кнопку и нажимай.
Я лезу под знак, как велено, и нажимаю. Открывается дверь. Мужчина ставит аквариум и закрепляет его.
И через пару минут мы отъезжаем от дома. В окне замечаю, как бабка наблюдала за нами.
— Странная она, — говорю себе под нос.
— Да нет, обычная, и скорее всего, никакого внука нет. Это так, чтобы дать понять, что не одна. Мало ли, вдруг пришли ее обворовать, — говорит Роман.
— Думаете? — удивляюсь его ответу.
— Мужских вещей в доме не видно. Дорожка не чищена. Подозреваю, что так и есть.
Я перевариваю сказанное. А ведь я даже не обратила ни на что внимания.
— И спасибо, — говорит вдруг Стрельцов.
— За что? — не понимаю.
— От веника спасла, — хмыкает, посмотрев на меня, слегка улыбнувшись.
— А-а-а, — улыбаюсь. — Пожалуйста, — и чтобы снова не залипнуть на его персоне, отворачиваюсь к окну.
Роман
Обратная дорога дается не так просто. Снег усилился, ветер поднялся, метет не на шутку. Навстречу практически нет машин. Сбавляю скорость. Машина хоть и тяжелая, и идет уверенно, но погода диктует свои правила.
Надя притихла.
Поглядываю на нее осторожно, чтобы не привлекать внимание.
Симпатичная… И такая, уютная что ли.
В салоне витает легкий запах ее духов. Ненавязчивый, приятно щекочет ноздри.
Погружаюсь в мысли.
Почему она приехала сюда? Да, повод хороший — тут у нее брат. Но там-то муж, наверное. Кольца не заметил, но что может заставить женщину сбежать из большого города? Там явно больше благ цивилизации нежели здесь.
— Ай! — вдруг вскрикивает она, а я, возвращаясь из своих размышлений, выхватываю в свете фар мелькнувшую тень и, выкручивая руль, чтобы не дай бог никого не снести, осторожно притормаживаю.
Машину сносит в бок, и мы останавливаемся.
Повисает секундная тишина. Только слышно, как лупит снег в лобовое и тихо работает двигатель.
— Живая? — спрашиваю Надю, которая зажмурилась, вцепившись пальцами в ремень безопасности.
— Кажется, да, — отвечает она еле живым голосом. — Что это было?
Самому интересно.
— Хороший вопрос, — отвечаю, отстегиваю ремень и выхожу из машины.
Следов уже нет. А если и были, то их тут же замело.
Обхожу машину, понимая, что съехали на обочину и задние колеса увязли в снегу. Бью ногой по колесу.
Возвращаюсь за руль.
— Кто там? — встревоженно вглядывается она в мое лицо.
— Никого, — успокаиваю. — А если кто и был, то удрал. Может, заяц, может, кот, — предполагаю.
— Кот? Коты гуляют в такую погоду? — удивляется она.
— Да кто ж их разберет, этих котов, — отвечаю, осторожно трогая машину с места.
Но мои опасения оправдываются. Передние колеса гребут, а вот задним зацепиться не за что. Там рыхлый снег. Перегазуй — и снесет с обочины.
— Так, — хлопаю ладонями по рулю и поворачиваюсь к девушке.
Та смотрит на меня внимательно, явно поняв, что что-то не так.
— Мы застряли, да? — в глазах ее начинает плясать беспокойство.
И такая она становится уязвимая, что хочется защитить.
И откуда у тебя, Стрельцов, такого хама и гада, такие высокие чувства? М?
— Спокойно, — хмыкаю. Только истерики мне не хватает для общего фона. — Сейчас что-нибудь придумаю.
Взяв перчатки, выхожу из машины, застегивая куртку.
Достаю из багажника лопату, удлиняю ручку и принимаюсь за работу.
Слышу, как открывается дверь, и Надя выходит, ежась после тепла салона.
— Я могу помочь, — говорит, смотря на меня.
— Пока нечем, — думаю, что можно подложить под колесо.
— Может, толкнуть надо? — продолжает она.
А я снова лезу в багажник.
— Толкнуть? — выглядываю, смотрю на нее. — Серьезно?
— Ну, — мнется она, — я могу.
— Максимум, если бы это
